Найк Борзов: «Пиратские диски не подписываю»

11.12.2014

Денис БОЧАРОВ

После многолетнего затишья один из наиболее самобытных представителей отечественного рок-андерграунда, автор знаменитых шлягеров «Лошадка» и «Три слова» Найк Борзов возвращается на большую сцену. 12 декабря в столичном зале «Red Stars Club» и 13-го — в питерском клубе «Море» состоится презентация сборника лучших вещей музыканта — «Избранное».    

культура: Громко заявив о себе в конце 90-х — начале нулевых, Вы ушли в тень...
Борзов: Ну, многие пропадают и на более длительный срок. Ничего особенного в этом нет. Не последнюю роль сыграли жесткие контрактные обстоятельства: «по щучьему велению» «Снегирей» («Снегири-музыка» — основанный в 1998 году российский независимый лейбл звукозаписи, который, в частности, работал с Борзовым. — «Культура»), я был вынужден заниматься всем, чем угодно, кроме записи собственных песен. В свое время сделал для них две пластинки — «Супермен» и «Заноза», а они хотели большего. Однако я решил поставить крест на нашем сотрудничестве, поскольку понял: меня тянут назад и не дают развиваться. 

Но, как говорится, что ни делается — все к лучшему. Зато было время подумать, сосредоточиться на каких-то других моментах: начал играть в театре, устраивать всякие психоделические проекты, и все в этом духе. Ну, и самое главное: дочка у меня родилась. 

культура: Обычно, когда мы оперируем словом «камбэк», подразумеваем, что артист возвращается с новой программой. Вы же решили выпустить сборник хитов.
Борзов: Вообще-то, в начале этого года у меня вышел альбом «Везде и нигде», многие песни из которого попали в программу последнего сборника. Так что сочинять я никогда не переставал. 

В выборе лучших вещей для компиляции приняли участие фэны: на моем сайте любой желающий мог проголосовать за любимые композиции. И это, думаю, справедливо: альбом потому и называется «Избранное», чтобы каждый мог выбрать именно те песни, которые будет потом покупать — через iTunes, на CD или виниле. Он, кстати, должен выйти в следующем году. С выбором поклонников я, в общем, согласен. Другое дело, что в подборку вошли далеко не все песни, надеюсь, через годик-полтора свет увидит «Избранное-2». 

культура: Планируете ли в поддержку сборника предпринять тур по России? Или же ограничитесь московским и питерским выступлениями?
Борзов: Ограничимся. Однако надеемся продолжить турне «Везде и нигде», которое прервали осенью. В начале следующего года должна выйти песня, написанная мною в соавторстве с молодым рэпером по имени L’One. И после реализации этого проекта продолжу гастроли уже в обновленном виде — они как бы «смешаются» с программой «Избранное». Но упор все равно сделаем на новые композиции. 

культура: Группа «Инфекция», с которой когда-то начинали, имеет к Вам сегодня какое-то отношение? 
Борзов: Нет. В 2009 году история коллектива закончилась. Но, знаете, как любая инфекция в этом мире, данная — не исключение: то пропадет, то вновь появится. Кто знает, может, на тридцатилетие, до которого, кстати, два года осталось, соберемся, глядишь, что-нибудь даже запишем. 

культура: Почему, после выпуска в 2000 году альбома «Супермен», прорвавшись на все профильные радиостанции с песней «Три слова» и став, по сути, мейнстримовым исполнителем, Вы не стали цепляться за успех?
Борзов: Все складывается так, как должно. Видимо, космосу угодно, чтобы я находился в стороне от всей этой шоу-биз-мешанины и продолжал развиваться в своем направлении (смеется). Стараюсь не стоять на месте, не размениваться на компромиссы и не идти на поводу у тех, чьим мнением не дорожу. Хотя не скрою, быть самим собой в ситуации, когда все вокруг заняты зарабатыванием бабок, непросто. У нас часто в отношении талантливых и небезынтересных людей такой подход: до смерти тебя не замечают, а после — продают за огромные деньги. 

культура: Почему отечественная рок-культура перестала быть тем, чем была когда-то, — то есть более не отражает чувства и умонастроения социума?
Борзов: Чем она была и что кому-то должна — мне, по большому счету, наплевать. Но сейчас люди сторонятся сложностей — им бы удариться головой об стену и пойти танцевать. И чем проще, тем лучше: примитивный ритм, таблеточка «экстази» под язык, и — вперед. Не надо ни о чем думать: все хотят жить здесь и сейчас, а не в следующей жизни. Те, кто предпочитает не думать, а тупо выполнять заданный объем работ, не задают лишних вопросов. Отсюда бескультурье, весь спектр интересов сводится к пиву и телевизору. 

В советское время не было такого «трэшняка». Вся эта ерунда начала появляться в конце 80-х, когда стали разваливать Союз, внедрять чуждые нашему обществу сексуальные революции, безумные алкогольные газировки и прочую фигню. А вы говорите «рок-н-ролл»...    

культура: Который таки мертв?
Борзов: Ну почему, есть интересные команды. Просто у них нет выхода на широкую аудиторию. Сейчас популярен рэп — потому что у него есть свой телеканал, «A-One». И шансон — ибо он просто повсюду. До отвращения. Изменить подобную нелицеприятную ситуацию можно, только начав с себя. 

Надо говорить то, что думаешь, и поступать, как считаешь правильным. Но это не всем по плечу. Было время, меня звали на различные телепередачи. Но перестал на них ходить, после того как заметил: многое из того, что говорил — а я как раз всегда стараюсь говорить именно то, что думаю, — банально вырезали. А сидеть и соглашаться со всем, о чем идет разговор в телестудии, простите, не могу.   

культура: Вам вообще нравится быть несогласным. Что особенного в том, чтобы не совпадать со вкусами большинства?
Борзов: То, что делаю, прежде всего, совпадает с моими вкусами и соответствует моему восприятию. Но я рассуждаю так: если это по душе мне, то найдется как минимум тысяча человек, которым это тоже придется по вкусу. И достаточно — за количеством не гонюсь. Качество и удовольствие от самого процесса — куда важнее.

Если в процесс втягиваются люди, они по определению избранные. Для сотворения твоей личной истории массы не нужны — ее пишут единицы. Которые должны быть с тобой на одной волне. Я вообще считаю, что материи как таковой нет. Мы состоим из вибраций, а они, по сути, музыку и создают. Поэтому, смею надеяться, те, кто приходит на концерты, улавливают мои вибрации, а значит — чувствуют музыку. Приятно, что в наше время безвкусицы песни Найка Борзова не входят в хит-парады. Нравится стоять в стороне. 

культура: Но песню про «просто Вову», который знает «три матерных слова», неформальной и неформатной не назовешь... 
Борзов: Тогда, в начале 2000-х, все вообще было по-другому. Року сопутствовал нехилый промоушн — песни в этом жанре занимали первые места во всех хит-парадах, даже не в роковых. Но дело в том, что рок — музыка, которая поднимает интеллект. А это, повторюсь, невыгодно. Вот и запустили «Фабрику звезд», которая свела все на нет. В результате появилось море дешевых безголосых звезд, колесящих по стране и собирающих стадионы. Вся эта история надолго отбросила людей в каменный век. 

Что же до песни «про Вову»... Знаете, я стал хорошо понимать людей, которые ненавидят вещи, доносящиеся из всех ларьков — «Три слова» тогда звучали буквально повсюду. Возможно, это еще одна причина, по которой я в свое время несколько отдалился от дел. 

культура: А Вы, когда сочиняли, предвидели, что ей будет сопутствовать такой оглушительный, во всех смыслах, успех?
Борзов: Ничего подобного. Я ее вообще не хотел ни в какой альбом включать — уговаривали на протяжении двух недель и уломали. Сочинил и записал ее за одну ночь. Для меня эта песня до сих пор остается самой нелепой. Никогда к ней серьезно не относился, но если людям нравится — почему бы нет? Постоянно исполняю на концертах.            

культура: Как бы Вы описали свою публику? Какие люди составляют костяк «целевой аудитории» на концертах? 
Борзов: Да самые разные — и в костюмах, и в кедах. Детишки рот разевают, бабушки порой «прутся». А в целом — от студентов до видавших виды милиционеров. Последние меня, кстати, порой останавливают, а потом отпускают — узнают. Иногда не скрывают: мол, самим-то им «по барабану», но для жены автограф берут. 

Однако, если вдруг кто-нибудь подходит со словами: «Классно, чувак, обалденный альбом записал, я его себе закачал», в автографе отказываю: пиратские диски не подписываю. Слава Богу, сейчас появляются некоторые механизмы, направленные на борьбу с пиратами. Недавно мы, проехав с туром по 24 городам, по итогам перечислений от концертного отдела Российского авторского общества, реально ощутили на себе позитивные сдвиги в этом направлении.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть