Сергей Чиграков: «Я — виниловый человек»

09.02.2016

Денис БОЧАРОВ

Основателю одной из самых любопытных групп 90-х «Чиж & Со» на днях исполнилось 55. Знаменательную дату Сергей Чиграков отметит концертами в столичном «Известия Холле» и питерском клубе «Космонавт» (13 и 21 февраля). А перед этим автор любимых народом хитов «Вечная молодость», «Она не вышла замуж», «Перекресток», «Дополнительный 38-й», «Полонез» ответил на вопросы «Культуры».

культура: Что собой будут представлять юбилейные концерты? Выдадите обойму «нетленных хитов», представите некий отчетный сет, состоящий из the greatest hits, или, может быть, кто-то из друзей, известных артистов придет поздравить?   
Чиграков: Если сюрпризы и будут, то явятся таковыми не только для зрителей, но и для меня самого. На то они и сюрпризы. Надеюсь, special guests почтят нас вниманием. Но кто именно — честное слово, не знаю. Да и сама программа пока окончательно не утверждена, до сих пор находимся в процессе. Что ж, тем интереснее. 

культура: 55 — внушительное число для артиста, или рок-н-ролл возраста не признает?
Чиграков: За весь рок-н-ролл отвечать не рискну: можно ведь вспомнить Бадди Холли, не дожившего до двадцати трех, а можно привести в пример Чака Берри, которому в этом году, даст Бог, исполнится девяносто. Что касается меня, стараюсь на цифры внимания не обращать, особенно после того, как стукнул полтинник. Поначалу недоумевал: мол, как это так, мне — пятьдесят?! Потом перестал рефлектировать, плюнул и в итоге привык и смирился. А куда деваться? 

Да и потом, классическая рок-музыка — явление уже немолодое. Это только поначалу считалось, что рок — удел юнцов. А потом эти юнцы выросли и стали обладателями профессии, которая в известном смысле мало чем сегодня отличается от занятий электрика или сталевара.     

культура: То есть для Вас рок-н-ролл — норма жизни?
Чиграков: Берите круче: это сама жизнь и есть. 

культура: Что произошло с группой «Чиж и Co» в начале ХХI века? В 90-х вы были на слуху и на виду у всех, затем — тишина. По крайней мере новые пластинки стали выходить гораздо реже.
Чиграков: Никакой мистики здесь нет, просто перестали сочиняться песни. То есть они, конечно, создавались, но для выпуска альбома их было недостаточно. Пару лет назад мы попробовали записать что-то новое, однако окончательный вариант меня не устроил, и все это благополучно отправилось «в стол». 

Не верьте артистам, которые заявляют, что не выпускают новый материал, поскольку это бессмысленно, невыгодно или им просто лень. Не прет так не прет — пусть честно признаются. С другой стороны, есть знаменитое высказывание Константина Никольского о том, что новые песни пишут те, у кого старые плохие: я себя часто этим успокаиваю (смеется). Хотя, конечно же, отдаю отчет в том, что долго так продолжаться не может — рано или поздно все равно надо снова браться за перо. 

культура: И когда же новый альбом увидит свет?
Чиграков: В этом отношении я немного суеверен: будет — так будет, а нет — значит, на то воля Всевышнего. И, кстати, если новому альбому «Чижа & Со» суждено когда-либо состояться, то он выйдет на грампластинке. Я — виниловый человек. Пробовал собирать коллекцию CD, но вскоре обнаружил, что все равно возвращаюсь к старому доброму LP.   

Фото: Андрей Федечко

культура: В одной из Ваших композиций выведена практически идеальная для каждого записывающегося артиста формула:

А не спеть ли мне песню о любви?
А не выдумать ли новый жанр?
Попопсовей мотив и стихи,
И всю жизнь получать гонорар...   

Насколько актуален такой сценарий для музыканта? Реально ли действительно записать один хит и потом всю оставшуюся жизнь снимать с него сливки? Или без пресловутого гастрольного чеса никуда? 
Чиграков: Я, честно говоря, немного не в теме. Под чесом ведь понимается ситуация, когда артист дает по пять концертов в день. А кто у нас может себе это позволить? Да и многим ли оно надо? По полтора-два часа играть вживую — тяжелый изнурительный труд... 

