«В рамках нашего фестиваля музыка становится частью летнего пейзажа»: композитор Максим Дунаевский приглашает в Новый Иерусалим

— Максим Исаакович, в нашей стране проводится немало музыкальных фестивалей, в особенности в летний период. В чем заключается уникальность патронируемого вами мероприятия?

— Я считаю, что «Лето. Музыка. Музей» — один из лучших российских фестивалей, проводимых на открытом воздухе, если не самый лучший. Его уже можно считать полностью состоявшимся. За девять лет существования он прошел периоды рождения, становления, взросления. Фестиваль, которым руководит один из наиболее выдающихся наших дирижеров, Дмитрий Юровский, всегда предлагает интересные программы. Они, так или иначе, посвящены какой-нибудь теме, связанной с важными событиями, юбилеями. Например, в прошлом году мы отмечали 80-летие Победы...

Главная особенность мероприятия — его разносторонность и многоликость. Ведь это не просто музыкальный фестиваль, а некое пространство, где музыка становится частью летнего пейзажа. В Музее «Новый Иерусалим» всегда проходят интересные тематические выставки. По сложившейся традиции гости фестиваля могут посмотреть музейные экспозиции перед началом концерта.

Рядом с местом проведения нашего фестиваля находится Ново-Иерусалимский монастырь с одним из лучших подмосковных храмов, Воскресенским. Эту обитель хоть раз в жизни просто необходимо посетить. Многие приезжают сюда целыми семьями еще и для того, чтобы отдохнуть, провести время на свежем воздухе, полюбоваться дивными видами природы, в которую наш фестиваль гармонично вписан. Так что этот подмосковный праздник удивительным образом объединяет в себе три начала: лето, музыку и музей. Думаю, именно в этом и заключается его уникальность.


Фото: Арман Тадевосян /архив пресс-службы Музея «Новый Иерусалим»

— В 2026 году фестиваль посвящен 120-летию со дня рождения Шостаковича. Однако в эти дни прозвучат не только произведения Дмитрия Дмитриевича. Чем вы руководствовались при составлении программы?

— Нам показалось важным раскрыть художественный контекст, в котором творил композитор, поведать музыкальным языком о людях, вдохновлявших Шостаковича (например, о Мусоргском, последователем которого Дмитрий Дмитриевич себя считал) или окружавших его (Прокофьеве, Стравинском). В программе много смысловых деталей, позволяющих лучше понять суть творчества Шостаковича. Именно поэтому на фестивале, помимо музыки самого юбиляра — Первой и Пятой симфоний, «Праздничной увертюры», — прозвучат произведения его предшественников и современников.

Фото: Арман Тадевосян /архив пресс-службы Музея «Новый Иерусалим»

— Как вы оцениваете пройденный фестивалем без малого десятилетний путь? Насколько он сегодня отличается от мероприятия 2018 года, когда вы только начинали?

— Не думаю, что по своему изначальному посылу фестиваль за истекшие годы претерпел какие-то кардинальные изменения. Другое дело, заметно вырос его масштаб и уровень. И это вполне естественно, ведь первые шаги любого начинания, как правило, весьма скромные. Постепенно из небольшого опен-эйра фестиваль превратился в крупное событие. Сегодня для исполнения грандиозных программ сюда приглашают лучших солистов, оркестры и дирижеров. Наверное, в этом и состоит его развитие.

При этом мне кажется, что эдакого «монстра» в дальнейшем из фестиваля делать не следует — в плане количества отведенного для его проведения времени. Пяти дней вполне достаточно. Он и так довольно большой: в 2025 году его посетили более 8000 человек. Мы за девять лет представили на суд зрителя огромное количество выдающихся музыкальных произведений, при этом ни разу не повторившись. А это, я вам скажу, довольно серьезное достижение.

 

Фото: Арман Тадевосян /архив пресс-службы Музея «Новый Иерусалим»

— «Лето. Музыка. Музей» — фестиваль, на котором звучат преимущественно академические, «серьезные» сочинения. Однако в прошлом году действо завершилось концертом-посвящением Максиму и Исааку Дунаевским. Это было связано с тем, что 2025-й был юбилейным для вас и вашего отца?

— Именно так. Это было решение организаторов — сделать некое «лирическое отступление», устроить специальный сет в честь двух Дунаевских. И надо сказать, публика этот ход оценила по достоинству, приняла концерт с благодарностью. Но прошлогодний опыт стал скорее исключением из правила — своей серьезной тематической направленности фестиваль изменять в будущем не планирует.


Фото: Арман Тадевосян /архив пресс-службы Музея «Новый Иерусалим»

— Ходит такая байка: в одной дружеской беседе, состоявшейся между вашим отцом и Шостаковичем, Исаак Дунаевский якобы сказал: «Мы с тобой, Митя, самые популярные композиторы». На что Шостакович ответил: «Да, Дуня. С той лишь разницей, что все знают мое имя, но никто не знает ни одной моей ноты. Так же, как все знают твои мелодии, но никто не знает, кому они принадлежат». Вы что-нибудь об этом слышали?

— Скорее всего, это действительно байка. Все прекрасно знали и музыку Шостаковича, и имя моего отца. Но то, что они были хорошо знакомы, — факт. В молодости Дмитрий Дмитриевич и Исаак Осипович вместе работали в Ленинградском мюзик-холле: Шостакович был пианистом, а Дунаевский сочинял музыку и являлся художественным руководителем. Их связывали не только сугубо творческие взаимоотношения. Мой отец и Шостакович тесно общались и дружили на протяжении всей жизни.

— Максим Дунаевский — автор музыки ко многим выдающимся отечественным художественным и мультипликационным фильмам. Как вы относитесь ко всевозможным переработкам и «новоделам» в области музыкального кино, тенденция к которым наметилась в последние годы? В частности, прошлогодний фильм «Летучий корабль» вам понравился?

— Да ну что вы, это запредельный ужас.

— Неужели команда, стоявшая у руля этого проекта, с вами не советовалась?

— Поначалу вроде как да, но потом фильм все равно сделали, не обращаясь ко мне даже как к музыкальному продюсеру. В итоге получилась картина, в отношении которой некоторые люди высказались очень метко: дескать, если бы этот «Летучий корабль» появился раньше того, из него не вышло бы ни одной песни.

— Почему телефильм «Д'артаньян и три мушкетера», всенародный успех которого во многом обязан музыке Максима Дунаевского, не получил, несмотря на неоднократно предпринимаемые в этом направлении попытки, достойного продолжения — как в плане сюжета, сценария, режиссуры, так и в том, что касается саундтрека?

— Зачастую это вопрос лотереи — тут не угадаешь. Да, выходили и «Двадцать лет спустя», и «Возвращение мушкетеров». Ну не получилось повторить на том же уровне, что же тут поделать? А почему именно? Да кто ж его знает... В нашей стране, кстати, продолжения (или, как их принято называть, сиквелы) удаются крайне редко. Говоря предельно откровенным языком, их делают плохо. Практика показывает: если что-то однажды создается талантливо, то потом повторы обычно проваливаются. Для того чтобы жанр развития темы кинематографическими средствами прижился, требуется удачное и гармоничное совпадение, сочетание огромного количества факторов и аспектов.

— На данный момент все ваши помыслы и энергия, наверное, направлены на подготовку к фестивалю «Лето. Музыка. Музей». А чем наполнена ваша композиторская жизнь в последнее время? Какие прошли премьеры? Обращаются ли к вам продюсеры с просьбами написать музыку для телесериалов, которых расплодилось немыслимое множество?

— Сериалы — не дело композитора. Сегодня этим промышляют «поденщики», у которых не всегда получается реализоваться в более достойных проектах. То, что они сочиняют, музыкой едва ли можно назвать.

Что же касается моих премьер, то в этом году у меня их было две, довольно больших. Во-первых, спектакль «Святая Анна» в Театре Российской армии. Это очень серьезная постановка, которую сложно отнести к какому-либо жанру. Раньше такие произведения называли рок-операми, но поскольку в ней отсутствует элемент рока, я бы скорее сказал, что это мюзикл-опера.

А во-вторых, в Санкт-Петербурге в театре «Карамболь» мы с Юрием Энтиным представили замечательный детский спектакль «Несносная принцесса», который пользуется большим успехом, причем не только у представителей самой юной аудитории. Помимо этого, я в настоящее время занят «Синей птицей». Это довольно крупный анимационный проект, в семи эпизодах. Так что на недостаток работы пожаловаться не могу.