Юмор стратегического назначения

23.02.2019

Валерий ШАМБАРОВ

Русские люди — народ веселый, любят и других повеселить, и сами посмеяться. В особенности это касается служивых, чей трудный быт постоянно скрашивается шуткой, розыгрышем, анекдотом разной степени пристойности. 

Фото: PHOTOXPRESS

О том, что у наших солдат и командиров вызывало веселый смех или как минимум улыбку в прежние годы, рассказывает бывший военспец, а ныне популярный писатель, автор книги «Армия шутит...» Валерий ШАМБАРОВ.

Военных нередко изображают эдакими суровыми, сухими педантами. Такие портреты рисуют, как правило, авторы, совершенно не знающие армейской среды. По собственному опыту могу сказать: русские военные — в подавляющем большинстве люди веселые, жизнерадостные, остроумные, знающие толк в хорошей, по-настоящему смешной шутке. Причем в нашей стране так было всегда, историки отмечают развитое чувство юмора у многих известных полководцев и воинов. Взять хотя бы превратившиеся в поговорки выражения Владимира Крестителя (наподобие «веселие Руси питие еси») или знаменитое саркастическое послание Александра Невского римскому папе Иннокентию IV. Хрестоматийное письмо запорожцев турецкому султану, известные шутки Петра I, Суворова, Кутузова, Скобелева, игривая поэзия Дениса Давыдова с его «Жомини да Жомини! А об водке — ни полслова!» — все это давным-давно стало классикой.

А в народе разве случайно рождались сказки про никогда не унывающих, способных сварить кашу из топора солдат? Точно такие же бойцы при Суворове хлебали «итальянский суп», то бишь речную воду, и великий полководец с ходу подхватил их не очень-то веселую на тот момент иронию, сел «трапезничать» вместе с ними: «Славный суп... Помилуй Бог, славный. Ваш фельдмаршал теперь сыт. Ну, молчок, ребята! Французишки близко, один переход: у них много напечено и наварено, все будет наше».

Среди трудов и опасностей, нелегких армейских будней шутка бывает столь же необходима, как физическая сила, выносливость, профессиональные навыки, дает психологическую разгрузку, помогает снять стресс, подбодрить товарищей и подчиненных, поддержать боевой дух. Даже когда совсем тошно и, казалось бы, совершенно не до смеха, служивые шутят. Иначе, если раскиснуть — хана. Стоит ли удивляться, что собирательным образом русского солдата в годы Великой Отечественной стал весельчак и балагур Василий Теркин.

В любом военном коллективе такие бойцы и офицеры всегда ценятся, оказываются в центре внимания, задают тон. Правда, армейские шутки частенько бывают грубоватыми, не вполне приличными, а то и вовсе «за гранью». Так ведь и предназначены они не для светских раутов или литературных конкурсов, адресованы близкому кругу товарищей, народу простому, честному, не ограничивающему себя в тематике и стилистике выражений. Эти шутки являются такой же неотъемлемой частью армейского уклада, как дисциплина или строевая подготовка. Можно даже сказать — «уравновешивают».

Хорошо известны розыгрыши, предназначенные для новобранцев. В среде моряков им могут дать задание на камбузе — продувать макароны. Или поручат подточить напильником якоря, чтобы лучше в грунт входили. У танкистов — когда-то отправляли на склад ГСМ взять пять литров «камасутры» (в доперестроечный период название индийского трактата еще не было у всех на слуху); посылали отнести на замену сломавшийся «клиренс» (это — расстояние между днищем танка и землей, под маркой «клиренса» вручался предмет потяжелее). У артиллеристов — поменять или прочистить «оптические оси» и т. п. Впрочем, это еще легкие варианты. Куда более крутые «приколы» случались в летних лагерях, в жару, когда в круглое отверстие, зияющее над переполненной выгребной ямой, очередной шутник бросал несколько пачек дрожжей. Тому, кто утром первым открывал дверь, было... ну очень дискомфортно. Зато остальному личному составу на несколько дней предстояла развлекуха.

В нашей авиационной части вновь прибывших молодых офицеров товарищи подначивали: «Слушай, в штабе такая классная парикмахерская! Бесплатная! А парикмахерша самого Чкалова стригла!» Цирюльником работала весьма пожилая, полуглухая дама, а ее инструменты, видать, не обновлялись со времен чкаловских полетов, были совершенно тупыми, изношенными до предела. Драла и щипала она немилосердно и, ко всему прочему, признавала лишь один фасон — «полубокс»: как в 1930-е, голый затылок с чубчиком. Когда жертва, неосмотрительно севшая к ней в кресло, дергалась от боли и протестовала, настаивая на том, что стричь надо иначе, парикмахерша приходила в ярость, кричала: «А ты мне не указывай! Я самого Чкалова стригла!» После чего набрасывалась так, что прошлые страдания оказывались лишь преддверием настоящих пыток.

Фото: PHOTOXPRESSВообще же у опытных военных вырабатывается профессиональная привычка — воспринимать текущие события и окружающую действительность с юмором. К примеру, не секрет, что приказы, спущенные сверху, не всегда бывают умными — как, впрочем, и на «гражданке». Штатский человек начнет протестовать, спорить, трепать нервы начальству, а в большей степени самому себе. Военный — ни-ни. Обязательно выполнит и сам развлечется. Как-то раз нам пришло распоряжение поднять весь личный состав и обыскать территорию части — не спрятана ли где-нибудь вражеская разведывательная аппаратура. Попробуй-ка, обыщи: территория огромная, лес, строения, склады, стоянки техники. Что ж, выход нашли. Через час после начала операции мы доложили: обнаружен подозрительный объект. Примчался особист, коему с серьезными физиономиями показали на старый скворечник и с видом исключительной озабоченности пояснили: никто не помнит, как и кто его вешал, а отверстие-то глядит прямо на окна служебных кабинетов... Потом наслаждались зрелищем: особист самолично карабкался на дерево и отдирал трухлявую, сгнившую конструкцию.

Вспоминается и такой эпизод. Один наш подполковник находился в командировке в Астрахани. Настала пора возвращаться, а был конец лета и всевозможных отпусков, школьники с каникул домой ехали. Офицер послал телеграмму: на поезда и самолеты билетов нет. Доложили начальнику части, а на того нашло дурное настроение, разбушевался, заподозрил: кое-кому, дескать, за казенный счет вздумалось на пляже поваляться. «Не отходя от кассы», продиктовал ответ за личной подписью: «Выезжать немедленно любым транспортом». Но подполковник был старым служакой, многоопытным. В Астрахани у него были друзья, которые одолжили деньжат, после чего в части получили новую телеграмму: «Ваше приказание выполнено, выезжаю теплоходом». Ошалело начальство, а ничего не поделаешь, мобильников в те времена не было. Офицер устроил себе прекрасный отпуск с теплоходным круизом по всей Волге. Вернувшись, предъявил телеграмму, и командир понял, что сам виноват. Приказ-то был выполнен, причем буквально — «немедленно» и «любым транспортом». Дорогу пришлось оплатить из казны.

Отдельные высказывания, выражения представителей командно-политического состава становились поистине крылатыми. Их передавали из уст в уста. Вот некоторые примеры подобного фольклора: «Пора, товарищи, брать коня за рога!» «Люди службу служат, полеты летают, матчасть устраняют, а вы только спирто-водочную смесь пьянствуете!» «Ну я понимаю — выпил литр. Ну ладно — два. Но на хрена же пьяным-то напиваться?»

А вот пошедшая в народ выдержка из лекции по оружию массового поражения: «Не верьте слухам о радиации. Многие моряки годами находятся в плавании на атомных подводных лодках, а их жены в это время рожают нормальных, здоровых детей». На воспитательной проработке, связанной с профилактикой чрезвычайных происшествий, в свое время можно было услышать такой пассаж: «Начинается зима. Включают в гаражах двигатели, угорают и дохнут. Ну ладно сам ужрался и дохнет, так нет же, еще и бабу приведет! И дохнут вместе, как Ромео и Джульетта».

Отдельно стоит обратить внимание на нецензурную брань. К сожалению, в армейских условиях она порой оказывается более чем уместной, даже необходимой. Бывают случаи, когда без мата затруднительно, почти невозможно быстро выправить критическую ситуацию. А скорость, доходчивость и эффективность зачастую дорогого стоят.

Верно и другое: современная молодежь, силящаяся показать себя «крутой», брутальной и для этого ограничившая разговорный язык сугубо ненормативной лексикой, материться просто не умеет. В разные времена военные выдавали такие виртуозные комбинации, что впору было присуждать премии в области словесности. Хотя и противники мата себя иногда обнаруживали. Например, один из летчиков собрал богатейшую коллекцию «рыбных ругательств», принципиально пользовался только названиями рыб и других обитателей водоемов. Очень любопытно было послушать, как он распекал провинившегося подчиненного: «Ах ты бильдюга! Простипома! Ну и стерлядь! Каракатица безмозглая!»

Остроумие, умение скаламбурить для военных всегда было характерно. В Советской армии книга Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка» была для многих офицеров настольной, ее цитировали наизусть. И сами за словом в карман не лезли (далее приведу несколько фраз из услышанного мной в армии и перенесенного тогда же в записную книжку): «За такие достижения его следовало бы наградить именным оружием. И одним именным патроном». «Что у трезвого на уме, то у пьяного в животе». «Не лает, не кусает, а в дом не пускает — часовой». «За одного битого два года дают». «Такому два пальца в рот не клади». «Хоть горшком назови, только сам не садись». «Что такое любовные чары? — Очень просто! Наливаешь подруге одну чару, другую, третью, и она твоя». «Сколько голов, столько задов».

У русских военных юмор — естественная, органическая часть натуры. Они и есть самые веселые-находчивые люди на свете. Между прочим, неплохо проиллюстрировали это качество составители календаря Минобороны на 2019 год — с фотографией пусковой установки стратегической ракеты и подписью: «Доставка грузов в любую точку мира».


Иллюстрация на анонсе: В. Нестеренко. «Письмо недругам России»




Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть