Литературная премия мирового большинства: Захар Прилепин предложил, президент одобрил

25 марта прошло очередное (и в то же время «праздничное» — по случаю Дня работника культуры) заседание Совета при Президенте РФ по культуре. Поставленных перед главой государства вопросов, от текущих до «стратегических», было не просто много, а очень много.

Никита Михалков попросил Владимира Путина помочь в упорядочении работы Фонда кино, чтобы эта организация выдавала государственные деньги кинематографистам вовремя, а не как чиновникам заблагорассудится. Также Никита Сергеевич посетовал на то, что правительство РФ слишком долго разрабатывает закон о квотировании иностранных фильмов: на экраны страны (в том числе телевизионные) выбрасывается непомерное количество псевдохудожественного мусора, и Михалков настаивает на том, чтобы поступление этой «продукции» на отечественный кинорынок законодательно ограничивалось.

Владимир Машков рассказал президенту о том, что что некоторые правообладатели, законные наследники давно ушедших от нас мастеров литературы, ведут себя как собаки на сене, запрещая творчески использовать произведения этих литераторов на российских подмостках и съемочных площадках.

Карен Шахназаров заверил главу государства, что предмет «История отечественного кино» в наших школах необходим, а список 100 рекомендованных школьникам фильмов уже составлен.

Свои вопросы и предложения президенту также адресовали: Евгений Миронов, Юлиана Слащева, Андрей Ковальчук, Борис Эйфман, Светлана Захарова, Николай Цискаридзе, Джамбулат Магомедов, Михаил Пиотровский, Эдгар Запашный и Захар Прилепин. Краткое выступление Евгения Николаевича (имя и отчество Захара по паспорту) и ответное слово Владимира Владимировича есть смысл привести дословно, по стенограмме:

«Е. Прилепин: Уважаемый Владимир Владимирович!

Я буду говорить о Нобелевской премии и о необходимости новой международной премии по литературе. Сейчас объясню почему.

Дело в том, что Нобелевская премия в последние десятилетия стала безусловным политическим инструментом. Это можно было видеть, просмотреть, оценить во время начала СВО, когда порядка 20 бывших лауреатов Нобелевской премии по литературе подписали немедленно, так сказать, антивоенное письмо, в то время как огромное количество литераторов Латинской Америки, Африки и даже Европы, безусловно, понимают и смысл происходящего в России, и всю эту ситуацию. То есть я называю это «постколониальная премия», которая используется как политический инструмент.

Конечно же, в этих условиях необходимо существование и создание новой мировой литературной иерархии – не только российской, я это называю созданием премии мирового большинства, которую мы в силах создать наряду с Китаем, Индией, упомянутой Латинской Америкой и Африкой.

Более того, мы в прошлом году уже провели пробную премию – литературную премию БРИКС, и отозвались все наши товарищи со всех континентов с огромным откликом, с огромной радостью. Мы понимаем теперь уже, что на основе премии «Слово», которая уже создана в России, мы поэтапно способны создать данный инструмент. Не для того, чтобы «уесть» Нобелевскую премию, а просто для того, чтобы у человечества, у мира, у мировой культуры, у мировой литературы была своя разумная иерархия.

Я прошу и надеюсь, что Вы поддержите наши начинания.

В. Путин: Да, идея правильная, хорошая.

Вы сказали про тех, кто подписывал всякие письма, я так понимаю, что после начала СВО. Но уверен, что эти любители эпистолярного искусства вряд ли что-то написали после начала сегодняшних непростых, трагических событий на Ближнем Востоке.

Совершенно очевидно, что это вещи, явно связанные с политической конъюнктурой. И понятно, что у людей должна быть альтернатива, у талантливых людей, добивающихся выдающихся результатов, показывающих эти результаты и нашей стране, и всему читающему мировому сообществу. Здесь, безусловно, надо это сделать.

Обязательно поработаем. Я с коллегами тоже проработаю напрямую и МИДу поручу это сделать. Спасибо Вам за это предложение».

Действительно, Захар Прилепин выступил с очень хорошей инициативой.

Когда-то на популярной, а ныне легендарной интернет-площадке под названием «Живой Журнал» некоторые юзеры-тысячники ввели меж собой неписаное правило: если раньше они недругов и просто «неприличных людей» обзывали скверно-грязно-многословно-матерно, то в какой-то момент (увы, ненадолго) поменяли лексику на эмоционально и стилистически противоположную. Теперь в случае острейшей необходимости и необоримой потребности обругать некоего отъявленного мерзавца последними словами про него говорили: «Этот человек не заслуживает доверия»; «Ему нельзя доверять».

Так вот Нобелевский комитет по литературе не заслуживает доверия уже очень-очень давно. Ему решительно нельзя доверять не с той поры, когда Нобелевку начали присуждать «девочкам» по четным годам, а «мальчикам» по нечетным (не верите в этот абсурд? — справьтесь в интернете), и даже не с того времени, когда премию вручили весьма посредственной и очевидно лукавой журналистке Светлане Алексиевич. Свою программную статью «Нобелевский миф» Вадим Кожинов опубликовал еще в 1990-е, и уже тогда он рассуждал о стокгольмском «феномене» (об извращенной политизации и политизированной извращенности нобелевских комитетчиков) не как о стойкой тенденции, а как о старейшей традиции.

Если у нас появится альтернативная Нобелевке премия по литературе, то от этого выиграют все крупные писатели планеты и мировая литература в целом.

Найдутся ли у инициативы Захара Прилепина противники? Конечно. Они первым делом будут напирать на то, что время на дворе — тяжелое, а стало быть, финансовые траты на учреждение и проведение «антинобелевки» будут нашему государству не по карману.

Контраргументы на этот счет долго искать не нужно. Во-первых, даже в годы Великой Отечественной наше государство выделяло колоссальные средства на реализацию культурной политики. А во-вторых, у нас, в России, есть очень богатые (фактически государственные) корпорации-монополии, которые регулярно транжирят миллиарды долларов «на что попало». Например — на покупку и фантастически щедрое содержание иностранных футболистов. Повышает ли это авторитет нашего государства или хотя бы уровень отечественного футбола? Нет! Скорей наоборот. А вот если некоторую (третью, четвертую, пятую) часть от этих колоссальных сумм потратить на новую международную премию по литературе, то эффект от таких «инвестиций» удивит многих.