Меньше, но лучше: выставка «Маленькое» искусство» в Еврейском музее

Ксения ВОРОТЫНЦЕВА

04.06.2021

Фото: Александр Авилов / АГН Москва.


В экспозиции — работы отечественных классиков, от Врубеля до Малевича, обычно спрятанные в запасниках.

Еврейский музей и центр толерантности представил проект, посвященный «незаметным» произведениям. Выставка «Маленькое» искусство» включает в себя громкие имена — Репин, Поленов, Серов, Сомов, Бакст — и скромные форматы: больших картин в экспозиции попросту нет. Почему организаторы решили собрать именно маленькие работы и отчего эти вещи обычно не показывают зрителям, «Культуре» рассказала главный куратор музея Мария Гадас.

— На маленькие картины чаще всего смотрят чуть свысока, как на второстепенные. Почему вы решили посвятить им выставку?

— Нам хотелось разрушить этот стереотип. Показать, что тема на самом деле интересная. К тому же я много работала с коллекционерами: они всегда внимательны к небольшому формату. А вот музеи при подготовке масштабных экспозиций, напротив, нередко относятся к маленьким работам достаточно пренебрежительно.

— Насколько камерные вещи убедительны сами по себе?

— Для меня даже небольшой рисунок может быть выразительным. Во многом это зависит от наших ожиданий. Мне кажется, иногда наброски и рисунки более показательны, чем завершенные произведения.

— Какие разделы есть на выставке?

— Первый раздел «В сторону большой картины» — наверное, самый понятный: здесь показаны эскизы и наброски. Следующий раздел посвящен Серебряному веку и художникам круга «Мир искусства», — для них завершенность произведения была уже не так важна, небольшой формат рассматривался как самодостаточный. Далее — раздел, связанный с открытиями авангарда. Художники того времени считали, что любая, самая незначительная работа может быть представлена в разных масштабах. Созданные ими небольшие вещи впоследствии часто использовались в дизайне и монументальных проектах. Очень красивый и изящный раздел «Несущественное» — там показано много работ, состоящих буквально из нескольких штрихов. А в разделе «Камерное» искусство, или способ сохранения вида» рассказывается о том, как после основания Союза художников многие авторы оказались за бортом, и маленький формат стал для них выходом, поскольку они были лишены возможности работать в другом масштабе. Наконец, в финальном зале показаны самые разные вещи: от небольшой китайской скульптуры, созданной более двух тысяч лет назад, до текстов Пригова. Это общий эскиз на тему маленького формата.

— На какие работы нужно обязательно обратить внимание?

— В разделе «В сторону большой картины» есть очаровательный этюд Поленова «К.А. Коровин в лодке». Коровин позже воспользовался этим наброском и написал картину «В лодке», которая сейчас хранится в Третьяковской галерее. Есть портрет Иды Рубинштейн работы Бакста, что само по себе невероятная редкость. Мастера и танцовщицу связывали долгие творческие отношения: Бакст был любимым художником Иды Рубинштейн. Однако мы мало знаем об их общении вне театра. Портрет немного проливает на это свет. К тому же он из частного собрания: подобные вещи мы видим гораздо реже, чем музейные.

В разделе «Камерное» искусство...» показаны художники 1930-х — ныне практически забытые: они до сих пор не реабилитированы в своем праве на существование. В основном эти авторы состояли в объединениях, оказавшихся вне закона, например в группе «13». Также представлены бывшие ученики Малевича: в частности, есть прекрасные работы Веры Ермолаевой. Или произведения Павла Басманова, который тоже был последователем Малевича, хотя лично его не знал. И, конечно, показаны рисунки самого Малевича — эскизы к живописным работам.

— Судьба какого художника кажется вам наиболее драматичной?

— На выставке можно увидеть миниатюры Михаила Соколова — вещи изумительной красоты и тонкости. Они совсем крошечного размера, со спичечный коробок, иногда чуть больше, но в них все состоялось и все живет. Соколов был достаточно сложным человеком, с непростым характером. В 1920-е пробовал себя в авангарде: у него были опыты в духе кубизма. Потом начал нащупывать собственный язык. Он был художником фантазийного толка, придумывал множество сюжетов. Например, у него был цикл, связанный с Испанией, — «Коррида»: совершенно несоветское искусство. В 1937 году Соколов был осужден по доносу и попал в Сиблаг. Из-за серьезных проблем со здоровьем оказался буквально на грани жизни и смерти. В 1943 году его освободили как доходягу: чтобы не занимал место в лагерной больнице. Он прожил еще буквально несколько лет — здоровье было катастрофически подорвано. Долгое время его имя знали лишь некоторые коллекционеры. Однако недавно вышел трехтомник о Соколове — стараниями коллекционера Юрия Петухова и сотрудницы Ярославского художественного музея Нины Голенкевич. Она, кстати, способствовала тому, чтобы в фондах музея оказались работы художника: сейчас там хранится самая большая коллекция его произведений. Лагерные вещи Михаила Соколова совершенно удивительные. Он делал миниатюры с помощью доступных средств: писал на плохой оберточной бумаге белилами, кирпичом, сажей — чем придется. И получались маленькие вещи редкой красоты, в которых совершенно отсутствует ощущение драмы: невозможно догадаться, при каких страшных обстоятельствах они были созданы.
Фото: Александр Авилов / АГН «Москва»