Опаленное детство: омичи выпустили сборник, посвященный спасению в начале войны несовершеннолетних блокадников

Елена МАЧУЛЬСКАЯ

24.06.2021

ввв1.jpg

Дом детства моего: историко-архивный сборник
Редактор-составитель Ирина Гладкова
Омск: «Золотой тираж» (ООО «Омск-бланкиздат»), 2020. — 211 с.
В издании, подготовленном при участии региональной общественной организации ветеранов культуры, искусства, художественного образования Омской области, собраны свидетельства перемещенных из блокадного Ленинграда за Урал детей (записанные со слов бывших воспитанников детских домов, взятые из книг, писем и других источников), а также недавно рассекреченные архивные документы, рассказывающие о том, как в военные годы были организованы эвакуация и размещение ребят в далекой от города на Неве Сибири.

Осенью 1941 года в Государственный комитет обороны ежедневно представлялись справки о количестве эшелонов с эвакуированными, указывалось число прибывших в пункты назначения за истекшие сутки. И это в тяжелейших условиях первых месяцев войны, в условиях грозившего небывалой катастрофой немецкого наступления.

Омская область простиралась тогда до берегов Карского моря, нормальной телефонной связи не было (только телеграф), однако решения принимались мгновенно и так же быстро реализовывались. Первое постановление областного исполкома о размещении вновь прибывших датировано 28 июня. Все 49 районов огромного региона страны должны были подготовить 4890 помещений для эвакуированных.

В Омск доставили 23 956 детей с оккупированных (или оказавшихся во вражеской блокаде) территорий, из них — более 17 тысяч ленинградцев.

«Вот столько лет прошло, я одного мальчика ленинградского помню, его глаза не забываю. Он к моему сыну ходил, они всегда вместе были. Игорем его звали. Как-то пришел, а я купаю дочку. Игорь говорит, что его мама сестренку по-другому купала, стоит рядом, смотрит и плачет. Он рассказал мне, как мама поднимала дочку над собой и кричала: «Спасите ребенка!», а волны захлестывали их. Это фашисты бомбили их баржу на Ладожском озере...» — вспоминала жительница села Корнеевка Е. Дик.

Эта книга не только и не столько об ужасах войны, сколько о незаметном подвиге простых людей, человеческом неравнодушии, которое проявляли все — и начальники на местах, и обычные школьники. Женщины прямо на вокзале усыновляли эвакуированных сирот, студенты-медики после лекций бежали оказывать прибывшим в Омск маленьким ленинградцам медицинскую помощь.

Учитель одной из сельских школ рассказывал: «В конце ноября 1941 года, когда дороги были забиты снегом, нас известили, что на станцию в Кировск прибывает два вагона с детьми из Ленинграда. Дети плохо одеты, надо встретить и обеспечить их теплой одеждой. Времени было мало, обратились к школьникам — собрать пимы, шапки, теплые шубы для перевозки детей в село Харламово. Одна из девочек сняла теплое пальто, чтобы отдать его. На замечание учительницы — как сама-то будешь без пальто, — ответила: «А я тут рядом живу, добегу до дома без пальто».

Детей ленинградского детсада №26 приняли жители совхоза «Элита». Директор Сергей Зорько отдал под интернат собственный дом, выделил земельный участок и корову. Воспитанники завели собачку. Во время обеда дежурный подходил к товарищам с ведерком в руках, и каждый — таково было решение самих ребят — наливал в «посуду» для четвероногого друга по ложке супа из собственной тарелки.

В то время любой гражданин, от мала до велика, совершал свой маленький подвиг, и такой поступок выглядел как нечто само собой разумеющееся.

Шла война, не хватало самого необходимого. Ребята делали чернила из сажи, тетрадями им служили старые газеты, а на обед часто был суп под названием «затируха» — неаппетитное кушанье из муки и воды. Приходилось работать в огороде, пилить дрова, возить воду — интернаты обеспечивали себя самостоятельно. И тем не менее находилось время для концертов, любительских спектаклей, приобщения к прекрасному».

«Запомнились мне прогулки с нашей воспитательницей Екатериной Алексеевной Полиловой по окрестностям Ярославки. Она хорошо пела, в Ленинграде занималась вокалом, любила оперу. Она нам рассказывала о композиторах, об операх, передавала сюжеты опер и при этом исполняла арии. Впервые тогда я услышала арию Марфы из «Царской невесты» и арию Далилы (опера «Самсон и Далила» Камиля Сен-Санса)», — рассказывала воспитанница Ярославского детского дома Маргарита Александрова.

В этом сборнике передано живое человеческое слово, дыхание времени. Несмотря на запечатленные в памяти тяготы военного лихолетья, почти все воспоминания озарены светом любви, необыкновенной душевности.

Для многих юных ленинградцев Омская область стала второй родиной. Долгие годы в детдома приходили письма и открытки от бывших воспитанников. «Пишут отовсюду: с далекой Чукотки и из близкого Омска, с Дальнего Востока и из Магадана. Пишут о своих успехах, планах, просят совета — как поступить. Пишут в родной дом...» — вспоминала завуч Петропавловского детского дома №2 Ю. Хвойницкая.

Изданная в прошлом году книга продолжает жить своей жизнью: волонтеры ищут для нее новую информацию (сегодня пока еще есть возможность найти свидетелей тех событий), помогают блокадникам, восстанавливают утраченные связи. К моменту переиздания наверняка станут известны и другие имена — тех, кто в годы войны совершал свой незаметный, но очень нужный стране и народу подвиг.

Материал опубликован в майском номере журнала Никиты Михалкова «Свой»