Кстати, для меня, как постоянно играющего артиста, важен не столько даже контакт с аудиторией, сколько взаимопонимание с коллегами-музыкантами. Конечно, очень благодарен публике, многим ей обязан, но все же творческие вечера, подразумевающие непосредственное общение, ответ на записки и все в таком духе, — это не совсем моя территория. Предпочитаю музицировать с близкими мне по духу людьми.   

культура: Насколько, по Вашим наблюдениям, изменилась аудитория «Чижа & Со» за без малого четверть века? 
Чиграков: Всегда очень приятно видеть в зале людей, которые следили за мной с начала 90-х, то есть с того момента, как я приехал в Питер и записал первую пластинку. Они взрослеют, женятся (или выходят замуж), заводят детей, — и все это время я незримо присутствую в их жизни. Многих поклонников знаю в лицо, на концертах переглядываюсь с ними, киваю, подмигиваю. Это очень трогательно, ведь ко многим успел привыкнуть. 

Но есть и более молодая публика, для которой, надеюсь, мои «лирические коды» (назовем их так) про «шесть альбомов Г.О. и пять альбомов Б.Г.» не являются пустым звуком. Правда, мне куда важнее, чтобы люди обращали внимание на музыкальную составляющую, а не на текстовую.  

культура: То есть стереотип насчет того, что русский рок — это слова, нанизанные на некую музыкальную основу, к Сергею Чигракову неприменим? 
Чиграков: Я действительно прежде всего музыкант. Поэт, признаюсь честно, из меня неважнецкий. Но, поскольку родился в России и знаю о колоссальном литературном наследии, оставленном предшественниками, должен следить за тем, чтобы тексты были как минимум на уровне. Однако мелодически-гармоническая ткань для меня в любом случае первостепенна. И если суждено оставить хоть какой-то след в истории, надеюсь, он будет связан с моей музыкальной деятельностью. Пусть меня запомнят не по сборникам стихов и даже не по фонограммам, а по живым выступлениям. 

Фото: Андрей Федечко

культура: Когда Вы впервые осознали, что число поклонников заметно превысило круг дружеского общения? Порой ведь слышишь такие истории: мол, иду по городу, и из каждого окна звучит моя песня. У Сергея Чигракова была похожая ситуация?
Чиграков: Нет, такого определенного момента не припоминаю, все происходило постепенно и поступательно. Сначала в Дзержинске, когда играл в первой своей группе, стал уважаемым в определенных кругах человеком. В Нижнем Новгороде и Харькове тоже было нечто подобное: где-то крутились мои песни, начали узнавать на улицах. Затем «Вечная молодость» зазвучала на питерских и московских рок-радиостанциях... Но вот такого эпизода, чтобы, проснувшись поутру, хлопнул себя по лбу и радостно воскликнул: «Э, да я же знаменитость!», в моей жизни не было. 

культура: Как Вам кажется, является ли рок-музыка состоявшимся, полностью выразившим себя, а в чем-то даже архаичным направлением, или же она, напротив, с течением времени, подобно хорошему вину, вызревает и наполняется вкусом и ароматом?     
Чиграков: Вечная молодость и рок-н-ролл — понятия, на мой взгляд, замечательно уживающиеся друг с другом. Высказанный Борисом Гребенщиковым постулат «Рок-н-ролл мертв» — не более, чем красивая лирическая поза. Да и не ему эта фраза принадлежит, если быть до конца объективным (смеется). 

культура: Вы намекаете на Джима Моррисона и его «Rock is Dead»?
Чиграков: Именно. Что же касается рока как такового... Да Бог бы с ними, с понятиями и терминами. Есть просто музыка, которая нравится, например, нам с вами, но это абсолютно не значит, что она придется по душе кому-то еще. А как ее обозвать — дело десятое. Главное предназначение музыки, как, наверное, и любой другой формы искусства, — нести добро. Вот я сегодня утром послушал скрипичный концерт Алексея Львова, композитора, с чьим творчеством доселе не был знаком, — и обалдел. А вы говорите «рок-н-ролл»...

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть