Зеркало для Голливуда

31.01.2015

Андрей САМОХИН

Идею празднования Дня сурка, когда по поведению грызуна определяют, скоро ли весна, американские граждане переняли у европейцев. Ничего удивительного, а тем более предосудительного в этом нет. США — страна относительно молодая, и собственных оригинальных народных традиций у нее кот наплакал. 

Тем не менее в становлении и развитии (не путать с изобретением) такого относительно нового вида искусства, как кино, американцев принято считать пионерами. Они успешно реализуют в кинематографе великое множество идей, задумок, ноу-хау, выработанных всеми народами мира. Чрезвычайно популярный как в самой Америке, так и за ее пределами фильм «День сурка» в этом смысле — весьма наглядная иллюстрация. Где заокеанские «партнеры» позаимствовали основу для означенного кинохита?

Что вы будете делать, если ваша жизнь в какой-то момент зациклится на одном и том же без конца повторяющемся дне? Петля времени может привести к эйфории (например, от безнаказанности). Затем — к кафкианскому отчаянию. Но эта же петля даст шанс изменить самого себя, увидеть мир другими глазами, осознать суть причинно-следственных связей и даже свое место в истории

Для тех, чье вступление в самостоятельную жизнь пришлось на начало 90-х, одной из культовых картин стал «День сурка» режиссера Гарольда Рэмиса, вышедший на экраны в 1993 году. Однако мало кто в то время знал (а многие не догадываются и сегодня), что предшествовал этому действительно качественному фильму позднесоветский (1987) киношедевр Владимира Хотиненко «Зеркало для героя». По сценарию Надежды Кожушаной, написанному, в свою очередь, по мотивам одноименной повести Святослава Рыбаса.

При всех различиях двух сюжетов аналогия сценарных ходов (герой/герои раз за разом проживают один и тот же день, пытаясь найти выход из него), столь очевидна, что делает отнюдь не беспочвенными догадки о заимствовании американцами приема из советской киноленты.

Судьбы фильмов при этом оказались вопиюще разными. Американская гильдия сценаристов присвоила «Дню сурка» 27-е место в списке «101 величайший сценарий». Картина получила премии Британской академии кино- и телевизионных искусств, British Comedy Award. Энди Макдауэлл — премию «Сатурн» как лучшая актриса. Миллионные тиражи видеокассет, а затем DVD-дисков, мировое признание... Титул картины стал нарицательным, так что само словосочетание «день сурка» изменило смысл... Таков удел картины Гарольда Рэмиса.

Номинация «Лучшая сценарная работа» российской кинопремии «Ника» (1988), премия имени Витторио Де Сики в Италии, спецприз на фестивале в Баку и... почти полное забвение на годы — «зеркальная» судьба фильма Хотиненко. Характерны отзывы на киношных интернет-сайтах наших «продвинутых» киноманов: «скучноватый фильм», «советский депрессняк».

Отчего такая несправедливость? С одной стороны, понятно: США победили в «холодной войне», «помогли» некогда установить у нас проамериканский, по сути, антисоветский режим. Следовательно: «Голливуд — круто, «совок» — отстой». Но дело не только в этом. В центре «Дня сурка» — личность одного человека, ведущего прогноза погоды Фила Коннорса (Билл Мюррей). Он обретает путь самосовершенствования после щедро предоставленных ему свыше попыток. Большинство из них он потратил на свинство, саморазрушение и отчаяние. В фокусе в соответствии с англо-саксонской парадигмой отдельный индивидуум, для которого остальные люди — не более, чем ступеньки на лестнице его личного прогресса или регресса.

Финальная мораль картины оптимистична, выдержана в духе позитивного западного протестантства. Поняв бесплодность крайнего гедонизма, эгоизма и лени, главный герой находит выход из временной ловушки вместе с личным счастьем. Католики смогли разглядеть в закольцованном дне образ чистилища, где, по их представлениям, человек может еще «исправить» свою душу, чтобы достичь рая. Буддисты отыскали в картине метафору «колеса Сансары» — бесконечного круговорота рождения и смерти, определенных кармой, разорвать который можно, лишь духовно переродившись. В итоге фильм можно представить как кулинарную книгу готовых морально-религиозных рецептов в хорошей упаковке — выбирай по нраву.

Совсем другой строй мыслей и чувств высвечивается «Зеркалом для героя». Два персонажа разного возраста Сергей Пшеничный (Сергей Колтаков) и Андрей Немчинов (Иван Бортник), попав в ловушку времени в шахтерском городке Донбасса 8 мая 1949-го, осмысливают самих себя в контексте эпохи и страны. Фильм заставляет зрителя размышлять над философскими вопросами. Например, над таким: можно ли изменить прошлое?

Ответ неоднозначен. Немчинову так и не удается предотвратить катастрофу на аварийной шахте, за которую он в своей реальной жизни, значительно позже, отмотал срок. Пшеничный не может остановить арест отца по доносу. Но оба героя в итоге меняются внутренне, осознав тесную личную связь со страной и ответственность за ее судьбу. Сергей примиряется с отцом и его поколением, преодолевает брезгливую отстраненность, расслабленную пассивность. Андрей же, мчась на мотоцикле со взрывчаткой к проклятой шахте, готов пожертвовать собственной жизнью, дабы разорвать порочный круг безответственности и трусости. Таким образом, восстанавливается прерванная связь времен и в каком-то смысле изменяется прошлое.

