Здравствуй, Маша, я Щелкунчик

09.01.2015

Александр МАТУСЕВИЧ

Щелкунчик — Алексей Неклюдов, Маша — Виктория ШевцоваВ Москве появился новый спектакль — «Щелкунчик. Опера».

Копия всегда хуже оригинала, а любая переделка уступает исходнику. Эту аксиому в очередной раз доказали создатели необычного спектакля в столичной «Новой опере». Хореограф Алла Сигалова, художник Павел Каплевич, композитор Игорь Кадомцев и дирижер Дмитрий Юровский решили переиначить суперпопулярный балет «Щелкунчик» в оперу.

Пожалуй, это первый эксперимент подобного рода в практике и мирового, и отечественного музыкального театра. Оперы, переделанные в балеты, — не новость, некоторые из них даже вполне удачны, но вот на обратное, кажется, еще никто не решался. Конечно, если не судить слишком строго, подобную инициативу можно признать — театр получил яркий спектакль для детей на безусловно прекрасную музыку Чайковского. Что в любом случае лучше искусственного утренника-пастиччо, которым угощают подрастающее поколение на большинстве театрально-концертных площадок в новогодние каникулы.

Китайские куклы — Джульетта Аванесян, Андрей ФетисовПравда, для того чтобы перекроить драматургически продуманный композитором балет в оперу, необходимо не просто написать слова к вечным мелодиям — требуется титаническая работа, которую взвалил на свои плечи композитор Кадомцев. Он и его коллеги по проекту сохранили сюжет почти неизменным, хотя часть номеров из балетного дивертисмента второго акта перенесли в первый, а драматическую кульминацию — бой с мышами, — напротив, из первого во второй. Оркестровку существенно облегчили, партитуру сократили и самое главное — добавили вокальную строчку, где-то задействовав основную мелодическую линию, где-то — подголосок, поменяв тональный план некоторых фрагментов так, чтобы певцам было удобно. В целом Кадомцеву удалось создать иллюзию того, что «Щелкунчик» предназначен для вокального исполнения. Однако зажигательные ритмы испанского танца почему-то отданы колоратурному сопрано (Ольга Ионова), отчего совершенно потерялся характер этой огненной музыки, которая обрела несвойственное ей инженю-кукольное звучание. Волшебный сон Маши, напротив, получился чрезмерно драматичным, в кульминации героиня стала напоминать Лизу из «Пиковой дамы» в трагической для нее сцене у Канавки. Наиболее гармонично новая мелодика звучит в знаменитом «Вальсе цветов», в то время как «Вальс снежных хлопьев» Кадомцев оставил чисто инструментальной музыкой, изъяв из нее имеющийся у самого Чайковского вокализ (хор детских голосов). В целом музыкальная редакция кажется удачной — гораздо более ладно скроенной, нежели примитивные тексты Демьяна Кудрявцева, оставляющие устойчивое впечатление кондового рифмоплетства.

Дроссельмейер — Андрей БреусАтмосфера сказочности, ожидания чуда, волшебства достигается главным образом за счет выразительного сценического оформления (сценография — Николай Симонов, свет — Айвар Салихов, костюмы — Павел Каплевич). Мышиной баталии как таковой, к сожалению, нет: ограничились компьютерной видеопроекцией на задник, по которому бежит нескончаемым потоком серое воинство, а трехголового монстра-короля явили куклой с мигающими красными глазками-светофорами, испугать которой едва ли кого-то возможно.

Музыкально спектакль добротен: маэстро Юровскому удались выгодная подача вокалистов и одновременно сохранение духа хрестоматийного балетного «Щелкунчика». «Сладкий» тенор Алексей Татаринцев лепит из титульного персонажа подлинно романтического героя, а Андрей Бреус привнес зловещие интонации в мелодику Дроссельмейера, который уже не кажется однозначно добрым магом. Удачны и работы актрис (Маша — Виктория Шевцова, Фриц — Любовь Ситник, Мама — Екатерина Миронычева), хотя по выразительности они несколько уступают двум главным кавалерам «Новой оперы».

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть