Рок по правилам и без: на подходе новые альбомы Deep Purple и The Rolling Stones
Середина лета текущего года будет отмечена выходом новых студийных релизов от двух наиболее долговечных и заслуженных рок-коллективов в истории популярной музыки.
3 июля свет увидит пластинка Deep Purple, получившая название Splat!, а неделей позже на прилавках музыкальных магазинов и главных сетевых порталах появится диск Foreign Tongues, записанный группой The Rolling Stones. Вне зависимости от того, насколько эти работы будут хороши, подобный двойной удар от грандов классического рока по умолчанию является знаковым событием.
Фото: AP/ТАСС
Случаи, когда певец (или группа) решается на выпуск полноценного альбома, пусть пока еще не единичны, но и не настолько привычны, как во времена былого расцвета звукозаписывающей индустрии. А если меломаны получают новый альбом от любимых исполнителей, да к тому же еще и с именем, — это почти всегда становится ярким эпизодом в музыкальной жизни. Когда же новые полноценные студийные продукты предлагают рок-корифеи, стоявшие у истоков жанра (а значит, создававшие в свое время правила игры), — это тянет на сенсацию. Тем более, когда этих самых корифеев, продолжающих вести насыщенную творческую жизнь, в мире раз-два и обчелся. Одни ушли в мир иной, другие распались, а третьи были вынуждены прекратить активную деятельность по причине скверного самочувствия.
Фото: EPA/ТАСС
«Темно-лиловые» и «Катящиеся камни» относятся к очень редким «экземплярам» — отказывающимся уходить на покой и признавать собственную несостоятельность долгожителям, последним рыцарям рок-н-ролла, перед которыми за одно только их неунывающее жизнелюбие следует снять шляпу. Их новые альбомы публика ждет и активно раскупает даже не с целью эстетического обогащения — просто так принято. Подавляющее большинство поклонников заведомо уверены, что никаких особых креативных откровений от дедушек с гитарами, микрофонными стойками и барабанными палочками на новых пластинках не будет. Но пройти мимо свежих заявлений тех, кто однажды приручил и все это придумал, для огромного числа рок-болельщиков считается непозволительным...
Пластинка Splat! станет пятой студийной работой Deep Purple за последние десять лет. Это более чем внушительный показатель, по крайней мере в сугубо количественном отношении. Но что насчет качества самой музыки? Возможно, мое предположение покажется несправедливым и даже излишне резким, но едва ли среди шести с лишним десятков композиций, записанных группой за означенный период, найдется хоть парочка, которая смогла бы достойно встать в один ряд с классическими фонограммами, сделанными «ярко-пурпурными» в 1970—1980-х годах.
Не следует ждать больших чудес и от грядущего лонгплея. По крайней мере на это намекает сигнальный сингл с альбома — песня Arrogant Boy, которую участники группы (вокалист Иэн Гиллан, басист Роджер Гловер, барабанщик Иэн Пейс, клавишник Дон Эйри и гитарист Саймон Макбрайд) с середины мая разместили на различных интернет-ресурсах. С одной стороны, все фирменные фишки ансамбля соблюдены и учтены: великолепная продюсерская работа, мощный, напористый звук (Splat! подается музыкантами как «самый тяжелый альбом Deep Purple за многие годы»), узнаваемые виртуозные «поливы» на клавишных и гитаре, и даже Гиллан в свои восемьдесят умудряется брать весьма впечатляющие ноты...
С другой — какого-то особого послевкусия от прослушивания трека не остается: мелодия настолько невнятная, что даже бойкий темп и незатянутость (вещица длится три минуты, что по меркам DP совсем немного) песню не спасают. Как пел Виктор Цой, «все на месте, да что-то не так».
Аморфность и слабая запоминаемость тем — чуть ли не главная проблема самой любимой в России западной рок-группы постблэкморовского периода: не секрет, что именно Ричи Блэкмор был главным поставщиком ярких мотивов в лучшие годы существования проекта. Но после того, как гитарист покинул коллектив (в середине 1990-х), сама схема написания песен в Purple претерпела кардинальные изменения. Об этом, кстати, в интервью нашему изданию несколько лет назад поведал Роджер Гловер: «Мы не столько пишем песни, сколько джемуем их. Большинство наших композиций, в особенности созданных за последние десятилетия, родилось не в ходе классического сочинительства (один пишет музыку, другой — слова), а в результате совместного импровизирования, обмена идеями».
Фото: ZUMA/ТАСС
Это, конечно, похвально: подобный творческий подход свидетельствует о сплоченности коллектива, желании творить в унисон. Проблема заключается в том, что подлинные шедевры путем совместного импровизирования создаются в мире классического рока крайне редко. Как правило, автором основной музыкальной мысли выступает один человек (в крайнем случае два), а такого единоличного генератора идей в команде сейчас нет. Deep Purple, разумеется, никогда не были и не будут группой, где «дерут, а толку нет» — дяденьки по-прежнему играют лучше всех в этом бизнесе. Просто без внятной мелодической основы многократно переслушивать произведение вряд ли захочется. Впрочем, в подобных случаях любому поклоннику (к числу которых относится и автор этих строк) до последнего, до момента соприкосновения иглы звукоснимателя со звуковой дорожкой пластинки, хочется искренне верить, что он ошибается...
Примерно такая же картина вырисовывается с группой The Rolling Stones. Два трека-тизера, In the Stars и Rough and Twisted, с их 25-го студийного альбома Foreign Tongues тоже ошеломляющего впечатления не производят. Не Paint It Black и не Jumpin' Jack Flash, прямо скажем. В преддверии выхода релиза некоторые охочие до едкой ремарки языки уже задаются вопросом, который звучит примерно так: «Интересно, будут ли на этом альбоме песни, или это будет просто «Роллинг Стоунз»?
Судя по первым впечатлениям после прослушивания сигнального сингла, приходится склониться ко второму варианту. Однако «просто The Rolling Stones» — не так уж плохо. Если и существует в мире некая условная лакмусовая бумажка, по которой определяется звук классического рока «без примесей», то это саунд возглавляемого вот уже более 65 лет Миком Джаггером и Китом Ричардсом британского рок-н-ролльного цирка. Неповторимое звучание «роллингов», представляющее собой уникальный сплав упругости и расхлябанности, гитарно-ударного драйва и откровенного, чувственного вокала, ни с каким другим нельзя спутать — даже с учетом того, что вокалисту через месяц стукнет уже 83.
Фото: EPA/ТАСС
На пластинке будет 14 новых композиций и, скорее всего, одна-другая жемчужина туда закрадется. По крайней мере, так было всегда: вне зависимости от общего уровня программы на каждом альбоме The Rolling Stones обязательно присутствовала хотя бы одна по-настоящему выдающаяся вещь. У этого ансамбля за всю карьеру не было ни одного безнадежно провального альбома. В данном случае дополнительный аванс выдает диску то обстоятельство, что в его создании группе помогали звездные участники первой величины. На некоторых треках пластинки играют Пол Маккартни, Стив Уинвуд, а также два Смита — Роберт (вокалист The Cure) и Чэд (ударник Red Hot Chili Peppers). Кстати, об ударниках: несмотря на то, что штатным барабанщиком записи выступил Стив Джордан, в альбом также войдет последняя песня, записанная с несравненным Чарли Уоттсом, игравшим в группе с момента ее основания и скончавшимся в 2021 году...
Итак, время «че» не за горами. Будем слушать, оценивать, обсуждать. Но уже сейчас можно с уверенностью предсказать одно. Невзирая на то, насколько удачными получатся альбомы Deep Purple и The Rolling Stones, какое место займут Splat! и Foreign Tongues в умах и сердцах многомиллионных армий поклонников, выходы этих работ с разницей в одну неделю станут, вне всякого сомнения, главными событиями в мире мировой рок-музыки этого лета. А может быть, и всего 2026 года.
