Трамп: внимание, старт!

Петр АКОПОВ, публицист

19.01.2017

Вступление Дональда Трампа в должность президента — в пятницу, 20 января, открывает новую страницу в истории США. Впрочем, и весь остальной мир с огромным интересом ждет первых шагов 45-го главы этой владычицы полусвета. У нынешней ситуации есть принципиальное отличие от прошлых пертурбаций в Белом доме — никогда еще к власти не приходил человек, столь ненавидимый почти всей местной элитой и обещающий радикальные перемены как во внутренней, так и во внешней политике. Вне зависимости от того, что в реальности получится у Трампа, уровень ожиданий вполне объясним и его не назовешь завышенным — он открывает уникальное окно возможностей для по-настоящему революционных шагов.

Именно поэтому столько внимания Трампу уделяется и в России: отношения двух стран снова, как и в 40–80-х годах прошлого века, стали ключевым фактором большой игры. Да, после крушения СССР уже нет двуполярной системы, но сейчас происходит ликвидация однополярного, американоцентричного порядка, и в этом процессе России уготована принципиальная роль. Пульс глобальной политики будет биться в треугольнике Вашингтон — Москва — Пекин, и понятно, что, кроме объективных аспектов трансформации планетарной картины, определяющее значение имеет личный фактор. Владимир Путин и Дональд Трамп могут вступить в жесткую схватку, стать ситуационными союзниками или даже, вместе с Си Цзиньпином, прийти к «большой сделке». В общем, от того, как сложатся отношения двух лидеров, действительно зависит многое.

Человеческий фактор крайне важен в мировой истории — тем более в такие критические, переходные моменты, как сейчас. Да и в российско-американской летописи есть немало примеров «личного вклада». Смерть Рузвельта и приход к власти Трумэна в 1945-м, избрание Горбачева генсеком в 1985-м — вот только два самых показательных эпизода. За 70 с лишним лет контактов на высшем уровне можно выделить несколько их типов.

Высокая степень взаимопонимания и взаимного уважения — Сталин и Рузвельт, Брежнев и Никсон. Конфликтные или мало доверительные — Хрущев и Кеннеди, Хрущев и Эйзенхауэр, Брежнев и Картер. Близкие, но построенные на слабом понимании россиянами целей другой стороны и наивных собственных расчетах — Горбачев с Рейганом, Горбачев с Бушем, Ельцин с Клинтоном. Для Путина Трамп будет уже четвертым хозяином Белого дома — и с тремя предыдущими наш лидер пытался выстроить честные человеческие отношения. Получилось, впрочем, лишь с одним.

Первый путинский «партнер», Билл Клинтон, был президентом до января 2001 года, так что у них оставалось не так много времени для серьезных разговоров, тем более что шла война в Чечне, а Вашингтон продолжал воспринимать Россию как разваливающееся государство.

С Джорджем Бушем у Путина установился нормальный контакт — об этом свидетельствуют слова американца про глаза и душу его русского визави. Но спустя несколько лет глава РФ окончательно убедился в том, что Буш по-прежнему остается младшим — политику Вашингтона определяла команда «президента-отца». Говорить с Бушем было легко, но бесполезно.

Приход в Белый дом Обамы Путин встретил в тени, на посту премьера — что очень понравилось новой американской администрации, решившей выстроить взаимодействие с Дмитрием Медведевым, который воспринимался как западник и либерал. Личные отношения с Путиным у Обамы завязались лишь летом 2012 года (до этого была только одна встреча), когда ВВП снова стал президентом. И вроде бы поначалу они развивались неплохо, но в 2013-м буквально за пару месяцев все рухнуло. Летом Путин дал приют Сноудену — что было прямым вызовом не столько Обаме, сколько статусу США как мирового диктатора. А еще через месяц помог 44-му президенту избежать удара по Сирии — тот очень не хотел его наносить, но сам подвел ситуацию к этому. В результате весь мир, а Ближний Восток особенно, убедился, что жандарм сдает позиции. Понимание этого не могло не вызвать у Обамы чувства глубокой неприязни к Путину — как к человеку, который его обыграл. Дальнейшие события, связанные с переворотом на Украине, а именно прямое участие госдепа в раздувании майдана уничтожили остатки доверия российского лидера к Обаме.

