Убьет ли интернет культуру?

Петр ВЛАСОВ, главный редактор газеты "Культура", писатель

26.03.2021

Каковы последствия стремительной и тотальной цифровизации для общества, культуры, человека? Как на нас — и наше будущее — влияет тот факт, что любой человек имеет сегодня возможность получить доступ к любой информации и точно так же сам разместить любую информацию на всеобщее обозрение?

С одной стороны, интернет — безусловно, невероятно удобный, эффективный инструмент, который существенно облегчил наш быт, от оплаты счетов до покупки всего, что только можно. Это источник всевозможных новостей и развлечений, который всегда у нас в кармане. Энциклопедия из тысяч томов. Место для общения и поиска единомышленников. Все так. Но по мере того, как наша жизнь начинает перемещаться в Сеть — а в среднем россияне проводят там уже по 4 часа в день, или 25% своего активного времени, — мы незаметно для себя начинаем жить совсем по другим законам. И законы эти бульдозером ломают весь наш прежний жизненный устой. Дают обществу иных героев, иные алгоритмы поведения и в итоге переделывают привычного нам хомо сапиенса во что-то принципиально новое.

На странице №2 вы можете увидеть лицо представителя этого нового вида — бледное, ничего не выражающее, покрытое татуировками. Имя ему — Моргенштерн. Г-ну Моргенштерну 22 года. Он зарабатывает миллионы тем, что исполняет матерные и при том, мягко говоря, не слишком мудреные тексты в стиле рэп. Моргенштерн — на 100% дитя интернета, так как его популярность выросла из миллионов прослушиваний подростками на Ютьюбе и в сети «ВКонтакте». Маргиналы были всегда? Согласен. Проблема в том, что работающие в интернете механизмы переворачивают все с ног на голову. И маргиналы быстро превращаются в кумиров и «создателей трендов» для всего общества.

Интернет — по крайней мере на данный момент — устроен так, что в нем не существует никакой базовой иерархии. Все источники информации — за исключением запрещенных законом — изначально равноценны. Мнение опытного эксперта равно мнению тети Нюры. Толстой равен состряпанному второпях посту блогера Ухудшанского. Моргенштерн ничем не хуже Баха. Новость из охваченного войной Карабаха = пост какой-нибудь Инстаграм-звезды про ее собачку. Настоящее царство свободы. Свободная конкуренция контента. Здесь возможна только одна иерархия — лайка/просмотра. У кого больше лайков/просмотров — тот и лучший. А дальше? Дальше почти всегда почему-то получается так, что больше всего просмотров получают именно моргенштерны. Исследовать причины этого — задача отнюдь не для редакторской колонки. Остановимся на последствиях.

«Иерархия лайков» постепенно перетекает из интернета в нашу реальную жизнь. Ее принимают как должное — без сопротивления, даже вопросов. «Это же смотрят, это читают — значит, тут что-то есть». Когда небезызвестный песенник-матерщинник Сергей Шнуров, чья глобальная популярность тоже во многом была создана интернетом, вошел в общественный совет Комитета Госдумы по культуре, многие расценили это как забавный казус и попытку привлечь больше внимания к деятельности комитета. Между тем, г-н Шнуров за последние годы и в самом деле превратился в весьма влиятельную общественную фигуру, претендуя чуть ли не на роль «нового Пушкина». Он и во всевозможных телешоу, и в бессчетных рекламных роликах. Не исключено, что будет участвовать в следующих выборах в Госдуму — и ведь наверняка пройдет, тут все предсказуемо.

Если же автор песни «Еб*баб» заседает в Комитете Госдумы по культуре, вряд ли стоит удивляться, что г-на Моргенштерна приглашают в передачу «Вечерний Ургант», чтобы гордо презентовать всей стране, вдруг кто-то еще не узрел его в интернетах, а недавно он был признан «человеком года 2020» по версии гламурного издания GQ. Тенденция, как говорится, налицо (снова см. стр. №2). И на фоне этого нового «героя нашего времени» Сергей Шнуров, спору нет, талантливый и нередко остроумный персонаж, смотрится уже чуть ли не спасителем традиционных ценностей и национальной культуры.

Заголовок этой заметки — убьет ли интернет культуру? — основывается на том, что культура имеет совсем иной подход к иерархии, нежели Интернет, где иерархию определяет большинство. Даже традиционная массовая культура всегда проходила целый ряд разнообразных фильтров — никто не мог просто взять и выплеснуть «в народ» все, что ему в голову взбредет. Культура, в пока еще привычном нам понимании, — это всегда власть меньшинства. Профессионалов, хранителей опыта и традиции, которые понимают самые разнообразные последствия своих действий и готовы за них отвечать. Власть большинства и власть меньшинства неизбежно вступают в неразрешимое противоречие, которое рано или поздно завершится поражением одной из сторон.

Побочные эффекты информационной вседозволенности, которую мы получили вместе с интернетом, будут, несомненно, только усиливаться. Магия лайков/просмотров загипнотизировала наше общество. Если мы не преодолеем это опасное заболевание, поддадимся «власти большинства», начнем заигрывать с сомнительными кумирами, последствия будут не просто печальными — жуткими. Во многих школах сегодня уже преподается дисциплина «блогерство» — так и хочется пошутить, что, возможно, скоро останется только она. Моргенштерна тоже можно включить в школьную программу (возможно, так и будет, когда подрастет слушающее его поколение), но он никогда не станет частью культуры. Это будет означать только то, что культура как таковая закончилась.

Автор - Петр Власов, главный редактор газеты «Культура», писатель

Материал опубликован в №11 газеты «Культура» за 2020 год