Частные музеи на карантине: «Еще месяц выдержим, больше — вряд ли»

Ксения ВОРОТЫНЦЕВА

06.05.2020

Галерея Веллум.


Режим самоизоляции, введенный в Москве 29 марта, обернулся большими финансовыми потерями для музеев и галерей. Особенно пострадали частные институции, существующие на собственные доходы или на деньги владельцев.

«Культура» обратилась к представителям частных музеев и галерей со следующими вопросами: 
 
— Как прошел месяц самоизоляции, оценены ли финансовые потери?
— Что планируете делать в связи с продлением ограничений?
— Будут ли скорректированы выставочные планы?

Наталья Григорьева-Литвинская, шеф-куратор Центра фотографии им. братьев Люмьер:

— Месяц простоя частного музея означает полное отсутствие дохода. Доход — это посетитель, которого вы пригласили. Нет посетителя — нет дохода. О потерях можно говорить, основываясь на разных критериях оценки. Есть выставки, организованные ранее, так и не окупившие затраты; есть инвестиции в сувенирную продукцию к выставкам, которую не смогли продать из-за остановки Центра фотографии. Есть долги по выставкам перед западными партнерами, которые теперь погасить будет еще труднее из-за серьезного падения курса рубля. И есть стандартные ежемесячные и ежеквартальные затраты на налоги, аренду, зарплату — их пока никто не отменил.

Откроется Центр фотографии в июне или июле, уже не важно. Важнее принимать решения, основываясь на том, что арт-бизнес не оживет еще минимум год, и причин этому огромное количество. Это и страх людей перед массовыми мероприятиями, и сильное падение их финансового благосостояния, и постепенное снятие мер изоляции, что, безусловно, необходимо. Хотелось бы рассчитывать, что сентябрь принесет оживление, но осенние обострения вируса очень вероятны, они не дадут восстановить нам прежний уровень посещаемости. О сокращении зарплат пока речи не идет, а о сокращении штата — да, безусловно. По-своему ситуация позволила оценить все внутренние бизнес-процессы, и слабые места выявились очень быстро.

В первую очередь (придется отказаться. — «Культура») от западных проектов. Их окупаемость всегда была под вопросом. Себестоимость выставки в аренду имеет единую цену как для российского, так и для западного музея — при абсолютно несопоставимых ценах на входной билет у нас и на Западе. Но у нас достаточно много проектов по советской и российской фотографии, и я в определенной мере рада этому. Я всегда любила заниматься XX веком и многого сделать не успела. 

Люсинэ Петросян, директор и сооснователь галереи ARTSTORY:

— Месяц самоизоляции прошел тяжело, так как галерея была закрыта. Весь персонал находится на самоизоляции, при этом организация платит зарплату. Сотрудники работают, пишут тексты и делают публикации в соцсетях о текущей выставке — проекте Владимира Мигачева «Пустота». Недавно случилось неприятное происшествие: с нашей красивой входной двери некие молодые люди украли старинную бронзовую ручку.

Нам ничего не остается, как дисциплинированно ждать окончания всеобщего карантина. Поскольку мы сохранили весь штат сотрудников, надеемся на компенсацию от государства.

Мы планируем продлить выставку Владимира Мигачева, поэтому выставочный график придется сдвинуть. Конкретные даты будут зависеть от окончания карантина и открытия границ, поскольку две следующие выставки должны были пройти с участием зарубежных художников. Это Александр Кедрин из США и Маша Шмидт из Франции: открытие ее выставки «Выше только небо» было запланировано на середину апреля.

Ася Филиппова, директор ЦТИ «Фабрика»:

— Ухудшение ситуации мы почувствовали больше месяца назад. Уже в середине марта поняли, что нужно отменять ближайшие выставки; наши резиденты стали сообщать о финансовых трудностях. Сейчас мы понимаем, что особый режим повлек за собой снижение нашей выручки более чем на 50 процентов.

Мы постарались максимально сократить наши затраты, в первую очередь коммунальные и эксплуатационные расходы. Снижение оплаты труда сотрудников было нелегким решением, но и это пришлось сделать. Сокращение штата для нас совершенно неприемлемо — на Фабрике нет лишних людей, и мы ценим каждого сотрудника, работающего у нас. В то же время в апреле Фабрика, являющаяся членом Союза креативных кластеров (СКК), принимала активное участие в переговорах с правительством Москвы о мерах поддержки творческих индустрий. В конце месяца наши предложения были приняты, и мы испытываем определенный оптимизм и надежду на то, что скоро появится работающий механизм поддержки творческих кластеров через налоговые льготы и гранты.

Мы не планируем отказываться от конкретных выставок и надеемся перенести те проекты, которые не показали в апреле, если это будет удобно авторам. Возможно, придется урезать бюджеты для проектов 2020 года, но мы не в первый раз сталкиваемся с кризисами и рассчитываем преодолеть последствия особого режима и минимизировать их ущерб для выставочной программы. Главным вопросом для нас сейчас является статус Московской биеннале молодого искусства, запланированной на лето 2020-го. В нашей программе было несколько важных проектов. Очень хочется, чтобы они вошли в программу биеннале и стали хорошим стартом для молодых авторов.

Любовь Агафонова, арт-директор галереи «Веллум»:

— Мы закрылись в середине марта, как только вышло распоряжение мэра Москвы (о приостановке культурных и выставочных мероприятий численностью больше 50 человек. — «Культура»). С тех пор никаких денежных поступлений не было. Я веду страничку в «Инстаграме», делаю публикации в фейсбуке. Демпинговать и продавать ключевые произведения за небольшие деньги я не готова. Возможно, галереи, которые занимаются дешевым сегментом, в итоге уйдут в интернет. Но те уникальные произведения искусства, которые я представляю, не подходят для интернет-торговли. Торги — это личное общение, они требуют встреч с людьми. Я уважаю коллекционеров и клиентов, поэтому никого не принимаю в галерее. Не хочу подвергать кого-то опасности или рисковать сама. 

Пока мы замерли, затаились: ждем, когда вернется привычная жизнь, работаем над будущими выставочными проектами. Я разбираю графику, в мирное время до нее не доходили руки, теперь появилась возможность систематизировать произведения. В этом году галерея «Веллум» отмечает 20-летие. Все эти годы я работала без нормальных отпусков. И теперь восстанавливаю силы: читаю, смотрю, преподаю. Наверное, такая передышка была необходима. Сама себе я бы этого не позволила.

Наши сотрудники находятся дома, всем выплачиваем зарплату. Еще месяц точно выдержим. Больше — вряд ли. «Веллум» — частное предприятие: мы очень зависимы от внешних проектов, выставок, продаж картин.

Ждем помощи от города: очень надеемся, что получим подтверждение о снижении арендной платы. Мы арендуем не напрямую у МВО «Манеж»: у нас заключен договор субаренды. Надеюсь на разумность наших арендодателей. Таких галерей, как «Веллум», в Москве немного. К сожалению, пока мы находимся в подвешенном состоянии: ответа на запрос так и не получили.

С начала февраля у нас работала выставка «Русский стиль — l'art de vivre» , организованная совместно с галереей «Русская усадьба». Сейчас она, естественно, заморожена. Когда закончится пандемия, обязательно продлим ее еще на месяц. Затем мы собирались показать графику Дмитрия Плавинского: редкие вещи из коллекции семьи и частных собраний. Еще одна планируемая выставка посвящена забытому архитектору и художнику Александру Быховскому. Такие авторы нам особенно интересны: «Веллум» занимается восстановлением исторической справедливости. Эти выставочные проекты пришлось передвинуть, но мы обязательно их покажем.

Самое обидное: в начале июня в одном из ведущих музеев страны должна была состояться презентация галереи, приуроченная к нашему 20-летию. Пока перенесли презентацию на осень — надеюсь, она все-таки состоится.

Ася Тарасова, руководитель выставочного, научного и просветительского департамента Музея современного искусства «Гараж»:

— Месяц прошел достаточно продуктивно, мы запустили платформу «Гараж». Самоизоляция», где размещаем онлайн-материалы по текущим выставкам и событиям, а также экспериментируем с новыми форматами. Кроме того, наши доблестные экскурсоводы постоянно проводят прямые эфиры в «Инстаграме» с экскурсиями (не только по нынешним выставкам, но даже и по прошедшим). Команда очень сфокусировано работала над новыми инициативами и идеями, поэтому для нас этот период оказался в большей степени интенсивным. Каждый день в Музее (его онлайн-части) происходит что-то новое: медиации по выставке о советских нонконформистах «Секретики», мастер-классы от художников наших мастерских, ридинг-группы по советской фантастике, совместные с представительством ЕС лекции по инклюзии. 

Финансовые потери пока что рано оценивать, так как официально самоизоляция еще не закончилась.

Выставочный план, конечно, пришлось корректировать. Мы понимаем, что пока границы закрыты, нам сложно вернуть экспонаты текущих выставок их зарубежным владельцам. Мы также хотим дать зрителям возможность посетить выставки, которые были открыты всего полтора месяца, до введения режима самоизоляции, поэтому ведем переговоры об их продлении. Наш флагманский проект — Триеннале современного российского искусства (которая была запланирована на июнь) — перенесен на осень, ну и, соответственно, все остальные выставки тоже немного сдвинулись во времени. В какой-то степени изменится и план будущего года из-за той же непредсказуемой ситуации с границами. 

Юлия Петрова, генеральный директор Музея русского импрессионизма:

— Все ушедшие на карантин организации сейчас находятся в ситуации форс-мажора. Прямые потери музея составляют уже более 8 миллионов рублей. О косвенных можно будет говорить, когда мы поймем границы карантина и сопутствующего ему кризиса. В прошлом году Музей русского импрессионизма сам заработал около 40% собственного бюджета. Это очень хороший показатель, и мы готовились его перебить, но теперь, конечно, это вряд ли возможно.

Мы ждем открытия, а пока продолжаем работу над выставочными проектами, активно ведем эфиры в социальных сетях, читаем онлайн-лекции, готовим новые программы. Наши партнеры, и российские, и зарубежные — Франция, Великобритания, Прибалтика — также ежедневно на связи, все понимают, что, несмотря на карантин, времени терять нельзя.

На данный момент изменений в штате не произошло, и мы приложим максимум усилий для сохранения всех сотрудников. Как частный музей, мы не получаем финансирования от государства. Конечно, было бы здорово, если бы нашлась возможность помочь малому и среднему бизнесу. Сейчас это необходимо. Рассчитываем как минимум на обещанную правительством отсрочку по уплате налогов и страховых взносов для представителей сферы культуры.

Главная проблема в том, что пока невозможно спрогнозировать пределы этого кризиса: когда будут открыты границы, как быстро восстановится поток посетителей, сколько в итоге составят финансовые потери и как придется корректировать планы до конца года. Стараемся по каждому случаю продумывать запасные варианты. Музейная сфера все еще довольно консервативна и неповоротлива в принятии решений, но сейчас обстоятельства на практике учат нас быть гибче.

Все запланированные выставки состоятся, но сдвинутся во времени. Прежде всего мы продлили выставку «Юрий Анненков. Революция за дверью». Она проработала всего месяц вместо запланированных трех. Соответственно перенесется на осень выставка художника начала XX века Сергея Виноградова — ранее мы собирались открывать ее в июне. Сложнее всего с международными проектами, где задействовано много музеев, у каждого из которых свои планы и обстоятельства. Так, мы готовились привезти в Москву выставку французского мастера Эжена Каррьера из Музея Орсе, музеев Сен-Клу, Страсбурга, Лилля, Лиона, Гренобля и других. Сейчас эта выставка отложена на неопределенный срок: мы должны найти период, удобный всем участникам. Зато появилось место и для нового проекта — в начале 2021 года рассчитываем представить выставку о советских коллекционерах.

Фото на анонсах: галерея «Веллум», Музей русского импрессионизма