«Шерлок»: зеркало для героя

17.01.2017

Михаил БУДАРАГИН, публицист

Подошедший к концу четвертый сезон сериала «Шерлок», трансляция которого в России не обошлась без скандала с «утечкой» (последняя серия появилась в сети на русском раньше, чем на английском), вызвал массу нареканий у публики. Зрители, привыкшие сочувствовать героям Бенедикта Камбербэтча (Шерлок) и Мартина Фримена (Доктор Ватсон), оказались разочарованы тем, что никаких особенных «дел» великий сыщик и его помощник больше не расследуют. А, кажется, должны.

У Артура Конан-Дойла, чьи произведения легли в основу экранизаций, в центре повествования всегда находится загадка. Пусть не тайна, иногда речь идет просто о путанице с гусями (рассказ «Голубой карбункул»). Знаменитым Шерлока Холмса сделал не только его дедуктивный метод, но и пестрота второстепенных персонажей: здесь и европейские сановники, и бедные клерки, и нищие мальчишки, и не слишком расторопные барышни, и глупые обыватели — для всякого нашлось доброе слово. В советской версии от режиссера Игоря Масленникова, где Василий Ливанов и Виталий Соломин блестяще сыграли прославленный британский дуэт, ситуация немного меняется, но все равно остается милой и ясной зрителю. Медленное время, внятные умные диалоги, и даже Мориарти выглядит как-то очень по-свойски. Он — зло, но предельно понятное.

В сериале Би-би-си к последнему эпизоду все запуталось настолько, что разочарованным поклонникам осталось лишь то и дело восклицать: «Кто на ком стоял?»

Однако именно так все и должно быть. Шерлок Холмс снова оказался равен времени, стал зеркалом, в которое можно посмотреться, чтобы увидеть портрет современного западного (и российского — в том числе) общества. Отражение не слишком похоже на то, о чем писал Конан-Дойл или снимал Масленников, но зато убедительно объясняет, кто же мы такие и где находимся.

Больше не нужны мальчики-посыльные и викторианские девушки, на их место пришел одиночка, страстно ищущий покоя и любви, но не умеющий совместить эти желания. Ключевая проблематика нового прочтения истории о детективе — его болезнь и всеобщее недоверие друг к другу. Шерлок Холмс больше не разгадывает загадки, потому что главная тайна — он сам. Как он вообще живет? Кто он такой? Та же логика распространяется и на всех остальных героев. Никто никому на самом деле не интересен: это не плохо или хорошо — так теперь устроен мир. Шизофрения поначалу даже приглянулась зрителям, но чем дальше, тем она болезненнее — персонаж Камбербэтча к финалу замкнулся на себе до такой степени, что потребовалась целая сестра, явившаяся как Бог из машины, чтобы его спасти.

Набирающий по ходу расследования какие-то сообщения в «Твиттер» сыщик — явление странное: такого по телевизору не показывают. Однако в том и дело, что создатели сериала могли бы выпустить в свет очередную ненастоящую «детективную историю» (сделанную как раз по «канонам»), и пропасть в мутном потоке сотни сюжетов о том, как гений дедукции или целая команда срывают покровы. Подобного «продукта», и отечественного производства, и западного, так много, что отличить одну картину от другой нельзя. Кажется, самым достоверным голосом эпохи так и остался капитан Ларин из «Улиц разбитых фонарей»: тот просто выкатывал граненый стакан из тумбочки, как и положено герою 90-х, и ничего особенно умственного не демонстрировал. Хороший несчастный мужик, жизнь которого не сложилась, — чего еще нужно?

Новый Шерлок строчит в социальные сети быстрее, чем беседует с Ватсоном, но что же в этом удивительного? Приятного, конечно, мало. Однако милая сердцу правда часто нужна только для того, чтобы скрыть действительное положение вещей. Так, в сериале слишком много спецслужб и правительства (брат Майкрофт раньше оставался фигурой второго ряда), и не нужно строить иллюзий — если за вами никто не следит, это чаще всего значит лишь то, что вы никому даром не сдались. Когда нужно, прослушают даже Ангелу Меркель: дело нехитрое.

Наконец, в сериале хватает болезненной семейности и копания в прошлом, но вся современная культура повествует только об этом. Автор три раза сходил к психотерапевту и выдал два романа, которые переведены на сто языков и продаются в России под брендом «интеллектуальный бестселлер» и «главная книга тысячелетия». Две трети книжных разборов написаны о том, как смелый рецензент прочел и «открыл в себе»: разумеется, ничего, кроме этого заветного «в себе», у него не было, нет и не будет.

Посреди семейной драмы, всеобщего эгоцентризма, всепроникающего интернета стоит герой, и у него еще есть возможность, будучи сыном своего века, а не деревянной куклой, воспитать в себе что-то подлинное, живое, человеческое. Он — интроверт и ненормальный, сноб и зависим от самых разных наркотиков, беспардонный пахарь и травмированный семьей шизофреник. И если вдруг зрители хотели увидеть другого Шерлока Холмса, то, честное слово, непонятно, откуда ему взяться? Скажем спасибо и за этого — в самой его возможности остаться человеком, сочувствовать, переживать есть много утешительного. Это зеркало не льстит всем нам, но глупо делать вид, что отразившееся в нем мы наблюдаем в первый раз. Каждый день лицезреем.


Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть