Великолепный Бакст: в искусстве театрального оформления равных ему не было

В 1893 году Леон отправился покорять Париж. Там ему пришлось нелегко: впоследствии он даже отговаривал своего ученика Марка Шагала уезжать во Францию: мол, и так хватает безработных художников. Шагал, однако, не послушался, и не прогадал. Впрочем, и сам Бакст сумел завоевать любовь французского общества: недаром ему вручили орден Почетного легиона.
Тем не менее его жизнь была связана с Россией: дружба с Александром Бенуа и работа в журнале «Мир искусства» поспособствовали созданию галереи портретов Серебряного века. Так появилось знаменитое изображение Зинаиды Гиппиус (1906): надменный ироничный взгляд, плотно сжатые губы, необычный черный костюм, позволивший поэтессе продемонстрировать красивые ноги. 

Хороши портреты писателя Андрея Белого, художника Константина Сомова, предводителя «мирискусников» Александра Бенуа...
Вторая ипостась Бакста — театр, и здесь он получил международное признание. 

Эскиз декорации к балету «Дафнис и Хлоя». 1912

Дебют художника в новом качестве состоялся в 1903 году, когда он оформил одноактный балет «Фея кукол» для сцены Эрмитажного театра. Однако настоящая известность началась с сотрудничества с Сергеем Дягилевым. Его, кстати, художник тоже запечатлел на холсте. Портрет известного антрепренера с няней получился неожиданно демократичным, теплым, домашним. Здесь Дягилев не похож на того диктатора, с которым Бакст разорвал отношения в 1918-м (спустя три года помирился, чтобы оформить балет «Спящая красавица»). 

За время работы на Сержа Леон совершил переворот в сценографии: декорации и костюмы, раньше имевшие лишь утилитарную функцию, заиграли под его руками яркими красками.

Эскиз костюма Синей султанши к балету «Шехеразада», 1910

Ему довелось наряжать таких легенд русского балета, как Вацлав Нижинский, Анна Павлова, Ида Рубинштейн, а им повезло встретиться с тонким стилистом, который черпал вдохновение в давно ушедших эпохах — например, в греческой архаике.

Художник, работавший на износ, умер внезапно, в 1924 году. По официальной версии — от отека легких. И пусть современники считали, что в театральном оформлении на пятки ему наступали Кокто и Пикассо, время показало: причудливые образы Бакста до сих пор остаются непревзойденными.