«Трафик» Николаса Джареки: почем опиум для народа?

Алексей КОЛЕНСКИЙ

18.03.2021

TRAFIK-2.jpg


На экранах — социальная наркодрама «Трафик». Прокатчики переиначили оригинальный заголовок Crisis, но не разминулись с истиной: сюжет Николаса Джареки является репликой пафосного «Траффика» Стивена Содерберга.

Идея ленты 2000 года сводилась к незамысловатому парадоксу: наркотрафик разлучал близких людей, но сближал тех, кто бросал ему вызов. Режиссер делил мир на слабаков и рыцарей-одиночек, обожествляя борьбу с дурманом как с экзистенциальной силой, что «вечно хочет зла, но совершает благо». Одолеть зло, убеждал Содерберг, невозможно, да и не нужно; довольно лишь отринуть соблазн и исполнить моральный долг. «Трафик» Джареки наглядно оспаривает эту максиму.

Сюжет новой драмы так же сплетен из трех перекликающихся линий героев, ведущих единоборство с заразой. Показательна смена социальных ролей: в прежней ленте за здоровую нацию сражался высокопоставленный американский чиновник, отважный мексиканский полицейский и прозревшая жена наркобарона. Ныне на вахту заступают маленькие, нервные, спотыкающиеся люди: университетский ученый-фармаколог, федеральный агент под прикрытием и мать-одиночка, жаждущая отомстить за смерть сына-наркокурьера. Никто из персонажей не способен оценить масштаб мафиозного левиафана, и режиссер проговаривается о нем как бы ненароком, скупыми репликами. В них — соль сюжета, но прежде пара слов о злоключениях героев.

Скромный университетский профессор-грантоед промышляет экспериментами, сертифицирующими безопасность новых препаратов. Однажды в вольерах дают дуба все крысы, и он пробует заикнуться о проблеме. Работодатели немедленно выписывают «диссиденту» крупный чек и просят подмахнуть бумагу о неуверенности в результатах опытов. А когда профессор отказывается брать взятку, лишают университет поддержки своего благотворительного фонда… Другой — агент ФБР Джейк (Арми Хаммер) — ловит на живца канадских контрабандистов, доставляющих в США недорогие и убойные таблетки, на которых сидит его сестра (Лили-Роуз Мелоди Депп). Главаря этой банды мечтает прикончить мать убитого подростка-курьера Клэр (Эванджелин Лилли). Ее слепая месть оказывается в конечном счете единственным антидотом. В этом обстоятельстве и заключается трагизм ленты Джареки — хорошие парни со слабыми картами играют вслепую против сверхсистемы с флеш-роялем козырей. Мелкий выигрыш позволяет им лишь оценить тщету усилий и окончательно увязнуть в безнадежной партии.

Американские зрители прекрасно понимают, о чем идет речь: выражение «Опиоидный кризис» стало пунктом национальной повестки и четыре года назад было признано «критической проблемой государства». Более ста тысяч американцев ежегодно умирают от опиоидной передозировки, и их число неуклонно растет более чем на двадцать процентов. В ближайшие десять лет количество летальных жертв перевалит за полмиллиона в год, перегнав смертность от ВИЧ. При этом львиную долю убойных таблеток граждане получают по предписаниям врачей. Фармкомпании ежегодно наращивают производство разнообразных средств и активно рекламируют их безопасность, а когда подвергаются разоблачению, переключаются на выпуск новых линеек, неуклонно расширяя спектр применения.

Десятки миллионов пациентов просто не могут отказаться от приема опиатов — как вследствие привыкания, так и из-за нужды в обезболивающих, выполняющих роль паллиатива медицинской, не доступной значительной части населения, помощи. Акулам фарминдустрии уже недостаточно эксплуатировать «естественных» потребителей. Для расширения рынка они сливают формулы новых снадобий наркокартелям, подсаживающим на них уличных подростков. Картина Джареки не оставляет места для иллюзий: люди, пытающиеся противостоять тотальному геноциду, подобны камушкам, перемалываемым жерновами «прогресса» фармакологии.

Как же так вышло? Задумав картину в 2012-м, Джареки выявил ключевые схемы взаимодействия убийц в белых халатах, правительственных чиновников и мобилизующих уличных дилеров. Закономерно, что режиссер так и не нашел голливудского продюсера, решившегося профинансировать фильм-расследование. В итоге канадско-бельгийский проект спродюсировал Гэри Олдмен, подобно режиссеру потерявший друзей в «Опиоидном кризисе».

«Трафик». Канада, Бельгия, 2021

Режиссер Николас Джареки

В ролях: Гэри Олдмен, Арми Хаммер, Эванджелин Лилли, Грег Киннер, Мишель Родригес, Лили-Роуз Мелоди Депп, Миа Киршнер

18+

В прокате с 11 марта