26 мая исполнилось 100 лет со дня рождения Майлза Дэвиса, выдающегося музыканта ХХ века, трубача и бэнд-лидера, стоявшего у истока многих джазовых направлений и оказавшего заметное влияние на развитие жанра.


В истории музыки есть авторы и исполнители, широко известные своими именами, но не творческим наследием. Не всякий слушатель определит, в чем состоит исключительность таких мастеров, несмотря на окружающий их ореол величия и всеобщего поклонения.

К примеру, у многих на слуху имя Карлхайнца Штокхаузена, и даже не самые продвинутые меломаны в курсе, что этот человек являлся крупнейшим музыкальным новатором второй половины ХХ века, экспериментатором, композитором-авангардистом, но едва ли найдется много людей, готовых объявить себя глубокими знатоками его творчества. Или взять Джими Хендрикса: в мире рока он давно уже принадлежит к «касте неприкосновенных», его авторитет как блистательного гитариста не подлежит ни малейшему сомнению. Но, положа руку на сердце, так ли уж многие заслушиваются его музыкой?


Майлз Дэвис: Фото: Imago/ТАСС

К числу таких прославленных, безусловно почитаемых относится и Майлз Дэвис, один из крупнейших артистов прошлого столетия, человек, пользовавшийся в мире джаза авторитетом настолько большим, что даже гениальный Дюк Эллингтон за широту интересов и многогранность таланта сравнивал этого чикагского трубача с Пабло Пикассо. И опять же... да, каждый более-менее серьезно интересующийся музыкой человек о Дэвисе слышал. Но вот слушал ли?..

В истории джаза было немало талантливых музыкантов, дарование которых в полной мере не раскрылось: саксофонист Джо Томас, пианист Бад Пауэлл, трубач Бикс Байдербек... Майлз Дьюи Дэвис III (таково полное имя нашего героя) представляет собой противоположный пример. Он не являлся ни превосходным композитором, ни феноменальным исполнителем, но от природы был наделен непреклонной волей, завидным упорством и прозорливостью. Во многом благодаря этим чертам Дэвис стал одной из ключевых и наиболее влиятельных фигур в летописи джаза.

Играть на трубе он начал довольно поздно, в тринадцать лет, но быстро прогрессировал и уже в 16-летнем возрасте стал участником довольно заметного любительского джазового ансамбля Blue Devils. Еще через три года отправился в Нью-Йорк, где поступил в одно из крупнейших и престижнейших американских высших учебных заведений в области искусства и музыки — Джульярдскую школу. Вскоре судьба свела его с гениальным самоучкой (впоследствии одним из главных корифеев джаза) Чарли Паркером, в оркестре которого Майлз начал делать свои первые профессиональные шаги. Ему даже посчастливилось принять участие в записях первых пластинок, выдержанных в нарождавшемся стиле бибоп, одним из основателей которого и был Паркер.


Фото: Imago images/BRIGANI-ART/ТАСС

После нескольких лет сотрудничества с «Птицей» (Bird — прозвище Чарли Паркера. — Культура), Дэвису удалось создать собственный коллектив — нонет под названием Capitol Band. Несмотря на то, что в историю этот проект вошел как первый ансамбль-исполнитель «прохладного джаза», изобретателем стиля cool jazz Майлз не являлся. Будучи внимательным и предприимчивым, Дэвис «подсмотрел» его у менее расторопных коллег по джазовому ремеслу. Суть «кул-джаза» заключалась в большей эмоциональной сдержанности и рациональности — по сравнению с бибопом, требовавшим от музыкантов куда более заметной экспрессивности и виртуозности.

Недобрые языки поговаривали, что Майлз, не обладавший филигранной техникой владения инструментом, умышленно переключил свое внимание на стиль, где главенствуют средние и умеренные темпы, а ставка делается не на «скорострельные» пассажи, а на четкую артикуляцию и внимание к деталям. Дескать, скромные технические возможности Дэвиса-трубача заставляли его играть в сдержанной манере, поскольку в ней он чувствовал себя более уверенно и комфортно. Скептики также не исключали, что еще в начале карьеры Майлз осознал: пред лицом жесткой конкуренции с такими виртуозами, как Диззи Гиллеспи и тот же Паркер, ему следует избрать и развить собственный жанровый подход.

Как бы то ни было, в 1950-х кул-джаз распространился настолько широко, что уже стал казаться чуть ли не шаблоном, а формирование и популяризацию этого «скупого» на эмоции, но все же весьма выразительного джазового направления принято относить к главным творческим достижениям Дэвиса...

Шестидесятые годы — не самое благодатное время для джаза. Тогда свой пышный бал стала править рок-музыка. Начинавшееся как невинная забава для молодежи направление за несколько лет проделало стремительный путь, а главное, подобно здоровому, бурно развивающемуся дереву стало разрастаться во все стороны, образуя стилевые «ветки». Появились фолк-рок, блюз-рок, хард-рок, прог-рок, этно-рок... На этом фоне казалось вполне логичным, что слияние рока и джаза — вопрос времени. И Майлз Дэвис, будучи натурой ищущей, пытливой и внимательной, уловил в подобном жанровом альянсе как коммерческий потенциал, так и способ для нового творческого самовыражения.


Фото: Mary Evans/AF Archive/ТАСС

Хотя опять же приписывать изобретение джаз-рока (известного также под термином «фьюжн») одному лишь Дэвису было бы ошибочным. Немногим ранее попытки скрестить эти два направления предпринимали такие артисты, как Джулиан Эддерли и проект The Tony Williams Lifetime. Заслуга Майлза вновь заключалась скорее в популяризаторской, а не в новаторской миссии. Другое дело, благодаря его усилиям, как организаторским, так и сугубо творческим, джаз-рок оформился в самостоятельное, почти мейнстримовое течение.

Дэвису оказались близки эстетика и энергетика рока, да и на верховодившие в музыкальном мире электроинструменты тонко чувствовавший конъюнктуру рынка артист не мог не обратить внимание. По замыслу Майлза, новым композициям следовало быть максимально удаленными от привычных джазовых стандартов, насыщенными короткими риффовыми фразами (в лучших традициях рока), а также снабженными звуковыми спецэффектами. Для реализации своих планов Майлз привлек к сотрудничеству молодых исполнителей: гитариста Джона Маклафлина, пианистов Чика Кориа и Джо Завинула, контрабасиста Дэйва Холланда, барабанщика Билли Кобэма, перкуссиониста Аирто Морейру и других талантливых музыкантов.


Фото: Zuma/ТАСС

С ними он записал ряд любопытнейших джаз-роковых альбомов, среди которых особенно выделяется пластинка 1970 года Bitches Brew. Этот релиз разделил поклонников Майлза на два лагеря. Одни сочли диск поистине революционным, фактически новым словом в музыке. Другие же его категорически не приняли, поскольку, по их мнению, с джазом он не имел ничего общего. «Дэвис провел черту на песке, за которую никогда не заходили любители джаза, и некоторые не простили ему это», — писал в то время один критик.

Как бы то ни было, подобно любому смелому творческому высказыванию пластинка Bitches Brew не допускала равнодушного к себе отношения, а это — главное. В результате общее количество проданных экземпляров альбома превысило миллион, что сделало релиз одним из самых коммерчески успешных в истории джазовой музыки. Сам же Дэвис впоследствии стал частым гостем американских и европейских джаз- и рок-фестивалей...

Несмотря на бурное и многообещающее начало десятилетия, семидесятые годы оказались по большому счету вычеркнутыми из творческой жизни музыканта. В 1972-м он попал в серьезную автокатастрофу, вследствие чего резко сократил музыкальную активность. А после 1975 года, впав в глубокую депрессию, вызванную причинами личного характера, надолго ушел в тень. Вернулся только в начале следующего десятилетия. Продолжил выпускать альбомы, для создания которых привлекал молодых и перспективных исполнителей (помимо обостренного артистического чутья и дара популяризатора новых музыкальных направлений, Дэвис обладал еще одним умением — открывать новые таланты). Не в последнюю очередь благодаря его протекции на музыкальном небосклоне засияли такие звезды, как гитарист Джон Скофилд, саксофонист Кенни Гарретт, барабанщик Эл Фостер, бас-гитарист и мультиинструменталист Маркус Миллер и другие.

Дэвис продолжал гастролировать вплоть до своей кончины в 1991 году. Причиной смерти стали последствия инсульта, пневмонии, нарушения дыхания и (чего уж греха таить) не самого здорового образа жизни...

Вне всякого сомнения, Майлз Дэвис — фигура в истории музыки колоссальная. И, несмотря на то, что в отношении его заслуг как трубача и композитора единства в стане меломанов нет (одни снимают перед музыкантом шляпу в благоговейном трепете, другие просто считают его крепким исполнителем, не более того), бесспорно следующее: этот артист, как мало кто другой, умел находить перспективные направления среди множества сиюминутных явлений моды и преподносить их публике. Он не раз поворачивал развитие джазовой истории в новое русло и даже если порой выдавал чужие находки за свои — ему это простительно.

Фото вверху: Mary Evans/AF Archive/ТАСС