По учению святых отцов православной церкви, время не вполне линейно. Христос постоянно приходит в мир и вновь оказывается распятым за людей. Каждый из нас может повести себя, как Симон Киринеянин, который помог Ему понести крест до Голгофы; как Иуда Искариот, предавший Его; как Пилат, умывший руки под давлением «общественного мнения» либо страха перед начальством. Умершие предки живы там и внимательно наблюдают за нашими поступками в этом мире. От наших молитв и действий нередко зависит их «самочувствие». Худшее для них — наше забвение и безразличие. В свою очередь праведные предки также могут влиять оттуда на нашу судьбу здесь. В этом смысле каждый день земной жизни одновременно происходит и в прошлом, и в будущем. И оба героя Хотиненко в конце концов понимают, что их невероятный «казус», даже сама жизнь или смерть — вовсе не главные события в пьесе, в которой кто-то поручил им сыграть всерьез. Самопожертвование ради «други своя» и есть самый высший в мире акт, навсегда запечатленный на кресте Голгофы.

Прямых христианских аллюзий в картине Хотиненко да и в повести Рыбаса нет. Однако есть народное, православное по духу понимание живой связи времен, предков и потомков, обостренное предчувствием близкого разрыва таких уз в результате происходившей в стране «катастройки».

Интересна предыстория создания ленты. Еще в 1984-м Владимир Хотиненко предложил сценаристке Надежде Кожушаной написать сценарий картины об их общем детстве. В центре фигурировал визит Фиделя Кастро на завод Уралмаш в Свердловске. Идею зарубили на студии, предложив альтернативу: свежую патриотическую повесть Святослава Рыбаса «Зеркало для героя». В процессе написания сценария Кожушаной пришла мысль усложнить фабулу: вместо простого перемещения в прошлое «закольцевать» героев в повторяющемся дне. Сам Хотиненко свидетельствует: «Я помню этот момент, я к ней пришел, она мне говорит: «Ты только не торопись говорить «нет». Но когда она это сказала, про зацикленность дня, у меня аж мурашки по коже».

Фильм оказался насыщен исторической правдой. Надежда с азартом работала в архивах, впитывая атмосферу времени. Прототипом отца Сергея Пшеничного стал отец Кожушаной — Павел Иванович Ямшанов. Фильм снимался в населенных пунктах Донецкой и Луганской областей, где жили носители исторической памяти. Режиссер киноленты позже признавался, что снимал ее «для своих родителей, которых время выбросило, как и все то поколение, к чертовой матери... Это поколение считали сталинистским, оно раздражало, от него отрекались. И когда я решил снимать для мамы и папы, то понял, что буду снимать картину про время». Разумеется, ни сам Хотиненко, ни кто-либо другой из свидетелей создания фильма даже в самых буйных фантазиях не могли предположить, что уже через четверть века петля времени захлестнется на Донбассе новой войной с фашизмом...

Стал ли фильм Владимира Хотиненко и Надежды Кожушаной источником «переработки» для «Дня сурка»? Ответить юридически точно не представляется возможным. Но при внимательном изучении обеих картин вопросов не остается. Вряд ли есть смысл строго судить американцев за очевидное заимствование. Хотя бы потому, что товар, сделанный благодаря позднесоветским интеллектуальным «технологиям», получился у них очень качественным. Смущает разве только то, что свою замечательную комедию они сработали на основе драмы, изобилующей таким количеством больших и малых трагедий (личных и общенародных, военных и послевоенных), что отдает этот юмор, если хорошенько вдуматься, некоторым цинизмом.

Конечно, Кожушаная не изобрела «закольцовку» во времени. Как литературный прием оная использовалась задолго до появления «Зеркала для героя» и даже была обозначена англоязычным термином loop. В 1892 году в одном из журналов публиковался детский рассказ «Рождество каждый день» американца Уильяма Дина Хоуэллса — первое фантастическое произведение с петлей времени. После этого была «Странная жизнь Ивана Осокина» (1905) — повесть русского математика и эзотерика Петра Успенского. Интересно, что, по признанию Гарольда Рэмиса, его вдохновил на создание «Дня сурка» именно Успенский, которого издавали в Штатах. Из известных литературных произведений петля времени обыгрывалась в рассказе Роберта Хайнлайна «По пятам», рассказе «Не гневи колдуна» Кира Булычева, повести «Подробности жизни Никиты Воронцова» Аркадия Стругацкого.

Киногероев временная петля также захлестывала еще до «Зеркала...». Впервые это произошло в 1947 году, в голливудском фильме-нуар «Повторное представление» (Repeat Performance). В нем захлест всего один и длится ровно год, за который героиня, бродвейская прима, получает возможность найти начальное звено в цепи своих ошибок, приведших к убийству мужа. Но неумолимая судьба все равно берет свое, несмотря на попытки избежать рокового финала. Гораздо более известной стала короткометражная кинолента «12.01 пополуночи» (режиссер Джек Шолдер, сценарист Ричард Лупофф), вышедшая на экран в 1990 году, ровно посередине между «Зеркалом...» и «Днем сурка». В петлю времени там проваливается весь мир. Кроме главного персонажа, который понимает, что происходит и даже почему: вследствие опасного эксперимента физиков с элементарными частицами. В 1990-м фильм номинировали на «Оскар». А в 1993-м Шолдер снял полнометражный ремейк своей короткометражки, вышедший в прокат одновременно с «Днем сурка». Как принято у американцев, две кинокоманды начали тягаться между собой за приоритет в суде. В итоге слабейшие — по влиянию и капиталам — Шолдер и Лупофф — вынуждены были отступить. Понятно, что о советских коллегах-предшественниках никто из судившихся не вспоминал.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть