Забытый путь к причалу

Александр АНДРЮХИН

02.06.2016

Главный редактор журнала «Кают-Компания» Борис Мисюк

Тревожное письмо пришло в редакцию из Владивостока. Местный литературный журнал «Кают-Компания» попал в финансовый шторм. Его капитан, то есть главный редактор, шлет сигналы SOS. Да и не он один: на мель садятся многие творческие экипажи, посвятившие себя маринистике. Про моря и океаны, которые в течение веков в изобилии подбрасывали авторам авантюрные, героические и любовные сюжеты, перестали петь песни, писать книги, снимать фильмы. 

Когда Петр Первый прорубил окно в Европу, море захватило умы наших предков. В те времена маринистика еще не выделилась в отдельное литературное направление, и настоящими «хитами» стали письма русских моряков. Их публично читали и обсуждали на ассамблеях. В XIX веке были очень популярны книги морского офицера Николая Бестужева и повесть его брата Александра Бестужева-Марлинского «Фрегат «Надежда». В петербургских салонах буквально рвали друг у друга рассказы о кругосветном путешествии Ивана Крузенштерна, переписывали их от руки. Вспомним, что и автор «Обломова» Иван Гончаров прославился благодаря морю. Именно путевые очерки «Фрегат «Паллада», вышедшие в полном собрании в 1858 году, современники сочли крупным литературным событием, а отнюдь не роман «Обыкновенная история», написанный ранее. 

Однако литературоведы учат, что русская классическая маринистика пошла все же не от Гончарова, а от Константина Станюковича. Он имел профессиональное представление о предмете — сам был моряком в четвертом поколении. Его рассказы сразу сделались известными и в среде мореходов, и у сухопутной части населения, особенно у гимназистов, которые зачитывались ими под партами.

В начале XX века морская романтика приобрела уже характер литературной эпидемии. Например, Александр Грин даже устроился матросом. Жесткая действительность обманула его ожидания, и вскоре он сошел на берег. Но и того крохотного периода ему хватило, чтобы всю оставшуюся жизнь черпать морское вдохновение. Так появились «Алые паруса» и «Бегущая по волнам», обессмертившие имя писателя.

К этой тематике прикладывались и авторы, ведать не ведавшие вкуса кипящих волн, не умеющие порой отличить кнехт от брашпиля. Среди них Корней Чуковский, который в 1935 году перевел роман Роберта Стивенсона «Остров сокровищ». Детский поэт наделал столько ляпов, что моряки морщатся по сей день. Израэля Хендса он почему-то называет вторым боцманом, хотя на корабле только один боцман, а его помощник — боцманмат. В сундуке Билли Бонса оказывается два компаса в медной оправе. Но у Стивенсона — компас и циркуль-измеритель, отделанный бронзой. Носовые фигуры автор «Тараканища» легковесно называет фигурками, словно речь идет о статуэтках. Кока непростительно именует поваром, штормовые шпигаты — водосточными желобами, туманный горн — корабельной сиреной, переборки — перегородками, шлюпку-четверку — яликом, а иной раз даже челноком... Кто-то насчитал более 150 подобных ошибок, и они до сего дня не исправлены. Что, конечно же, ничуть не повлияло на бешеную популярность романа.

В начале XX века Максим Горький снискал всенародную славу строками о грядущей буре. Не в степи и не в горах — он живописал именно морскую стихию. Тема прочно закрепилась и в советской литературе. В этом направлении блестяще работал поэт Эдуард Багрицкий («в густой бородач ударяет бурун, чтоб брызгами вдрызг разлететься»), который, кстати, по уверению Валентина Катаева, настолько боялся моря, что даже при легком волнении не рисковал подходить к кромке прибоя ближе чем на 20 шагов. Позже страна увлеклась рассказами Виктора Конецкого. По его книге «Путь к причалу» сняли фильм, также он стал соавтором сценария «Полосатого рейса». А сколько было приключенческой детской литературы — одни лишь «Морские истории» Бориса Житкова чего стоят! 

— В 70–80-х годах книги о море у мальчишек пользовались невероятной популярностью, — вспоминает бывшая сотрудница городской библиотеки подмосковного Пушкино 82-летняя Мария Селезнева. — Тогда не было интернета, полноценно работало, по сути, только два телеканала. После уроков школьники приходили к нам толпами. Выстраивались очереди. Помню, чем зачитывались мальчишки: «Шхуна «Колумб», «Акваланги на дне», «Расскажите мне про Сингапур», «Приключения капитана Врунгеля», ну и, конечно, «Остров сокровищ» (эта книга вечно была на руках).

По словам Марии Викторовны, многие ребята мечтали попасть на флот юнгами. Правда, тогда это было уже невозможно — в море брали с 18 лет. Книжные приключения пацанов, которым посчастливилось влиться в судовую команду, в советские времена являлись, конечно, художественным вымыслом, но они будили романтизм в сердцах мальчишек. Для школьников тех лет само это слово — «море» — было священным. Грезя дальними странами, они вырезали на партах перочинными ножами якоря и чаек над волнами. Капитан дальнего плавания котировался не ниже космонавта. 

Мало кто знает, что в 70-х в мореходные училища страны были довольно серьезные конкурсы. Троечники туда даже не совались. А самый большой наплыв отмечался отнюдь не в театральные институты, как принято считать, а в Ленинградское высшее инженерное морское училище им. Макарова на специальность «океанолог». Наверняка такие массовые устремления во многом объясняются обилием в СССР увлекательных произведений о кораблях и капитанах. 

— Существовала госпрограмма, регулирующая книгопечатную политику, — рассказывает «Культуре» главный редактор издательства «Детская литература» Ирина Котунова. — И это правильно: чем шире представлена детская и юношеская литература, тем лучше для разностороннего развития подрастающего поколения. Помимо множества книг, мы еще выпускали ежегодный журнал «Океан». Но вхождение в рынок резко сузило тематику. Для того чтобы выжить, мы должны были ориентироваться на массовый спрос. А какой спрос на морскую тему мог быть в 90-е, когда флот почти полностью затонул в мутных экономических водах и корабли пускали на металлолом? 

Однако нельзя сказать, что маринистика сегодня полностью исчезла. В Москве по сей день выходит старейший военно-морской журнал «Морской сборник». 

— Издание основано в 1848 году по указу императора Николая Первого, — рассказывает главный редактор капитан 1 ранга запаса Виктор Остапенко. — Оно было специализированным. Но позже в нем стали обсуждать государственные вопросы, появилась литературная рубрика. Отрадно, что выпуск журнала никогда не прерывался, даже в тяжелые революционные и постперестроечные годы. Так и выходим — ежемесячно.

В советские времена тираж достигал 10 тысяч, сейчас — 3500 экземпляров. «Сборник» бюджетный, находится на балансе Министерства обороны, очевидно, это и помогает оставаться на плаву. Литературная составляющая здесь достаточно солидная. Чего стоит хотя бы имя бывшего подводника Николая Черкашина, о котором очень высоко отзывался его старший товарищ, тоже писатель и моряк, Валентин Пикуль.

Издания же, не имеющие подобной солидной поддержки, весьма бедствуют, как, например, дальневосточная «Кают-Компания». Главный редактор Борис Мисюк усиленно ищет источники финансирования: «Цена вопроса — менее 2 миллионов рублей в год».  

Впрочем, существуют нынче и киты, сохраняющие верность тематике.

— Я печатаюсь в «Вече», — делится секретарь Союза писателей России капитан 1 ранга запаса Владимир Шигин. — Здесь выходит тематическая серия — «Морская летопись». Тиражи книг небольшие — у моих, например, по 3 тысячи экземпляров. До регионов не добираются. А жаль. Я считаю, что интерес к морской тематике в стране по-прежнему есть. Правда, не такой массовый, как во времена Советского Союза.

Маринистика потеряла массовую аудиторию, но не читателя вообще, уверяет сотрудник издательства «Вече» Александр Сирота. 

— Недавно напечатали Шигина тиражом полторы тысячи экземпляров, — продолжает Сирота. — Даже столь небольшой выпуск все равно окупается, не надо гнаться за сверхприбылью. Существует определенный круг, интересующийся именно такой литературой, — не обширный, но постоянный. Переиздали рассказы Виктора Конецкого под общим названием «Путь к причалу» — 7 тысяч экземпляров. По нынешним временам немало. Хотя в советский период тиражи его книг достигали 200 тысяч.

Другие издательства тоже раздувают паруса. «Эксмо» в 2014 году выпустило «Историю Российского флота». И профильных литературных журналов в стране немало. 

Что бы ни говорили, морская тема из моды окончательно никогда не выходит. Реальных сюжетов жизнь и сейчас подбрасывает немало. Стычки с пиратами у африканского континента и погони наших пограничных катеров за японскими контрабандистами, добывающими краба в российских водах; противостояние с американскими авианосцами и тренировка боевых дельфинов, которые заступят на охрану акватории Севастополя. Крым, его возвращение и безопасность — тут вообще океан сюжетов. Только где перо, готовое все это описать, да так, чтобы не было жалко бодрствовать ночами, «проглатывая» страницы? 

Впрочем, впереди сезон отпусков, и с увлекательным романом можно вполне комфортно расположиться на той же ялтинской гальке. Не покидает ощущение: если кто и «выстрелит» в морской тематике, то это будет человек (или сюжет), связанный именно с Крымом. Недаром эта просоленная земля дала миру Грина, Станюковича, Волошина, Аверченко, Сельвинского, здешним воздухом дышали Чехов и Лев Толстой. Так что время — возрождать традиции.