Фаворские яблоки

02.07.2018

Андрей САМОХИН

Фото: Владимир Смирнов/ТАССДвунадесятый праздник Преображения Господня, ежегодно отмечаемый у нас 19 августа, именуется в народе Яблочным Спасом. В этот солнечный, радостный, любимый художниками, поэтами и монахами день православный люд вспоминает о чудесном фаворском сиянии и несет освящать спелые плоды нового урожа.

«Преобразился еси на горе, Христе Боже, показавый учеником Твоим славу Твою... да возсияет и нам грешным свет Твой…» — такие слова целую неделю звучат во всех православных храмах, многие из которых и сами названы Преображенскими.

«Обыкновенно свет без пламени исходит в этот день с Фавора, и осень, ясная, как знаменье, к себе приковывает взоры», — писал об августовских торжествах Борис Пастернак.


И одежда Его сделалась белою, блистающею

Согласно Священному Писанию, на гору Фавор поднялся помолиться Спаситель, а с Ним — три избранных ученика: Петр и братья Зеведеевы, Иаков и Иоанн. «И когда молился, вид лица Его изменился, и одежда Его сделалась белою, блистающею», — говорится в Евангелии от Луки. Они увидели пророков Моисея и Илию, которые беседовали со Христом. Вне себя от радости Петр предложил: «Наставник! хорошо нам здесь быть, сделаем три кущи, одну — Тебе, одну — Моисею и одну — Илии».

Куща — значит шалаш, укрытие от солнца и непогоды. Но Иисус в ветхом укрытии не нуждался вовсе. «Когда же он (Петр) говорил это, явилось облако и осенило их; и устрашились, когда вошли в облако. И был из облака глас, глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, Его слушайте».

Фаворский светУже в первые века нашей эры это событие было признано одной из важнейших вех в земной жизни Христа. Тогда же родился специальный термин — «фаворский (божественный, неземной) свет».

В IV столетии равноапостольная Елена, мать Константина Великого, возвела на горе Фавор храм в честь Преображения Господня. Некоторое время одноименный праздник был местным, отмечался лишь на землях Палестины, но с V века распространился по всему христианскому Востоку и вошел в годичный церковный круг как Господский — то есть неподвижный в календаре. И хотя знаменательный случай произошел за 40 дней до распятия Спасителя, Преображение празднуется в августе, а не феврале. Иначе оно пришлось бы на Великий пост и, вероятно, не стало бы столь радостным и торжественным.

В пользу того, что перенос был во всех смыслах правильным, свидетельствует «обыкновенное чудо», происходящее ежегодно на Фаворе именно 19 августа. Над православным монастырем, расположенным на горе, посреди ясного безоблачного неба вдруг стремительно материализуется облако и плавно опускается на обитель. Иногда озаряется всполохами, похожими на грозовые, но — без грома. Порой вспышки образуют яркую, искрящуюся дугу. Примечательно, что с находящимся рядом францисканским монастырем чудесное явление никак не соприкасается.

Феномен Благодатного облака подтвержден тысячами свидетельств, а также международной научной комиссией 2010 года, в которую вошли и метеорологи, зафиксировавшей его и подтвердившей с помощью фото- и видеоматериалов.

Кто тут Преображенский?

Исторически сложилось так, что главные соборы на Руси издревле освящались как Успенские. Хотя церквей и часовен, посвященных Преображению, тоже немало. Самым старым из них считается Спасо-Преображенский собор в Чернигове, заложенный при князе Мстиславе Владимировиче и построенный предположительно в середине XI века. Интересно, что храм этот — древнейший сохранившийся памятник древнерусского зодчества.

Спасо-Преображенский Собор Новоспасского монастыряСреди наиболее известных русских монастырей чудесному событию на горе Фавор посвящены два: Соловецкий и Валаамский. Оба — ставропигиальные, то есть подчиняющиеся напрямую патриарху. В Москве есть Новоспасский (также ставропигиальный) мужской монастырь со Спасо-Преображенским собором. Вообще же, действующих Преображенских храмов в Белокаменной около десятка. Скоро к ним добавятся еще несколько. Например, в рамках патриаршей программы «200 храмов» такие возводятся в Нагатино-Садовниках и Старом Беляево.

Парадоксально, но хорошо известная москвичам и славная своей историей церковь Спаса Преображения возле метро «Преображенская площадь» — самая молодая из одноименных. В 1768-м она, построенная из камня, возникла на месте прежней деревянной, в 1964-м была варварски разрушена, а в 2015-м — воссоздана.

