Борис Майоров: «МОК ведет себя гадко»

01.02.2018

Андрей КУЗНЕЦОВ

11 февраля исполнится 80 лет двукратному олимпийскому чемпиону по хоккею Борису Майорову. Вместе с партнерами по легендарной тройке — братом Евгением и Вячеславом Старшиновым крайний нападающий сборной СССР ковал славу отечественного спорта. Именно в 1960-е годы советская дружина превратилась в непобедимую «Красную машину», когда любое место, кроме первого, считалось провалом. Накануне юбилея Борис Александрович ответил на вопросы «Культуры».

Фото: Алексей Куденко/РИА Новости

культура: Когда в день рождения звонят с поздравлениями, о чем думаете в первую очередь?
Майоров: Слава Богу, что не забывают. Каждому звонку радуюсь, конечно. А что еще придумывать-то? Прошел год, и хорошо. Смотрю вперед и иду дальше.

культура: Хоккейная Россия Борисом Майоровым гордится. А чем, оглядываясь на прошедшие годы, гордитесь лично Вы?
Майоров: Наверное, вкладом в славные победы отечественного спорта. Небольшой, но все же он был (улыбается). В нашем поколении хватает многократных олимпийских чемпионов. Удастся ли завоевать этот почетный титул тем, кто играет сейчас? Новых победителей Игр в стране не появлялось 26 лет.

культура: В индивидуальном плане сборная и сейчас располагает отличными хоккеистами, но они и близко не могут подойти к достижениям советского периода. Почему?
Майоров: Получается, не совсем те мастера. Мы, к сожалению, встали на рельсы НХЛ. Отечественная система подготовки всегда была сильна учебно-тренировочным процессом, за счет которого и выращивали отличных хоккеистов. А теперь берем пример с Северной Америки, где играют через день. Вот только забыли, что НХЛ себе может это позволить. Потому что берет лучших со всего мира, уже готовых, сложившихся звезд. У нас столько супермастеров не может быть по определению. А тем, кто способен дорасти до элитного уровня, тренироваться некогда. Сплошные переезды. А в итоге уже больше десяти лет в стране не появляются по-настоящему звездные игроки. Овечкин, Малкин, а за ними кто? Тарасенко с Панариным или Кучерова я таковыми не считаю.

культура: В Вашей коллекции десятки золотых медалей. Какая из них самая дорогая?
Майоров: Все они по-своему памятные, потому что доставались тяжело. Я вот начинаю думать — и понимаю: в любом соревновании были особенные моменты. Ключевые, яркие, за которые цепляются воспоминания. Будь то чемпионат мира или Олимпиада. К примеру, на Играх-68 матч с чехами задержали на сорок минут. Соперники бастовали, поскольку решили, что у советской дружины неправильная экипировка.

культура: Что им не понравилось?
Майоров: Раньше коньки были железными. И трубки по бокам закрывались пластиковыми наконечниками. Те постоянно вылетали, терялись, и мы без них на лед выходили. Вот чехи и придрались. Причем озвучили свою претензию буквально за секунды до стартового свистка. Просили, чтобы шестерым хоккеистам сборной Союза запретили выступать. Пришлось срочно искать недостающие элементы экипировки. Вот какие проблемы приходилось решать на пути к олимпийскому «золоту».

Для чехов такие поступки были приемлемы. Трудным оказался и победный чемпионат мира 1965 года в Тампере. В решающем поединке взяли верх со счетом 3:1. Причем действовали вторым номером, хотя в те годы сборная СССР никогда не играла от обороны. Но тренеры учли блестящее состояние чехов. И мы удивили всех. А потом легко разнесли Канаду — в матче, который уже ничего не решал. Из того состава, кроме меня, в живых остались только Старшинов, Ионов и Давыдов.

культура: Предположу, что самая неожиданная Ваша золотая медаль — за победу в чемпионате СССР 1962 года. В те годы задача обойти мощнейший ЦСКА была практически невыполнимой.
Майоров: Соглашусь. Действительно, внезапный триумф. «Спартак» тех лет был неплохой командой, но не такой, чтобы рассчитывать на равную конкуренцию с армейцами, «Динамо», да теми же «Крыльями Советов». Но больно хорошо мы последние шесть матчей чемпионата провели. Великолепно выглядел Толя Платов, наш вратарь. Как мы шутили — даже шнурками шайбу отбивал. Для хоккейной общественности «золото» «Спартака» стало абсолютной сенсацией.

культура: Карьеру хоккеиста завершили в 31 год. По нынешним меркам, серьезно недоиграли.
Майоров: В то время тридцатник считался рубежом. Едва его перешагнул, тебе немедленно начинали напоминать, что ты уже ветеран. Исподволь, но настойчиво. Не принято было «стариков» в команде держать,  хотя и кондиции еще были, и скорость. Я, по личным ощущениям, недоиграл если не пять лет, то четыре точно. И с Венькой Александровым та же история. Витя Якушев задержался почти до сорока, но его «Локомотив» вылетел из высшей лиги. И там уже не могло быть претензий ни к возрасту, ни к игре. Таких звезд во втором эшелоне больше не было.

культура: Сейчас сложно представить хоккеиста, который, подобно Вам, получил бы в 23 года диплом выпускника МАТИ. Были в жизни случаи, когда пригодились знания?
Майоров: Инженером-авиаконструктором ни дня не работал. В институте учился, скорее, для себя. Там же изучал не только специальные, но и общеобразовательные предметы. Политэкономию, историю КПСС, другие гуманитарные дисциплины. Окунуться в новые области знаний было интересно. И полезно — для развития личности. Любое образование помогает человеку раскрыться, лучше понимать жизнь.

культура: В 1974-м уехали тренировать в Финляндию «Йокерит». Как удалось получить разрешение на выезд в капиталистическую страну?
Майоров: Так сначала не отпускали. Контракт уже был подписан, и один товарищ мне радостно сообщил: «Не едешь». Завидовал, наверное.

культура: Из какого ведомства товарищ?
Майоров: Неважно. Главное, что через два-три дня после того разговора услышал: «Собирайся, получай паспорта на себя и жену». Хотя в ЦК, конечно, задергали. Спорткомитет был за, а ЦК против. В итоге отработал два года в Финляндии. А потом, когда уже заканчивался контракт, позвонил Виктор Тихонов. Мы в начале 70-х во второй сборной CCCР трудились, он был моим помощником. А тут национальную команду приглашают на первый в истории Кубок Канады, Виктора Васильевича ставят главным тренером. Он позвал меня в штаб. Не принять такого приглашения я не мог.

культура: В 90-е снова отправились в Страну тысячи озер. На этот раз адаптироваться не пришлось?
Майоров: Все не так просто. Вернулся через пятнадцать лет, местный язык успел забыть. К тому же возглавил «Йокерит» по ходу сезона, команда шла на последнем месте. Отрыв от предпоследнего — восемь очков! А закончили чемпионат седьмыми. Всего трех баллов не хватило до попадания в плей-офф, где выступали шесть лучших.

культура: Зато в следующем сезоне сделали команду чемпионом.
Майоров: Большое событие было. «Йокерит» для Финляндии — как «Спартак» для России. Народная команда. Во всех городах есть болельщики.

культура: Получается, в те годы гарантией победы в финской лиге был русский главный тренер.
Майоров: Мы, конечно, учили ребят азам мастерства, тактике. Хотя неправильно говорить, что подъем финского хоккея исключительная заслуга Майорова и Юрзинова. Реформа спорта свою роль сыграла. Когда работал в Хельсинки в 70-х, профессиональных хоккеистов в стране не было вообще. Тренироваться ко мне приходили после основной работы. А вот в начале 90-х государство узаконило профессиональный спорт. Дали всем соцпакет с пенсиями и страховками. Зарплату подняли, хотя заоблачных миллионных окладов там до сих пор нет. В 1992-м я уже мог давать в «Йокерите» две тренировки в день. Ребята сначала были в ужасе: «Как мы это выдержим?» А я отвечал: «Русские же выдерживают. Вы думаете, их медведицы рожают?» Будущая звезда НХЛ Теему Селянне тогда еще молодой был, на июльских сборах подходит: «Нам весь сезон столько работать придется?» «Нет, — говорю, — за неделю до старта чемпионата начинаем тренироваться всего раз в день».

культура: Вернемся к последним событиям. Поделитесь ожиданиями от Олимпиады в Корее?
Майоров: Жду, что выиграем «золото». Но и чувство тревоги есть — перед большими соревнованиями так и должно быть. Сейчас нельзя сказать, что мы способны на одной ноге обыграть шведов, финнов или канадцев. Да мало ли какой фактор может вылезти наружу по ходу турнира. Ведь ошибаться нельзя ни в чем. Ни в выходе на пик, ни в тактике, ни в отношении к делу. А посмотрите, что творится вокруг нашей олимпийской делегации. Эта грязь способна отразиться на настрое команды. Без объяснения причин отстраняют ребят от главного турнира четырехлетия. МОК ведет себя гадко.

культура: Когда Вы играли, спорт был частью холодной войны. Нынешнюю ситуацию стоит расценивать с тех же позиций?
Майоров: В те годы Советского Союза боялись. Во всех сферах. Например, в хоккее ни один арбитр не смел выписать нечестное удаление нашему игроку. Потому что Андрей Васильевич Старовойтов работал в международной федерации, отвечал за судейство.

культура: России, получается, не боятся?
Майоров: Да на нас во всех сферах набрасываются. В мире целый ряд государств, которые русских ненавидят. Норвегия, например, или бывшие страны социалистического лагеря из Восточной Европы. Прибалтика, Грузия. Там население оболванено пропагандой. Им по телевизору рассказывают всякую чушь о России. Простой пример: в начале 90-х в той же Финляндии подходят местные с выпученными глазами: «Борис, почему вы стягиваете войска к нашим границам?» — «С чего вы взяли?» — «В газетах пишут. Что происходит?» «Не верьте в чушь, — отвечаю, — мы огромную армию из Восточной Германии отводим. Где еще ее разместить, как не в западных регионах России? Остальное — выдумки».

А потом воспитанные на лжи люди становятся чиновниками, работниками международных структур. И вылезает из них эта мерзость вроде антирусской олимпийской кампании.

культура: Не могу представить, чтобы хоккеисты Вашего поколения согласились выступать на Олимпиаде без флага и гимна.
Майоров: Чтобы ответить на этот вопрос, надо взять машину времени и переместиться на 60 лет назад. Не могу сказать, как бы мы поступили. Наверху сказали «едем» — так и сделали бы. Лично мои ощущения просты: зачем мы едем к этим мерзавцам?

культура: Вы сами в Южную Корею полетите?
Майоров: Мне предлагали. Отказался. Добираться очень далеко. Да и непросто быть туристом на Олимпиаде. На ногах целый день. Привезли после завтрака в город — и все. Автобус назад в десять вечера. Ни присесть, ни прилечь, ни отдохнуть. Я уже ездил так в Нагано в 1998-м. Сейчас не хочется. Сяду у телевизора и поболею за наших.

культура: В Ваших глазах любой результат хоккеистов, кроме победы, будет провалом?
Майоров: Меня устроит «золото». И «серебро», но это уже будет результат с привкусом горечи. Большие победы всегда сопровождает везение. Ну и горбатиться надо в каждом матче, конечно. Вкалывать. 


Фото на анонсе: Валерий Шарифулин/ТАСС

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть