Благая весть Нюрнберга

19.11.2015

Вадим БОНДАРЬ, публицист

7лет назад, 20 ноября 1945 года, в Нюрнберге начался знаменитый процесс над немецко-фашистскими военными преступниками. Сегодня, с высоты исторической памяти, кажется, что мы знаем об этом международном суде все. Но это не так. Нюрнбергского процесса могло и не быть.

С самого начала Второй мировой войны Рузвельт и особенно Черчилль относились к Гитлеру и его окружению, а также ко всему немецкому народу с крайней степенью ожесточения. Во-первых, англо-американский политико-экономический истеблишмент на протяжении ряда лет разрабатывал проект «Гитлер» для использования его в качестве тарана и исполнителя грязной работы по дестабилизации Евразийского пространства, фактически против Советского Союза. Однако на последнем этапе все пошло не по плану. Нацистский джинн перестал быть «рабом лампы» и, вырвавшись на свободу, обратил свой гнев в первую очередь против тех, кто, образно говоря, кормил его с ладони и этим унижал. 

Во-вторых, англосаксы были обозлены на немецкий народ как таковой. Ведь тот активно поддержал Гитлера в его агрессии против Запада. Причем единодушно и массово — от солдата до фельдмаршала, от рабочих до интеллигенции и деловых кругов. 

После создания антигитлеровской коалиции с участием СССР и первых крупных поражений немцев на Восточном фронте начали вестись предварительные консультации о судьбе послевоенной Германии и ее вождей. Черчилль предложил трехсторонним кулуарным решением определить персонально виновных в развязывании войны и после победы без лишнего шума переловить их и казнить. Такой вариант, если бы стороны его утвердили, открывал перед Черчиллем и Рузвельтом самые широкие возможности по самостоятельному назначению виновных. Пойди Сталин на подобный сговор, никакого Нюрнберга бы не было. 

Но «вождь народов» возразил: тогда весь мир скажет, что Сталин и Черчилль просто убили своих политических соперников. Что они такие же преступники — просто победившие. Только суд, сказал Сталин. Черчиллю пришлось согласиться. Но лишь в том, что касалось публичного процесса. 

В отношении немецкого народа у союзников были свои, вполне эсэсовские по духу планы. В частности, так называемый «план Моргентау» 1944 года (получивший свое название от фамилии предложившего его министра финансов США). Он предусматривал раздел Германии на несколько квазигосударств, уничтожение тяжелой промышленности и переориентацию населения на сельское хозяйство. Немцев, по замыслу министра, должно стать значительно меньше, а посему дневной рацион немецкого рабочего в 2000 килокалорий слишком велик. Его поддержал и «добрый» дядя Рузвельт: «Нам следует быть жесткими с Германией; я имею в виду немецкий народ, а не только нацистов. Нужно либо кастрировать немцев, либо обращаться с ними так, чтобы они не могли воспроизводить потомство, которое захочет вести себя так, как они вели себя в прошлом». 

Наша агентура доложила об этих не менее чудовищных, чем нацистские, планах в Москву. Сталин приказал через нейтральные страны организовать утечку этих сведений в Германию. Немцы их обнародовали. Геббельс заявил о «еврейском убийственном плане... превратить Германию в одно огромное картофельное поле». Поднялся невероятный скандал. Не надо забывать, что в США была достаточно велика и влиятельна немецкая диаспора, костяк которой составляли бежавшие от нацистов интеллигенты и предприниматели. Так Сталин спас Германию от массового послевоенного террора.

Нюрнберг мог не состояться и по другой причине. Предвидя неминуемый разгром и зная отношение к себе со стороны воюющих против них союзников, гитлеровцы стремились вбить клин в отношения между участниками коалиции. В январе 1945 года по личному приказу фюрера союзникам были подкинуты сфабрикованные документы, из которых следовало, что вместе с советскими войсками на территорию Германии «вступает 200-тысячная германская армия, сформированная в СССР из коммунистов и бывших военнопленных, полностью проникнутая идеями коммунизма». Расчет сработал. По свидетельству Чарльза Морана, личного врача Черчилля, тот «больше не говорит о Гитлере, он толкует об опасности коммунизма. Он представляет себе картину, как Красная армия, подобно раковой опухоли, распространяется из одной страны в другую. У него это стало навязчивой идеей, и, по-видимому, он не может думать ни о чем другом». И снова Сталину удалось убедить союзников в том, что Советская армия — это не красная орда Троцкого, несущая на своих штыках мировую революцию. Это армия цивилизованной страны, освобождающая Европу от коричневой чумы. А главные идеологи фашизма и военные преступники должны быть преданы публичному суду. Причем вина каждого должна быть доказана. В итоге к смертной казни через повешение приговорили лишь 11 человек. Ганс Фриче, Франц фон Папен и Ялмар Шахт были оправданы. Остальные получили тюремное заключение, некоторые — пожизненные сроки.

Сегодня ситуация повторяется в каком-то диком преломлении — уже в отношении нашей страны. Запад во главе с США, считая себя безоговорочным победителем в «холодной войне», придумывает всевозможные санкции, дабы покарать российский народ. Чего стоит нелепая попытка учредить некий трибунал при ООН по сбитому над Донбассом «Боингу». Или недавний скандал с нашими легкоатлетами, которых пытаются осудить при помощи Международной ассоциации легкоатлетических федераций всех скопом. Не разбираясь, кто прав, кто виноват. Просто за то, что они русские.


Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть