Обратный отсчет

04.05.2017

Петр АКОПОВ, публицист

Стало ясно, когда произойдет самое ожидаемое международное событие года: Владимир Путин и Дональд Трамп встретятся в первой декаде июля в Европе.

В конце апреля — начале мая у Путина сложился плотный график переговоров. Он пообщался с премьерами Японии и Германии, главой Турции Эрдоганом, а один из ближайших людей Си Цзиньпина передал ему послание от лидера КНР. Ну и, конечно, состоялся телефонный разговор с американским президентом. Но обо всем по порядку — тем более что все взаимосвязано.

Интенсивность контактов с китайской стороной зашкаливала: за две недели апреля Путин принял три делегации из Поднебесной. Кроме Ли Чжаньшу, начальника канцелярии ЦК КПК, в Кремле побывали два члена Постоянного комитета Политбюро ЦК — притом, что их всего семь (считая самого Си Цзиньпина). Контакты с китайцами были заранее запланированы, но на фоне внезапного визита руководителя КНР в США приобрели дополнительное значение.

Москва и Пекин внимательно наблюдают за попытками Вашингтона ослабить сложившееся русско-китайское взаимодействие. Трамп, по совету Киссинджера, старается вернуть Штатам роль главного угла в треугольнике Россия — Китай — США, хотя вся американская политика последних лет (включая действия по изоляции РФ) лишь подталкивала Москву к Пекину. Сейчас все изменилось.

Грубо говоря, сначала в Китае нервничали из-за заигрываний Трампа с Россией — не поддастся ли Кремль соблазну улучшить отношения с Америкой за счет КНР, — а после поездки Си Цзиньпина во Флориду повод для подозрений появился уже у нас.

Но это все спекуляции. На самом деле выбор в пользу еще большего сближения был сделан Путиным и Си Цзиньпином совершенно осознанно и прагматично. Важно и то, что у лидеров сложились очень хорошие личные контакты: это позволяет им быть уверенными в том, что выгодное обоим соседним государствам сотрудничество не зависит от того, кто уселся в Белом доме на очередную четырехлетку. Формулу взаимодействия (которое стороны не называют союзом, но уже думают о новых формулировках) как раз и высказал на прошлой неделе Си Цзиньпин. Вот как передал его слова Путину товарищ Ли: «Сегодня наши отношения по праву называются образцом отношений между великими державами, которые характеризуются сотрудничеством и обоюдным выигрышем,.. весьма прочны, зрелы, носят характер стратегического взаимодействия и прочности. Он (Си Цзиньпин.— «Культура») также сказал, что, несмотря на серьезные изменения в международной ситуации, мы намерены с вами неуклонно придерживаться трех констант, а именно: при любых обстоятельствах наш курс, нацеленный на углубление и развитие китайско-российского стратегического взаимодействия и сотрудничества, не изменится». 

Российско-китайское сближение волнует не только США. Японский премьер Абэ также беспокоится по поводу КНР — хотя островной монархии нужно увеличивать и степень независимости от Штатов. Наша страна готова идти навстречу, но не за счет своих связей с Поднебесной. При этом Китай и Япония являются естественными конкурентами в Тихоокеанском регионе, пусть последняя не обладает полным геополитическим суверенитетом, в том числе в оборонной сфере. Фактически США выступают как гарант японской безопасности — от китайской и русской «угроз». Да, это выдуманные самими американцами угрозы, но, чтобы избавиться от навязанной опеки, Японии надо выстроить нормальные отношения с Россией и приемлемые с Китаем. Чего, понятно, не могут допустить США — точнее те США, что претендуют на роль мирового гегемона. Америка же, которую хочет «сделать великой снова» Дональд Трамп, может сыграть и другую роль.

Как, например, сейчас происходит в Европе. Ангела Меркель приезжала к Путину для обсуждения разных тем, одной из главных была Украина. В последние месяцы мы видим удивительные вещи: новая американская администрация фактически «забыла» о незалежной. Вашингтон нарочно демонстрирует: эта проблема — европейская (о чем Трамп говорил еще в предвыборный период) и США отказываются от нарочитого использования украинского фактора для провоцирования России или давления на Москву. Ручное управление Киевом, что осуществлял вице-президент Байден, закончилось вместе с администрацией Обамы — и теперь Петр Порошенко ждет нового куратора. Но его не будет — Вашингтон ограничивается общими словами поддержки, а Меркель, на которую в Киеве почему-то возлагали надежды как на защитника, не собирается, да и не может им стать.

По целому ряду причин. Во-первых, Германия, как и Япония, не имеет возможности проводить полностью самостоятельную внешнюю политику — она ограничена атлантическими и евросоюзными структурами. И «защищать» Украину от России ФРГ берется только в случае получения соответствующей команды из Вашингтона, но ее больше не поступит.

Во-вторых, сама операция по отрыву Киева от Москвы была задумана и проведена американцами, а Европа выступала лишь в качестве оператора и приманки. Германии категорически невыгодны санкции против нашей страны, и долго поддерживать их в условиях отсутствия сильного американского давления она не будет. «Украинскую проблему» аккуратно отодвинут в сторону с дороги германо-российских отношений — незаметно, постепенно, но неизбежно. В сентябре у Меркель выборы, а основные партнеры-конкуренты, социал-демократы, имеют в своих рядах таких сторонников дружбы с Кремлем, как президент Штайнмайер и глава МИДа Габриэль. Не говоря уже о том, что и сами христианские демократы недоумевают: зачем нести убытки в торговле с РФ, если даже США налаживают с ней взаимодействие?

А в том, что Трамп переходит к новому этапу в контактах с Путиным, уже нет никаких сомнений — телефонная беседа 2 мая была хотя и короткой, но очень конструктивной и положительной, как заявили американцы. Обсуждались и сирийское урегулирование (на переговоры в Астану приедет сотрудник Госдепа), и корейский кризис, но главным результатом получасового разговора стало то, что лидеры «высказались в пользу организации личной встречи в привязке к заседанию саммита «Группы двадцати» 7–8 июля в Гамбурге».

Формулировка пресс-службы в переводе с дипломатического означает, что переговоры Путин — Трамп пройдут непосредственно перед или сразу же после заседания «двадцатки». Будет ли это в Гамбурге, в ином немецком городе или вообще в другой европейской стране (что наиболее вероятно, поскольку речь идет именно об отдельной встрече, а не о беседе «на полях» G‑20), пока неясно. Однако уже понятно, что через два месяца президенты получат возможность не просто познакомиться, но и обстоятельно обсудить наболевшее.

Это не станет событием, которое изменит мир, но саммит действительно даст серьезный шанс на переход к новой главе в международной политике. Иначе зачем враги Трампа и Путина (то есть глобалистская часть американской элиты) потратили столько усилий, чтобы помешать этому рандеву, отложить его на как можно больший срок? Ведь накануне выборов Трамп утверждал, что готов встретиться с президентом России даже до собственной инаугурации — и в итоге был подвергнут беспрецедентной в истории США атаке с полностью лживыми обвинениями в «русских связях». На то, чтобы сбить накал, потребовалось несколько месяцев, вот почему встреча состоится почти через полгода после вступления Трампа в должность.

Впрочем, нет худа без добра — за это время стремление двух президентов наладить отношения выдержало проверку на прочность…

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть