Иван III. Как Русь изменилась всего за одно поколение

Валерий ШАМБАРОВ

24.04.2020

02-ivan-iii-vasilevich-4203.jpg

Если бы живший в начале правления Ивана III москвич вдруг перенесся на три-четыре десятка лет вперед, то не узнал бы ни свой город, ни родную страну, попал бы в совершенно иной мир, переменившийся всего за одно поколение. Огромная, могучая держава раскинулась от Финского залива до Урала и Оби, хотя до того наши земли кончались уже за Коломной, Можайском, Клином, а дальше лежало чужое. Прежде над Русью довлела атмосфера постоянного страха, перманентной опасности: с запада нависала грозная Литва, с юга — Орда, с востока — Казань. Даже отца первого русского государя, великого князя Василия Васильевича захватывали в плен татары, и где — в сердце его владений, под Суздалем! Свои же князья резались между собой в свирепых усобицах. Василия II раз за разом свергали его дядя Юрий Звенигородский, двоюродные братья Василий Косой и Дмитрий Шемяка...

Тяжелые впечатления детства остались с Иваном Васильевичем на всю жизнь. С грустью и содроганием вспоминал он, как ехали с отцом и малолетним братом на богомолье в Троице-Сергиев монастырь, как невесть откуда налетели свирепые всадники, а усердные слуги заботливо прятали перепуганных мальчишек, куда-то везли, кому-то передавали с рук на руки. А в итоге все равно очутились княжичи под стражей — вместе с ослепленным родителем (ставшим с тех пор Василием Темным), молились, зная, что вот-вот могут убить... Это был первый горький опыт для будущего правителя — страшный пример того, как на Руси быть не должно.

Отметим важный факт: к власти Иван III пришел одновременно с рождением самостоятельной (автокефальной) Русской церкви! Являвшаяся центром мирового православия Византия скатилась в унию, но одолевший врагов Василий Темный сумел созвать в декабре 1448-го Освященный Собор, на котором избрали митрополита всея Руси, святителя Иону. Там же государь провозгласил 8-летнего Ивана великим князем, ближайшим помощником, по сути, глазами ослепленного отца. Получилось, что первым своим шагом независимая Церковь благословила основоположника русского самодержавия. Могут ли такие совпадения быть случайными?

О Третьем Риме тогда, разумеется, никто не мог и мечтать. Василий Темный поставил мальчика соправителем вынужденно. Продолжалась гражданская война с Шемякой. Калека-отец болел и считал необходимым подготовить себе преемника. С той же целью наследника в двенадцать лет обвенчали с десятилетней тверской княжной Марией: женатый человек считался на Руси уже взрослым. Ему и действовать пришлось не по-детски: на свадьбу приехал из похода против Шемяки, а сразу после венчания возглавил армию на Оке — воины ждали Орду. Конечно же, были у него помощники из воевод, однако Иван III быстро всему учился, чувствовал себя все более уверенно, проверяя готовность полков к сражению, заседая на советах с отцом и боярами, принимая иноземных послов, разбираясь с проблемами Новгорода, Вятки, Рязани. В 1462 году Василий Темный преставился, и никакие церемонии восшествия на престол наследнику не потребовались: было два великих князя — остался один.

В свои 22 года он был уже опытным политиком и военным. Особое внимание обратил на ратное дело. Раньше основу войск составляли разношерстные и далекие от дисциплины «дворы» (дружины) удельных князей и бояр. Иван Васильевич взялся формировать поместную конницу из детей боярских, профессиональных бойцов, давал им вместо платы деревню-другую, сам закупал для них лучшее оружие и коней, выделял ратников не по роду, но по способностям. Такой армии еще не было ни в одной европейской стране, и подчинялась она непосредственно государю. Опираясь на нее, великий князь продолжил линию отца по собиранию русских земель. Василий Темный присоединял владения противников и заговорщиков, Иван III взял курс на объединение Руси.

Преодоление феодальной раздробленности в странах Западной Европы сопровождалось свирепыми войнами, у нас без междоусобиц тоже не обходилось, но постепенно стали преобладать иные процессы. Ярославские и ростовские князья «измельчали», разорились, подрабатывали при государевом дворе. Теперь их окончательно перевели в служилое сословие, а для сельских тружеников это стало великим благом. Раньше обнищавшие хозяева выжимали из них все, что могли, сейчас крестьяне стали государевыми, платили фиксированные подати в казну. Рязань измучили набегами татары, Псков — ливонские рыцари. Под защитой великокняжеских войск они обрели относительную безопасность, начали мирно прирастать к Москве.

Среди важнейших факторов оказалась не только воинская сила. Еще в годы правления Ивана Калиты митрополит Московский Петр учил, что высшая добродетель для властителя — правда. Наставником Ивана III был другой праведный архипастырь, Иов. Святителя Петра государь тоже глубоко чтил, в честь обретения и перенесения его мощей установил праздник. Урок правды он усвоил в полной мере, самолично вел суд, разбирал тяжбы, и молва о его справедливости разошлась далеко за пределы Руси.

Сын турецкого султана Ахмет тогда писал: «Того великого князя Иваново доброе имя слышим, Правосудом его зовут». Когда боярская верхушка Новгорода решила переметнуться под власть Литвы, решающий перелом в разыгравшемся противостоянии внесли не успехи на поле брани, а именно правда и справедливость. Иван Васильевич настоял на своем праве судить в Новгороде, и сразу же на его стороне оказался весь простой народ: шел к нему в дни приездов великого князя, устраивал массовое паломничество в Москву. Привыкшие к бесконтрольному хищничеству местные бояре творили «много зла в земле той, межи себе убийства и грабежи, и домов разорение от них напрасно, кой с которого сможаше». В лице Ивана III новгородская беднота получила защитника от произвола, мудрого правителя, объединявшего территории, связывавшего их общими органами управления. Великий князь провел полную кодификацию права, создал единый свод законов растущей державы — «Судебник».

Вятскую республику пришлось покорять силой: она превратилась в гнездо разбойников, нападала на русские земли, заключала союзы с казанскими ханами. Но можно ли считать присоединение Твери сугубо насильственным? Это княжество захирело, бояре и воины уходили оттуда служить в Москву, срывались с насиженных мест и крестьяне: во владениях Ивана III жилось гораздо лучше. Только тверской князь Михаил взвинчивал себя обидами, воспоминаниями о былом величии, в озлоблении заключил союз с Литвой. Поначалу Иван Васильевич лишь предупредил его, демонстрируя военную мощь, и удовлетворился покаянием. Но тот взялся за старое, добавив к своим прегрешениям клятвопреступление. Когда во второй раз пришло московское войско, тверичи не захотели сражаться за такого князя, ему оставалось лишь спасаться бегством, а его подданные охотно перешли под власть Ивана III. Попутно с собиранием земель вставал вопрос о том, как называться отныне большому государству? Прежде писали: «великое княжество Владимирское и Московское». Когда же оно вобрало в себя Тверь и Новгород, в документах той эпохи стало появляться новое имя — Руссия или Россия.

После смерти первой супруги Ивана Васильевича невесту для него нашли за границей — племянницу последнего императора погибшей Византии Софью (Зою) Палеолог. На русских печатях и монетах появился двуглавый орел. Держава Ивана III показала себя достойной преемницей римского величия: стала крепко бить казанских ханов, заставила освободить всех захваченных соседями за сорок лет пленных.

В 1480 году нарождавшуюся державу планировала раздавить коалиция могущественных врагов. Великий князь литовский Казимир заключил союзы с Ливонским орденом и ханом Большой Орды Ахматом (последний собирал наследство Золотой Орды, подчинил Хорезм, татар Сибири). Вдобавок взбунтовались вздорные братья государя Андрей и Борис, снеслись с Литвой. В столь опасном положении Русь не находилась уже сотню лет.

В историю были некогда внедрены версии двух враждебных по отношению к Ивану III летописей: будто бы он струсил, бежал с фронта. К этим «свидетельствам» добавилось послание епископа Вассиана Рыло, вообразившего себя вторым Сергием Радонежским, убеждавшего государя выйти, подобно Дмитрию Донскому, на смертный бой. Эти байки развенчал видный военный историк Александр Нечволодов, убедительно показавший, что каждый шаг русского правителя был четко выверен, просчитан.

Иван Васильевич внес еще одно новшество в ратное дело. Осознав, что главнокомандующему вовсе не обязательно самому скакать во главе полков, он и в прошлых войнах располагал свою ставку в тылу, откуда удобнее руководить войсками. А в советах Вассиана не нуждался вовсе. Намеревался победить врагов без решающей битвы, без большой крови. Мятежных братьев смирил мудрым словом, против Казимира использовал крымского хана: тот вторгся в Подолию, в результате чего литовское войско к Ахмату не прибыло.

Орду сдерживали на Угре, не давали переправиться, преднамеренно тянули время предложениями о переговорах, ждали, пока татары не будут измотаны, не станут мерзнуть и голодать по осени. Тем временем по Волге в глубоком тылу неприятеля плыл десант Василия Звенигородского и служилого царевича Нур-Девлета, чтобы погромить столицу Ахмата Сарай. Результат известен: полная и блестящая победа при минимальных потерях.

Москва становилась полноправной преемницей Константинополя и в качестве центра мирового православия. В Предуралье некоторые племена были крещены еще в XIV веке св. Стефаном Пермским, им изрядно доставалось от соседей-язычников. Россия вступилась за единоверцев, а обидчикам пришлось покориться Ивану III. Гонения на православие — при поддержке римского папы Александра VI Борджиа — развернулись в Литве, и снова раздался голос московского правителя, крайне недовольного тем, что «строят латинские божницы в русских городах, отнимают жен у мужей, а детей у родителей и силою крестят в закон латинский». «Могу ли видеть равнодушно утесняемое Православие?» — сурово вопрошал великий князь. В двух войнах его ратники так всыпали противнику, что вынудили прекратить религиозные притеснения, при этом отобрали треть литовских владений, а граница нашей державы пролегла в 50 км от Киева.

Воеводы Ивана Васильевича уже совершали походы и за Урал, приводили здешние народы под государеву руку. На реке Нарове был построен первый русский порт с выходом на Балтику — Ивангород. Снова пришлось воевать — со Швецией и Ливонским орденом. В результате Россия добилась права свободно торговать за морем.

Иван III был человеком широких взглядов, чрезвычайно любознательным, не чурался заимствования у иностранцев полезного, зазывал к себе лучших специалистов, и их на Руси становилось все больше: греков, немцев, итальянцев. Иноземцы ехали к нам за большими заработками, так проходила — в нашу пользу — «утечка мозгов». Завозились новейшие изобретения, технологии, отливались лучшие в мире пушки, возводились великолепные здания. По планам Ивана Васильевича преображалась его столица.

На месте обветшалых храмов рос комплекс дивных соборов, вместо стареньких, построенных при Дмитрии Донском стен сооружались неприступные твердыни нового Кремля.

Не все было гладко. Принявшего титул государя всея Руси великого князя никто не надеялся свергнуть, однако интриги приняли скрытые формы. С запада в нашу страну проникла «ересь жидовствующих». Тайные сектанты появились среди духовенства, высокопоставленных вельмож. При странных обстоятельствах умер наследник престола Иван Молодой. Группировавшиеся вокруг снохи государя Елены Волошанки еретики стали продвигать на трон ее ребенка Дмитрия, ради этого в 1497 году ложно обвинили в заговоре супругу Ивана III Софью, сына Василия, обрекли их на опалу, а приближенных к ним — на казнь.

Правосуд, хоть и не сразу, разобрался в ситуации: через год осудил и покарал клеветников, вновь приблизил жену и Василия. Сперва он видел в случившемся следствие обычной борьбы придворных группировок, но со временем стала всплывать правда о сектантах, а в православной вере государь оставался твердым. На Соборах 1503-го и 1504-го ересь была осуждена, главных апологетов предали смерти, прочих отправили в заключение.

Будучи очень обстоятельным человеком, Иван Васильевич успел завершить все свои земные дела. Женил наследника Василия, достроил Архангельский собор в Кремле, ставший усыпальницей государя. После его кончины продолжились работы по строительству еще одного храма — св. Иоанна Лествичника, с самой высокой в нашей стране колокольней. Ей народ дал имя Ивана Великого — в честь человека, сумевшего собрать вокруг небольшого Московского княжества иные фрагменты доселе мозаичной Руси, слить их воедино, превращая в обширную и непобедимую Россию.

Материал был опубликован в журнале «CВОЙ. Журнал Никиты Михалкова». Январь 2020