Герман Клименко: «Интернет-технологии придется внедрять в ручном режиме»

Андрей САМОХИН

12.01.2016

Российское интернет-сообщество воодушевлено и заинтриговано открывающимися перспективами. В конце декабря на форуме «Интернет Экономика» Владимир Путин поддержал программу интеграции сетевых технологий с конкретными отраслями народного хозяйства и укреплением суверенитета страны. Президент предложил создать должность своего советника по Глобальной сети, пригласив занять ее председателя правления Института развития интернета и — теперь уже бывшего — главу LiveInternet и сервиса Mediametrics — Германа Клименко. Новый «рулевой Рунета» согласился ответить на вопросы «Культуры».

культура: Путин рассматривает интернет как «драйвер для модернизации страны». Эта формулировка звучит неожиданно для многих сограждан. А для Вас?
Клименко: Для меня — нет, поскольку я с моими коллегами, возглавляющими компании — флагманы отрасли, выстраивал этот концепт два последних года.

культура: Признаете ли Вы как советник президента, что задача развития интернета для России трехчастная: экономика, технологии и санация? Под последним имеется в виду определенная защита от разрушительных ресурсов.
Клименко: Меня в данном аспекте политика мало интересует. Я понимаю, что есть одиозные сайты и группы в соцсетях и с ними надо что-то делать. Рунет, безусловно, надо регулировать. Меня теперь постоянно спрашивают: когда запретят тот или иной ресурс, будут ли перекрывать дыхание Google или Facebook, но эти вопросы не моя прерогатива. Примет завтра Госдума подобный закон, подпишет его президент — я, как законопослушный гражданин, буду выполнять — и сложностей никаких не вижу. Если уйдет тот же Google, его долю на российском рынке перераспределят «Яндекс», «Мэйл» и «Рамблер». Спрашивают: а как же развитие посредством конкуренции? Отвечаю: «внутривидовое» соперничество между нашими поисковиками и почтовыми системами гораздо острее, чем у них же с Google. Те, кого у нас именуют «либералами», пугают: мол, РФ может пойти по отношению к интернету китайским путем. Но я и в этом не вижу ничего ужасного. Разве регулирование доступа к Глобальной паутине мешает Поднебесной динамично развиваться?

Понимаете, я не идеолог, а инженер, программист, бизнесмен, хотя, конечно, не могу устраниться от этих вопросов, поскольку интернет — понятие широкое. Мне приходится участвовать в дискуссиях, например, по «закону о забвении» (праву человека потребовать удаления сетевых ссылок на свои персональные данные, которые могут нанести ему вред. — «Культура»), «закону о блогерах», других громких нормативных актах с политической составляющей. Я занимаю позицию, условно говоря, активного наблюдателя, который уравновешивает интересы сетевого сообщества, власти, предпринимателей. И самые одиозные предложения, поступающие от депутатского корпуса, удается убирать или значительно смягчать.

культура: А как Вы относитесь к проблеме базирования серверов самых раскрученных поисковиков и соцсетей в странах, нам сегодня недружественных?
Клименко: В 2014‑м был принят закон, обязывающий иностранные ресурсы хранить персональные данные россиян на территории РФ. Тот же Google или Facebook, как известно, оперативно и регулярно исполняют предписания властей США, где зарегистрированы. Речь идет о цифрах порядка ста запросов в день. Однако эти компании не идут на подобное сотрудничество с российскими правоохранительными органами. Если же их серверы окажутся в России, американское законодательство не сможет запретить такое сотрудничество. Хотя и других — экономических — способов заставить их это сделать есть немало. Не захотят и покинут Рунет? Если честно, меня это совсем не волнует. Это же относится и к анонимным мессенджерам. Рано или поздно все государства попросят их владельцев раскрывать по своим запросам персональные данные. Так, собственно, произошло со Skype, когда он достиг пика популярности.

культура: Волнует ли Вас сохраняющаяся зависимость наших госорганов от западного программного обеспечения?
Клименко: В разработанных нами восьми «дорожных картах» по направлениям интеграции интернета и различных реальных отраслей есть особая статья «ИТ + суверенитет». Она посвящена, в частности, этой проблеме. Чтобы не зависеть от компании Microsoft и других зарубежных производителей, не попадать в ситуации, подобные той, что случилась позапрошлым летом в Крыму, нужно было просто вовремя выполнить распоряжение Путина о переходе на открытое ПО, данное еще в 2010‑м. Тогда бы и бюджетные деньги все эти годы шли не на покупку американского софта, а на развитие отечественного программирования.

культура: Доводилось читать в СМИ обещания с нуля разработать полностью российскую операционку, подобную Windows или Mac OS…
Клименко: Все, кто это сегодня предлагает, — жулики и негодяи. Есть всемирно признанная открытая бесплатная операционная система Linux и масса приложений к ней. Если бы у нас в госучреждениях компьютеры работали на «линуксоидном» ПО, это, как в анекдоте про кроликов, давало бы не только мясо, но и шкурки. Ведь для развития рабочих программных продуктов на данной базе образовалось бы колоссальное число рабочих мест для программистов, многие из которых, в свою очередь, «переросли» бы в востребованные на мировом рынке софтверные фирмы. Пока же наши крупные компании хороших программистов всячески удерживают, а государство фактически отпускает их на аутсорс — то есть на все четыре стороны. Кстати, интересный штрих: чуть ли не единственным ведомством, полностью заменившим в документообороте майкрософтовские программы открытым ПО, стала еще несколько лет назад Федеральная служба судебных приставов.

культура: Остальные «дорожные интернет-карты» ведут в «общество», «образование», «город», «торговлю», «медицину», «финансы» и «медиа». Какой из этих путей представляется самым близким?
Клименко: Скажем, дистанционная торговля лекарствами через сайты, запрет которой в угоду аптечной сети привел не только к стойко-высоким ценам на препараты, но и настоящему фармацевтическому неравенству: вы не можете из Тулы заказать онлайн лекарство в Москве. Как интернет-коммерция может повлиять на цену товаров и услуг, мы отлично видели на примере резко подешевевших московских такси. Другая очень важная интернет-тема — телемедицина. В половине случаев первичного медосмотра вас не надо ощупывать, достаточно посмотреть анализы и задать определенные вопросы. Создание общероссийской сети онлайн медконсультаций может значительно повысить доступность и качество врачебных услуг для россиян в отдаленных регионах. До устранения конкретных технических проблем здесь еще очень далеко, первым делом предстоит решить, наконец, правовые вопросы. Ведь законопроект о телемедицине обсуждается с начала нулевых.

Я абсолютно убежден, что в целом грамотная интеграция интернет-технологий в реальную экономику может существенно повысить производительность труда, низкий уровень которой наш давний бич. Во многих отраслях она по расчетам может подняться кратно. Где? В книгоиздательстве, ЖКХ, строительстве… В последнем случае мы хотим добиться, чтобы стройплощадки разного масштаба показывали в режиме онлайн текущий ход работ, включая затраченные ресурсы. Таким образом госуправленцы смогут мониторить состояние строек по всей России и создавать нормальные прогнозные модели. Подобная технология применима и в ЖКХ по отношению к управляющим компаниям, куда сегодня огромные бюджетные средства уходят как в черную дыру.

культура: Ожидаете ли Вы определенного сопротивления и саботажа?
Клименко: Видимо, без этого невозможно внедрить в жизнь ни одно системное новшество. Хотя, разумеется, никаких «врагов» у нас нет, есть косность системы. Чтобы преодолеть ее, Владимир Владимирович Путин и предложил мне стать своим советником во главе профессиональной и целеустремленной команды единомышленников. Ручное управление в таких вопросах не всегда оптимально, но, учитывая важность момента, думаю, не будет большого греха в его применении.

культура: Вы стали высокопоставленным госчиновником — не жалко ли утраченной свободы?
Клименко: Ну, эта работа не навсегда… Надеюсь управиться с ней за несколько лет и заняться новыми бизнес-проектами. А прежние я, как законопослушный гражданин, переписал на сына.