3 июля свет увидит пластинка Deep Purple, получившая название Splat!, а неделей позже на прилавках музыкальных магазинов и главных сетевых порталах появится диск Foreign Tongues, записанный группой The Rolling Stones. Вне зависимости от того, насколько эти работы будут хороши, подобный двойной удар от грандов классического рока по умолчанию является знаковым событием.
В наши дни артисты редко мыслят альбомными категориями. Подгоняемое информационными технологиями время летит столь стремительно, а вкусовые пристрастия потребителей музыкальной информации сменяют друг друга так непредсказуемо, что исполнители почитают за благо, едва записав песню, тут же выложить ее в Сеть или выпустить в виде сингла: и финансовых/временных затрат меньше, и мгновенный «выхлоп» очевиднее. В лучшем случае музыканты расщедриваются на EP (Extended Play): три-четыре новые песни — это, конечно, еще не лонгплей, но вполне тянет на программное творческое высказывание.
Фото: AP/ТАСС
Случаи, когда певец (или группа) решается на выпуск полноценного альбома, пусть пока еще не единичны, но и не настолько привычны, как во времена былого расцвета звукозаписывающей индустрии. А если меломаны получают новый альбом от любимых исполнителей, да к тому же еще и с именем, — это почти всегда становится ярким эпизодом в музыкальной жизни. Когда же новые полноценные студийные продукты предлагают рок-корифеи, стоявшие у истоков жанра (а значит, создававшие в свое время правила игры), — это тянет на сенсацию. Тем более, когда этих самых корифеев, продолжающих вести насыщенную творческую жизнь, в мире раз-два и обчелся. Одни ушли в мир иной, другие распались, а третьи были вынуждены прекратить активную деятельность по причине скверного самочувствия.
Фото: EPA/ТАСС
«Темно-лиловые» и «Катящиеся камни» относятся к очень редким «экземплярам» — отказывающимся уходить на покой и признавать собственную несостоятельность долгожителям, последним рыцарям рок-н-ролла, перед которыми за одно только их неунывающее жизнелюбие следует снять шляпу. Их новые альбомы публика ждет и активно раскупает даже не с целью эстетического обогащения — просто так принято. Подавляющее большинство поклонников заведомо уверены, что никаких особых креативных откровений от дедушек с гитарами, микрофонными стойками и барабанными палочками на новых пластинках не будет. Но пройти мимо свежих заявлений тех, кто однажды приручил и все это придумал, для огромного числа рок-болельщиков считается непозволительным...
Пластинка Splat! станет пятой студийной работой Deep Purple за последние десять лет. Это более чем внушительный показатель, по крайней мере в сугубо количественном отношении. Но что насчет качества самой музыки? Возможно, мое предположение покажется несправедливым и даже излишне резким, но едва ли среди шести с лишним десятков композиций, записанных группой за означенный период, найдется хоть парочка, которая смогла бы достойно встать в один ряд с классическими фонограммами, сделанными «ярко-пурпурными» в 1970—1980-х годах.
Не следует ждать больших чудес и от грядущего лонгплея. По крайней мере на это намекает сигнальный сингл с альбома — песня Arrogant Boy, которую участники группы (вокалист Иэн Гиллан, басист Роджер Гловер, барабанщик Иэн Пейс, клавишник Дон Эйри и гитарист Саймон Макбрайд) с середины мая разместили на различных интернет-ресурсах. С одной стороны, все фирменные фишки ансамбля соблюдены и учтены: великолепная продюсерская работа, мощный, напористый звук (Splat! подается музыкантами как «самый тяжелый альбом Deep Purple за многие годы»), узнаваемые виртуозные «поливы» на клавишных и гитаре, и даже Гиллан в свои восемьдесят умудряется брать весьма впечатляющие ноты...
С другой — какого-то особого послевкусия от прослушивания трека не остается: мелодия настолько невнятная, что даже бойкий темп и незатянутость (вещица длится три минуты, что по меркам DP совсем немного) песню не спасают. Как пел Виктор Цой, «все на месте, да что-то не так».
Аморфность и слабая запоминаемость тем — чуть ли не главная проблема самой любимой в России западной рок-группы постблэкморовского периода: не секрет, что именно Ричи Блэкмор был главным поставщиком ярких мотивов в лучшие годы существования проекта. Но после того, как гитарист покинул коллектив (в середине 1990-х), сама схема написания песен в Purple претерпела кардинальные изменения. Об этом, кстати, в интервью нашему изданию несколько лет назад поведал Роджер Гловер: «Мы не столько пишем песни, сколько джемуем их. Большинство наших композиций, в особенности созданных за последние десятилетия, родилось не в ходе классического сочинительства (один пишет музыку, другой — слова), а в результате совместного импровизирования, обмена идеями».
Фото: ZUMA/ТАСС
Это, конечно, похвально: подобный творческий подход свидетельствует о сплоченности коллектива, желании творить в унисон. Проблема заключается в том, что подлинные шедевры путем совместного импровизирования создаются в мире классического рока крайне редко. Как правило, автором основной музыкальной мысли выступает один человек (в крайнем случае два), а такого единоличного генератора идей в команде сейчас нет. Deep Purple, разумеется, никогда не были и не будут группой, где «дерут, а толку нет» — дяденьки по-прежнему играют лучше всех в этом бизнесе. Просто без внятной мелодической основы многократно переслушивать произведение вряд ли захочется. Впрочем, в подобных случаях любому поклоннику (к числу которых относится и автор этих строк) до последнего, до момента соприкосновения иглы звукоснимателя со звуковой дорожкой пластинки, хочется искренне верить, что он ошибается...
Примерно такая же картина вырисовывается с группой The Rolling Stones. Два трека-тизера, In the Stars и Rough and Twisted, с их 25-го студийного альбома Foreign Tongues тоже ошеломляющего впечатления не производят. Не Paint It Black и не Jumpin' Jack Flash, прямо скажем. В преддверии выхода релиза некоторые охочие до едкой ремарки языки уже задаются вопросом, который звучит примерно так: «Интересно, будут ли на этом альбоме песни, или это будет просто «Роллинг Стоунз»?
Судя по первым впечатлениям после прослушивания сигнального сингла, приходится склониться ко второму варианту. Однако «просто The Rolling Stones» — не так уж плохо. Если и существует в мире некая условная лакмусовая бумажка, по которой определяется звук классического рока «без примесей», то это саунд возглавляемого вот уже более 65 лет Миком Джаггером и Китом Ричардсом британского рок-н-ролльного цирка. Неповторимое звучание «роллингов», представляющее собой уникальный сплав упругости и расхлябанности, гитарно-ударного драйва и откровенного, чувственного вокала, ни с каким другим нельзя спутать — даже с учетом того, что вокалисту через месяц стукнет уже 83.
Фото: EPA/ТАСС
На пластинке будет 14 новых композиций и, скорее всего, одна-другая жемчужина туда закрадется. По крайней мере, так было всегда: вне зависимости от общего уровня программы на каждом альбоме The Rolling Stones обязательно присутствовала хотя бы одна по-настоящему выдающаяся вещь. У этого ансамбля за всю карьеру не было ни одного безнадежно провального альбома. В данном случае дополнительный аванс выдает диску то обстоятельство, что в его создании группе помогали звездные участники первой величины. На некоторых треках пластинки играют Пол Маккартни, Стив Уинвуд, а также два Смита — Роберт (вокалист The Cure) и Чэд (ударник Red Hot Chili Peppers). Кстати, об ударниках: несмотря на то, что штатным барабанщиком записи выступил Стив Джордан, в альбом также войдет последняя песня, записанная с несравненным Чарли Уоттсом, игравшим в группе с момента ее основания и скончавшимся в 2021 году...
Итак, время «че» не за горами. Будем слушать, оценивать, обсуждать. Но уже сейчас можно с уверенностью предсказать одно. Невзирая на то, насколько удачными получатся альбомы Deep Purple и The Rolling Stones, какое место займут Splat! и Foreign Tongues в умах и сердцах многомиллионных армий поклонников, выходы этих работ с разницей в одну неделю станут, вне всякого сомнения, главными событиями в мире мировой рок-музыки этого лета. А может быть, и всего 2026 года.