И вот у Путина появляется новый партнер — Трамп. Их встреча состоится в ближайшие месяцы: они познакомятся и попытаются договориться. Для начала — хотя бы об одной-двух конкретных темах. Уже понятно, что станет первым пунктом — война с ИГИЛ. Это действительно самая горячая общая наша проблема, Трамп называет ее для себя приоритетной. Украина, Иран, КНДР — все это будет потом.

От того, как именно пройдет разговор Путина и Трампа, зависит очень многое — взаимный кредит доверия, который есть сейчас между ними, может укрепиться или дать трещину. То, что Трамп испытывает чисто человеческие симпатии к Путину — об этом говорят многие в близком окружении нового президента — имеет значение только до момента первой встречи. Дальше уже будет сказываться химия личных отношений, откровенность и доверительность, верность слову — то, что определяет взаимодействие любых двух людей.

Сложно представить более непохожих политиков, но и Сталин с Рузвельтом, и Никсон с Брежневым имели мало общего. И тем не менее между ними устанавливались наилучшие контакты (что, естественно, не исключало ни борьбы, ни соперничества) за все годы российско-американской дипломатии. Диалог с Рузвельтом прервала его внезапная смерть, а слишком самостоятельный Никсон был свергнут американским истеблишментом, в том числе и за примирение с Москвой. Пара Путин — Трамп имеет все шансы повторить взаимопонимание прежних лидеров — если, конечно, что-либо не остановит 45-го президента США.


Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Трамп: внимание, старт!

<p class="p1">Вступление Дональда Трампа в должность президента — в пятницу, 20 января, открывает новую страницу в истории США. Впрочем, и весь остальной мир с огромным интересом ждет первых шагов 45-го главы этой владычицы полусвета. У нынешней ситуации есть принципиальное отличие от прошлых пертурбаций в Белом доме — никогда еще к власти не приходил человек, столь ненавидимый почти всей местной элитой и обещающий радикальные перемены как во внутренней, так и во внешней политике. Вне зависимости от того, что в реальности получится у Трампа, уровень ожиданий вполне объясним и его не назовешь завышенным — он открывает уникальное окно возможностей для по-настоящему революционных шагов.</p> <p class="p1">Именно поэтому столько внимания Трампу уделяется и в России: отношения двух стран снова, как и в 40–80-х годах прошлого века, стали ключевым фактором большой игры. Да, после крушения СССР уже нет двуполярной системы, но сейчас происходит ликвидация однополярного, американоцентричного порядка, и в этом процессе России уготована принципиальная роль. Пульс глобальной политики будет биться в треугольнике Вашингтон — Москва — Пекин, и понятно, что, кроме объективных аспектов трансформации планетарной картины, определяющее значение имеет личный фактор. Владимир Путин и Дональд Трамп могут вступить в жесткую схватку, стать ситуационными союзниками или даже, вместе с Си Цзиньпином, прийти к «большой сделке». В общем, от того, как сложатся отношения двух лидеров, действительно зависит многое.</p> <p class="p1">Человеческий фактор крайне важен в мировой истории — тем более в такие критические, переходные моменты, как сейчас. Да и в российско-американской летописи есть немало примеров «личного вклада». Смерть Рузвельта и приход к власти Трумэна в 1945-м, избрание Горбачева генсеком в 1985-м — вот только два самых показательных эпизода. За 70 с лишним лет контактов на высшем уровне можно выделить несколько их типов.</p> <p class="p1">Высокая степень взаимопонимания и взаимного уважения — Сталин и Рузвельт, Брежнев и Никсон. Конфликтные или мало доверительные — Хрущев и Кеннеди, Хрущев и Эйзенхауэр, Брежнев и Картер. Близкие, но построенные на слабом понимании россиянами целей другой стороны и наивных собственных расчетах — Горбачев с Рейганом, Горбачев с Бушем, Ельцин с Клинтоном. Для Путина Трамп будет уже четвертым хозяином Белого дома — и с тремя предыдущими наш лидер пытался выстроить честные человеческие отношения. Получилось, впрочем, лишь с одним.</p> <p class="p1">Первый путинский «партнер», Билл Клинтон, был президентом до января 2001 года, так что у них оставалось не так много времени для серьезных разговоров, тем более что шла война в Чечне, а Вашингтон продолжал воспринимать Россию как разваливающееся государство.</p> <p class="p1">С Джорджем Бушем у Путина установился нормальный контакт — об этом свидетельствуют слова американца про глаза и душу его русского визави. Но спустя несколько лет глава РФ окончательно убедился в том, что Буш по-прежнему остается младшим — политику Вашингтона определяла команда «президента-отца». Говорить с Бушем было легко, но бесполезно.</p> <p class="p1">Приход в Белый дом Обамы Путин встретил в тени, на посту премьера — что очень понравилось новой американской администрации, решившей выстроить взаимодействие с Дмитрием Медведевым, который воспринимался как западник и либерал. Личные отношения с Путиным у Обамы завязались лишь летом 2012 года (до этого была только одна встреча), когда ВВП снова стал президентом. И вроде бы поначалу они развивались неплохо, но в 2013-м буквально за пару месяцев все рухнуло. Летом Путин дал приют Сноудену — что было прямым вызовом не столько Обаме, сколько статусу США как мирового диктатора. А еще через месяц помог 44-му президенту избежать удара по Сирии — тот очень не хотел его наносить, но сам подвел ситуацию к этому. В результате весь мир, а Ближний Восток особенно, убедился, что жандарм сдает позиции. Понимание этого не могло не вызвать у Обамы чувства глубокой неприязни к Путину — как к человеку, который его обыграл. Дальнейшие события, связанные с переворотом на Украине, а именно прямое участие госдепа в раздувании майдана уничтожили остатки доверия российского лидера к Обаме.</p> <p class="p1">И вот у Путина появляется новый партнер — Трамп. Их встреча состоится в ближайшие месяцы: они познакомятся и попытаются договориться. Для начала — хотя бы об одной-двух конкретных темах. Уже понятно, что станет первым пунктом — война с ИГИЛ. Это действительно самая горячая общая наша проблема, Трамп называет ее для себя приоритетной. Украина, Иран, КНДР — все это будет потом.</p> <p class="p1">От того, как именно пройдет разговор Путина и Трампа, зависит очень многое — взаимный кредит доверия, который есть сейчас между ними, может укрепиться или дать трещину. То, что Трамп испытывает чисто человеческие симпатии к Путину — об этом говорят многие в близком окружении нового президента — имеет значение только до момента первой встречи. Дальше уже будет сказываться химия личных отношений, откровенность и доверительность, верность слову — то, что определяет взаимодействие любых двух людей.</p> <p class="p1">Сложно представить более непохожих политиков, но и Сталин с Рузвельтом, и Никсон с Брежневым имели мало общего. И тем не менее между ними устанавливались наилучшие контакты (что, естественно, не исключало ни борьбы, ни соперничества) за все годы российско-американской дипломатии. Диалог с Рузвельтом прервала его внезапная смерть, а слишком самостоятельный Никсон был свергнут американским истеблишментом, в том числе и за примирение с Москвой. Пара Путин — Трамп имеет все шансы повторить взаимопонимание прежних лидеров — если, конечно, что-либо не остановит 45-го президента США.</p> <p class="p1"> <br /> </p> <p class="p1"> </p> <p class="p1" style="text-align: right;"><i>Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции</i></p>