Уроки украинского

Петр ВЛАСОВ, Главный редактор газеты "Культура", писатель

06.04.2022

Вот уже больше месяца все мы живем в постоянном напряжении. Сколько оно еще продлится — думаю, не знает никто. «Специальная военная операция развивается по заранее утвержденному плану» — с этим тезисом я спорить не собираюсь. Просто расскажу о личных впечатлениях от украинских событий.

За Украиной и происходящим там наблюдаю уже не один десяток лет. До момента изгнания Майданом Януковича в 2014 году это было, в принципе, вполне понятное и довольно скучное государственное образование. Рыхлое, вороватое, бедное, коррумпированное до предела, пытающееся урвать свое и у России, и у Запада, обманув при том обоих. Ткни пальцем — развалится. Как это, в общем, и получилось с присоединением Крыма. Знающие люди утверждают, что точно так же, без шума и пыли возможно было тогда занять всю остальную Украину. Пишу это вовсе не для того, чтобы о чем-то пожалеть — история не знает сослагательного наклонения — а просто зафиксировать состояние данного государства на тот момент времени.

Прошло восемь лет. И сейчас, как мне кажется, мы имеем дело с совсем другой страной. Это уже не прежнее бесформенное желе, а нечто плотно сбитое, упрямое и агрессивное. Истерик-президент не должен вводить в заблуждение — это у него профессиональное. Украинская армия не разбежалась по домам после звездопада «калибров», а в городах люди не вышли тысячами на улицы с российскими триколорами, как это случилось во время «русской весны» (напомню, пророссийская демонстрация в 2014 году в Харькове собрала 100 тысяч человек). У многих возникает вопрос — что же изменилось?

Может быть, на Украине «жить стало лучше, жить стало веселее»? Вовсе нет. Украина сегодня — официально самая бедная и самая коррумпированная страна Европы, которой управляет сказочно богатый олигархат. При том, скорее всего, это еще и самое тоталитарное государство на континенте. Здесь давно прикрыты все более-менее оппозиционные партии. Фактически запрещено использование во всех сферах, кроме как у себя на кухне, русского языка (при том, что еще совсем недавно он являлся основным для двух третей жителей страны). Огромное влияние на политическую жизнь оказывают ультраправые, даже нацистские организации — за любое инакомыслие, за пост в соцсетях легко могут убить в темной подворотне. В общем, ничего общего с рассуждениями в западных СМИ об Украине как «оплоте свободы и демократии». Конечно, можно говорить, что «люди запуганы» и потому украинский режим оказался гораздо устойчивее, чем казалось многим, но ведь даже уже в занятом нашими войсками Херсоне, по сообщениям СМИ, регулярно собираются проукраинские демонстрации.

Интересно, что в недавней европейской истории мы находим еще один яркий пример подобной трансформации буквально за несколько лет — это нацистская Германия, которая из аморфного, безвольного образования под названием Веймарская республика стремительно превратилась в «железный рейх», едва не поработивший все человечество. Эта аналогия, на мой взгляд, вполне проясняет, что же случилось с Украиной. У нее появилась национальная идеология.

Последние лет тридцать идеология у нас в основном была ругательным словом. Мол, в «свободном мире» у каждого должно быть обо всем собственное мнение, а идеология, требующая общего подхода к ключевым вопросам, есть рудимент «тоталитарного общества». Между тем, пока ругали слово, мало задумывались о смысле. Идеология, по большому счету, это осознание собственной ценности неким коллективом единомышленников (партия, народ, глобальные движения) через разделяемый ими взгляд на мир, как правило, предполагающий активные действия по его изменению. Идеология позволяет создавать образ желаемого будущего, а также постоянно синхронизировать действия ради достижения поставленных целей. Наличие идеологии, принимаемой значительной частью членов общества, в разы увеличивает его условный КПД и масштаб задач, которые оно способно решать.

С сутью украинской идеологии все прозрачно, тем более что аналогии с нацистской Германией работают и здесь. Это идеология национального превосходства и реваншизма. Ее ценностное ядро — создание искусственного тезиса об «историческом противостоянии» «изначального» Киева и «вторичной» Москвы, которая «несправедливо» отняла у Киева первенство. Стратегическая программа — «вернуть лидерство Киева» и «загнать Москву обратно в ее болота». Отсюда происходит все остальное — гонения на русский язык и культуру, поиск своих «украинских героев» в разных исторических периодах, замена истории мифами, некоторые из которых впору вносить в сборник «Легенды и мифы Древней Греции». Да, мы над этим часто посмеивались. Но, как оказалось, это в итоге работает. Потому что посреди бедности и коррупции дает людям ощущение собственной ценности и понимание, зачем они живут. Потому что внедряется в сознание везде и повсеместно, едва ли не с роддома. И благодаря этим самым «мифам и легендам» мы теперь имеем под боком пассионарное, агрессивное, ненавидящее все русское государство с населением в 40 млн человек.

Пишу я это к тому, что странно и недальновидно «бросать вызов мировому порядку» (а именно это, как утверждается, мы и сделали), не ответив простыми словами, возможно даже лозунгами, на несколько вопросов. Что мы предлагаем взамен? Какой конкретно образ будущего продвигаем? В чем его ценность и, соответственно, ценность нашей идеи? Что получат те, кто нас поддержит? Ответы будут важны и для Украины, и для всего остального мира.

Петр Власов -- главный редактор газеты "Культура", писатель

Материал опубликован в №3 газеты "Культура" за 2022 год