Певец и композитор Игорь Саруханов: «Крайне важно — не допускать «холостых выстрелов»

Денис БОЧАРОВ

04.03.2022

Певец и композитор Игорь Саруханов: «Крайне важно — не допускать «холостых выстрелов»

Недавно заслуженный артист РФ Игорь Саруханов воссоздал группу «Круг», в которой сорок лет назад началась его профессиональная деятельность. В киноклубе «Эльдар» 7 марта состоится юбилейный концерт коллектива. «Культура» побеседовала с лидером ансамбля.

— Как и почему возникла идея возродить группу «Круг»? Расскажите о ней поподробнее, ведь, откровенно говоря, за исключением того, что этот коллектив исполнял такие известные песни, как «Каракум» и «Позади крутой поворот», об ансамбле сегодня мало кто знает.

— Верно, молодежь в основе своей эту группу едва ли помнит. А вот люди более старшего поколения едва ли о ней забыли — поскольку на протяжении нескольких лет в 1980-х «Круг», отмечу без ложной скромности, фактически царствовал на отечественной поп-рок-сцене.

Возьмем хотя бы упомянутые вами композиции. «Крутой поворот» взял первую премию на фестивале в Сопоте — а этот музыкальный форум в свое время был одним из наиболее значимых и статусных. Что же касается «Каракума», то данная вещь вообще ушла в народ без единого эфира, и лишь после того как стала популярной, на нее был снят ролик, показанный в программе «Утренняя почта».

Но были в репертуаре группы и другие заметные произведения: «Ты сказала: «Поверь», «Ни слова о любви», «Круг друзей» — это весьма серьезные хиты. А единственная официально изданная в середине восьмидесятых на «Мелодии» грампластинка коллектива вообще состояла из широко известных в стране композиций...

После того как я ушел в свободное плавание, группа «Круг» продолжала существовать и без меня. Мы тем не менее периодически встречались на различных телепрограммах («Ностальгия», «Сделано в СССР» и так далее); принимали участие в крупных концертах, организованных радиостанциями «Ретро FM», «Авторадио»; неоднократно выступали на фестивалях «Дискотека 80-х» — словом, неравнодушному слушателю забыть о себе не давали.

Но одно дело — фрагментарные встречи «по поводу», и совсем другое — возрождение проекта как полноценно функционирующей творческой единицы. Для этого всегда не хватало ни времени, ни средств. Однако в прошлом году я задумался над тем, что 2022-й станет для группы «Круг» юбилейным. Поэтому, как основатель проекта и его продюсер, принял решение: надо приложить все усилия к тому, чтобы к моменту отмечания сорокалетия коллектив полностью встал в строй. Дабы познакомить с наследием ансамбля тех, кто о нем не знает, напомнить тем, кто знает, и обрадовать тех, кто данного реюниона ждал.

В итоге схематически получилось так, что первые полгода были потрачены на освежение в памяти старого материала, а вторые — на написание свежего, равно как и на его активную раскрутку. Поскольку, кто бы что ни говорил относительно того, что новые песни пишут те, у кого старые «хромают», я все равно всегда считал, что подпитывать творческую палитру необходимо: новые песни важны.

И за последние несколько месяцев я понял, что группа «Круг» по-прежнему нужна, мы до сих пор в строю. Весной планируем предпринять довольно крупное турне по стране.

— Начиная с 2018-го и вплоть до прошлого года вы выпускали по альбому в год. По нашим временам весьма серьезное достижение. С чем связан подобный творческий «взрыв»?

— Видите ли, я всегда считал, что есть такое понятие, как звучание времени — или звучание во времени, если угодно. То есть если я полагаю, что мои песни должны быть уместны сегодня, то их необходимо заново перепеть, придумать новые аранжировки, освежить — сделать полный «апгрейд», говоря одним словом. На что у меня действительно ушло несколько лет, ведь я решил переосмыслить порядка сорока песен.

Не случайно данный проект, состоящий из нескольких частей, я назвал «Реанимация» — на каждом альбоме представлено по 10-12 песен. Была проведена серьезная большая работа. Я в курсе, что для многих артистов невольным стимулом для активизирования творческой деятельности послужила пандемия. Но в моем случае она была совершенно ни при чем: она мне и не мешала, и не «помогала». Единственное — появилось больше времени для работы в студии.

— В 2007 году у вас выходила книга «Биография чувств». С тех пор прошло уже пятнадцать лет. Не подумываете ли о том, чтобы освежить и дополнить воспоминания — опять же, сделать некий литературный «апгрейд»?

— У меня есть замечательная команда, которая следит за новыми веяниями и трендами и которой я доверяю. Если мне говорят нечто вроде: «Игорь Арменович, неплохо бы вдохнуть новую жизнь в старые песни», я моментально реагирую, и в результате получается вышеупомянутый проект «Реанимация».

И если мне сообщат нечто подобное относительно продолжения автобиографии, которая бы условно называлась «Биография чувств. Часть 2» (дескать, время назрело), то я с удовольствием буду этим заниматься. Мы стараемся жить и творить в духе времени, не отставать от него, но здесь крайне важно не перегнуть палку, твердо отдавать себе отчет, когда и что выпускать. Дабы не было «холостых выстрелов». В частности, сейчас я работаю одновременно над двумя альбомами, чего раньше в моей жизни никогда не было. Один выйдет под моим именем, а другой будет заявлен как диск группы «Круг». Надеюсь, что эти «выстрелы» попадут в яблочко и холостыми уж точно не будут (улыбается).

— Вы окончили музыкальную школу по классу классической гитары. Этот путь проделали многие, но далеко не каждый посвятил музыке свою жизнь. В вашей жизни был поворотный момент, некий «щелчок», после которого вы поняли, чем именно хотите заниматься?

— Если нечто подобное и было, то происходило это не одномоментно, а поступательно. В десять лет меня отдали в музыкальную школу, а уже годам к 12-13 я начал больше сосредотачиваться на освоении рок-гитары. Ведь гитара классическая и гитара рок-н-ролльная — это все-таки разные вещи. Связано это было во многом с эпохой классического рока 1960—1970-х, повлекшего за собой виниловый бум.

Я активно покупал пластинки, снимал гитарные партии, потому что хотел научиться играть так же, как герои моей юности. Однако классическое образование даром не прошло, ибо знание акустического инструмента впоследствии позволило мне сделать довольно «вкусные», как мне кажется, аранжировки для таких песен, как, например, «Скрипка-лиса».

Я вообще в турне вожу с собой две гитары, электрическую и «акустику», поскольку в моем репертуаре достаточно лирических композиций, в которых необходимо звучание именно нейлоновых струн. И сегодня мне по большому счету без разницы — играть медиатором на электро- или пальцами на акустической гитаре.

Если, допустим, во время исполнения партии на электрическом «Гибсоне» у меня вдруг упадет медиатор, то за исключением специалистов это мало кто заметит — я мгновенно переключусь на игру пальцами. Считайте, что у меня на руке четыре медиатора (смеется). Поэтому, кстати, я бы посоветовал всем молодым людям, впервые взявшим в руки гитару, постараться освоить как электрический, так и акустический инструмент. Классика никогда не бывает лишней.

— Вы ведь не только признанный гитарист, но и недюжинный сонграйтер. Есть ли какая-то особенность, некий фирменный, «сарухановский» способ написания песен?

— Не знаю, насколько данный способ «эксклюзивен», но каждый раз, приступая к сочинению композиции, стараюсь представить, как бы я исполнил ее сам, как бы она прозвучала именно из моих уст. И вот здесь уже появляются некие тонкости и нюансы: удобное сочетание гласных и согласных, определенный мелодический рисунок, контрапункты, парафразы, модуляции и прочее. Все это необычайно важно, поскольку если ты сам не сможешь исполнить то, что сочинил, то попросту будешь не в состоянии написать произведение, оно от тебя ускользнет.

Я пишу, повторюсь, ориентируясь прежде всего на себя. Именно поэтому, кстати, хоть мои песни и исполняют многие другие артисты, я сам специально никогда ничего ни для кого не писал. Просто иные вещи, спетые мной, в один прекрасный момент были кому-то отданы. И порой это получалось здорово: та же «Позади крутой поворот» была записана группой «Круг» задолго до того, как ее замечательно перепела Анне Вески.

— Верите ли вы во вдохновение? Или считаете это никчемным, овеянным излишним романтическим флером, понятием?

— Ни в коем случае. Вдохновение, конечно же, существует. Проиллюстрирую на личном опыте. Для меня весь минувший год прошел в любви. Ну, бывает же такое: мужчина влюбился... Так вот, большая часть альбома «Эмоции», выпущенного в 2021-м, была написана именно в этом вдохновенном состоянии.

Но потом, когда оно постепенно стало сходить на нет, я, анализируя это — прямо как в фильме с Робертом Де Ниро Analyze This, помните? — пришел к выводу, что кое-какие песни с этого диска я сегодня вряд ли бы написал. Например, хорошо ротируемая на радио песня «Что же сделала со мною ты?» вряд ли сейчас могла бы появиться на свет — просто потому, что если бы со мной это никто в свое время не сделал, то я об этом бы и не написал.

Да, зачастую художественные произведения, в особенности музыкально-лирические, повествуют о некоем вымышленном персонаже и рисуют иллюзорную картину. Но отнюдь не всегда: поэтому вдохновение — важнейший стимул для любого творца.

— Мы начали беседу с «Круга» — что ж, давайте им же ее и завершим. Непроизвольно получится прямо как в знаменитой песне Криса Кельми на стихи Маргариты Пушкиной «Замыкая круг»... Если попытаться переосмыслить текст неоднократно нами упоминавшейся песни группы «Круг», где есть такие строки: «Позади крутой поворот, позади обманчивый лед, позади холод в груди...» Не слишком ли оптимистичная по нашим сложным временам картина вырисовывается? Действительно ли все позади, или все только начинается?

— Смотря что считать крутым поворотом. Лично для меня решение поднять с колен группу «Круг» и пустить ее по новому кругу, простите за каламбур, — это очень серьезный поворот. А когда в новогоднюю ночь, примерно через сорок минут после поздравительной речи президента, я на федеральном канале увидел видеозапись этой песни, то не без гордости отметил: это очень круто.

Поэтому предпочитаю думать так: пусть один крутой поворот и позади, но впереди следующий. И в конце года, когда пройдет тур и, надеюсь, будут выпущены альбомы, о которых мы с вами говорили, тогда и смогу сказать: остался очередной поворот позади, или еще поворачивать и поворачивать (смеется).

Если же говорить о поворотах в более глобальном смысле... Понимаете, я живу своим внутренним миром, в который одних впускаю, а иным туда доступа нет. А турбулентность, присутствующая в социуме, всегда в том или ином виде была, и никуда от нее не деться. Это игра, в которую мы либо играем, либо являемся жертвами непонимания того, что вокруг нас происходит. 

Фотографии: Александр Хитров/БелТА/ТАСС и Вячеслав Прокофьев/ТАСС.