После отмены крепостного права крестьянам часто давали фамилии по названию сел, откуда они были родом. Еще раньше аналогичные «привилегии» даровали молодым людям, поступавшим в духовные училища. Среди знаменитых Преображенских были историки, филологи, летчики, врачи, писатели, даже революционеры. Но, похоже, всех их в массовом сознании затмил выдуманный Михаилом Булгаковым литературный герой — Филипп Филиппович. Больно уж колоритная и символическая фигура получилась...

Горний свет

Знаменитые православные богословы ранних веков Иоанн Дамаскин, Григорий Нисский, Василий Великий, Максим Исповедник и, конечно, философ-мистик, основатель течения исихазма (греч. — покой, безмолвие) святитель Григорий Палама посвятили теме Преображения тысячи страниц своих трудов. Последний из названных утверждал, например, что богочеловеку Христу никакого сверхъестественного «улучшения» изначально не требовалось. Иисус показал себя на горе таким, каким был до сотворения мира. На горе Фавор чудесно преобразились души апостолов, открылись — в духовном смысле — их глаза. «Очи получили силу Духа, благодаря которой видели таковое», — говорит Григорий Палама. Потому-то и не заметили фаворского света находившиеся поблизости пастухи, хотя воссиял он ярче солнца.

Фото: Игорь Подгорный/РИА НовостиДругими словами, Бог дает людям шанс (и не один) прозреть, стать намного светлее и чище, уподобиться ангелам. Подобного возвышения человека не знала до появления христианства ни одна религия.

Со временем вокруг идеи приобщения к божественной энергии (по-гречески теозису) сформировалось отдельное направление христианской философии. Его принципиальное отличие от оккультных практик «самосовершенствования» заключается в том, что подняться до горних вершин возможно не благодаря «сверхспособностям» и «сверхзнаниям», а лишь удостоившись Благодати Господней.

Важна и другая оригинальная мысль Паламы: видеть неземной облик Учителя сподобились лишь лучшие ученики, те, кому это было «дано».

Однако такое избранничество не имеет ничего общего с гордыней. Наоборот — прямо противоположно ей. Недаром яркий отблеск фаворского света видели на лицах самых смиренных русских святых Сергия Радонежского и Серафима Саровского.

Везде по-разному

Фото: Владимир Смирнов/ТАССНа Преображение Господне густой яблочный дух наполняет церкви. Перед окроплением яблок и других даров природы священники читают прихожанам особую молитву, прося Господа просветить их сердца лучами Своей благодати. Спелые плоды — зримый символ не только временной, земной радости, но и райского сада, который уготован Христом для добрых и честных людей.

 «Да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного», — так говорит Христос в Евангелии от Матфея.

В разных местах православного мира имеются свои особенности празднования. На горе Фавор каждый год собираются сотни паломников и ждут схождения Благодатного облака — иногда до поздней ночи. В монашеской республике на Афоне насельники Великой лавры поднимаются в канун праздника к вершине Святой горы — с ослами, груженными провизией, облачениями и священными сосудами. На высоте 2033 метра — «выше облаков» — стоит часовня Преображения Господня, где совершается всенощное бдение. На Афоне ходит легенда о братстве двенадцати отшельников, которые уже много веков обретаются в глубине полуострова, переходя с место на место. После смерти любого из братьев избранный состав пополняется новым — из окрестных монастырей и скитов. Согласно той же легенде, в час конца света они поднимутся на Святую гору и отслужат в часовне последний молебен — о преображении всего мира.

Одно из самых красивых описаний праздника находим у Ивана Шмелева в романе «Лето Господне»: «Праздник Преображения Господня. Золотое и голубое утро, в холодочке. В церкви — не протолкаться. Я стою в загородке свечного ящика. Отец позвякивает серебрецом и медью, дает и дает свечки. Они текут и текут из ящиков изломившейся белой лентой, постукивают тонко-сухо, прыгают по плечам, над головами, идут к иконам — передаются — к «Празднику!». Проплывают над головами узелочки — все яблоки, просвирки, яблоки. Наши корзины на амвоне, «обкадятся», — сказал мне Горкин. Он суетится в церкви, мелькает его бородка. В спертом горячем воздухе пахнет нынче особенным — свежими яблоками. Они везде, даже на клиросе, присунуты даже на хоругвях. Необыкновенно, весело — будто гости, и церковь — совсем не церковь. И все, кажется мне, только и думают об яблоках. И Господь здесь со всеми, и Он тоже думает об яблоках: Ему-то и принесли их — посмотри, Господи, какие! А Он посмотрит и скажет всем: «ну и хорошо, и ешьте на здоровье, детки!» И будут есть уже совсем другие, не покупные, а церковные яблоки, святые. Это и есть — Преображение».

Через года и расстояния «парижанину» Шмелеву вторил из Переделкино поэт Пастернак: «Прощай, лазурь Преображенская и золото второго Спаса».

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть