Что ж ты бросил коня?

17.05.2017

Иван РЫБИН, Воронежская область

В Воронежской области на продажу выставлено историческое здание одного из старейших в России конезаводов, последние оставшиеся рысаки тоже вскоре уйдут с молотка. Некогда многолюдное село Хлебное практически опустело, остались лишь старики. А в старинных конюшнях, построенных с любовью и тщанием, разводят баранов.

Н. Сверчков. Граф Алексей Орлов-Чесменский едет на жеребце Барс I

Орловские рысаки — без преувеличения, национальное достояние. В прошлом году породе исполнилось 240 лет, вот только ее родина — вовсе не одноименная губерния. Знаменитое имя дано в честь графа Алексея Орлова, который, при всех его многочисленных пороках, был хорошим организатором и просто умным человеком. Именно он принял решение выводить новый вид лошадей и не пожалел на это сил и средств.

Купечество принимает эстафету

У графа все получилось — родоначальник породы Барс сочетал в себе лучшие качества арабских скакунов, фризов, датских и ряда иных европейских жеребцов. Красивые и по-русски выносливые кони сразу же стали популярны, вскоре появились желающие заняться модным и прибыльным ремеслом. В их числе были и сыновья городского головы Воронежа, Яков и Василий Тулиновы. Первый славился практической сметкой — долгое время провел на госслужбе, а второй с детства увлекался лошадьми — майор-кавалерист, ветеран войны 1812 года, участник битвы при Бородино, кавалер многочисленных орденов и прочее, и прочее. В 1806-м братья сложили свои капиталы, приобрели у графа Орлова племенных коней, и дело пошло.

Строились с купеческим размахом и светским изяществом: к тому времени Тулиновым уже пожаловали дворянство. Кстати, не такой уж частый случай для начала XIX века, тогда пробиться в «благородные» могли только упорные, сообразительные и оборотистые люди. Размер состояния не играл определяющей роли, иной купчина-миллионщик всю жизнь без толку писал челобитные.

Фото: muph.livejournal.com

...Я двигаюсь по бесконечному проходу конюшни, кое-где в стойлах еще можно застать четвероногих обитателей. Через каждые сто метров — красивая башенка, никакого функционала она не несет: так, декор. Но очень основательный и изящный.

«Здесь почти ничего не изменилось с дореволюционных времен, лишь внутри периодически немного подправляли. Стойла новые, что-то по мелочи. Вот, смотрите, перекрытие в манеже — оно то самое, старинное. Полностью деревянная конструкция, а стоит уже третью сотню лет, ее никто и никогда не чинил», — рассказывает и показывает мой провожатый, бывший работник местного совхоза, а ныне — сварщик-строитель Сергей Евгеньев.

Манеж действительно впечатляет. Ни одной опоры, где-то 40 на 50 метров — умели тогда строить. Метровой толщины стены, широкие проходы, изящное оформление. Точнее, его остатки. Некогда помещение украшали многочисленные скульптуры и рельефы, сейчас сохранились всего две конские головки, да и те требуют серьезной реставрации.

От Тулиновых имение по наследству перешло к родственникам — семье фон дер Ропп, генерал от кавалерии Николай Васильевич получил конезавод в качестве приданого жены. Давным-давно обрусевший немец наладил изрядно пришедшее в упадок хозяйство: как это часто случается, во время смены собственников дела шли абы как. Боевой офицер, участник русско-турецкой войны прекрасно понимал оборонное значение своего актива и всячески его развивал. На пользу себе и России. В Хлебном о нем сохранились самые теплые воспоминания, деревенские до сих пор любят цитировать своих дедов-бабок: «при немце жили хорошо, и был порядок».

Николай фон дер Ропп

Бравый генерал так и умер на «хозяйственном посту», Николай фон дер Ропп скончался в 1916-м. На смену заступила супруга, а вскоре грянула революция. Впрочем, в Хлебном она прошла как-то мирно, практически незаметно. Барыня спокойно убыла до города Парижа, а молодая советская власть тут же принялась вкладывать средства в стратегически важное предприятие. Конезаводу присвоили номер одиннадцать и дали название «Культура». Почему так? Никто точно не знает. Одна из версий — потому что фон дер Ропп оставил Советам в высшей степени культурное наследство, Ordnung, однако.

Конкуренция по-советски

В годы Великой Отечественной благородным животным пришлось потесниться — в здании конюшен работал госпиталь. Бои шли совсем рядом, до Воронежа отсюда рукой подать, а за город бились, не щадя живота своего. «Наш Сталинград» — так называют его жители областного центра, где после освобождения почти не осталось целых домов. Даже на той части, куда вермахт не пустили.

Место падения немецкого самолета — он рухнул на бывшие земли конезавода, — обязательный объект «экскурсии» для приезжих. Сами обломки увезли на переплавку еще в войну, а остальное растащили «черные копатели», теперь есть просто полянка — «та самая». Кто именно «уронил» аэроплан и что это была за модель — версии расходятся. Но одно в селе помнят хорошо — на Хлебное снаряды не падали.

«Регулярно прилетали самолеты и высыпали листовки с таким текстом: «Отдайте нашу землю, и мы вас не будем бомбить». Видать, в Германии нашлись какие-то родственники фон дер Роппа с солидными связями в армии, вот они и захотели наложить лапу на конезавод. Люди читали эти бумажки и смеялись. Понятно, ничего у фашистов не вышло, а вот наш немец был русским генералом, патриотом», — рассказывает зоотехник Евгений.

Использование орловских рысаков в советских колхозах

В Хлебном при советской власти организовали колхоз, который впоследствии, уже после войны, стал совхозом. Здесь разводили не только орловских, но и русских рысистых скакунов. Подчинение у хозяйствующих субъектов было разное: «Культура» являлась филиалом столичного конного «холдинга», а сельхозпредприятие имело местную «прописку». Отношения у соседствующих структур сложились интересные — открыто не конфликтовали, но «вооруженный нейтралитет» блюли.

«Я в совхозе работал, получали мы неплохо — по 300–400 рублей. Но на конезаводе платили больше, плюс им Москва постоянно что-то подкидывала — машины, другой дефицит. В общем, переманивали они лучшие кадры. Наш директор в долгу не оставался, дома строил, социалку развивал. Вон, пруды вырыл и зарыбил, до сих пор туда с удочками ходим. Бесплатно все было — для народа. Так и жили, весело и в достатке. Уверенность в завтрашнем дне имелась, перспективы. Молодежь уезжала учиться и возвращалась в родное село, тут рабочие руки и умные головы постоянно требовались», — вспоминает Сергей Евгеньев.

О былом благополучии свидетельствует многое. Повсюду руины хозобъектов, да и жилой фонд, несмотря на четверть века безвременья, еще держится — крепко в СССР строили. Сельский клуб, что удивительно, функционирует, его поддерживают энтузиасты. Но в целом царит ощущение полной безысходности и отсутствия будущего. Причем беды в Хлебном начались не так уж и давно.

Непрофильный актив

«В 2004 году конный завод перешел в собственность инвестора ЗАО «Агропромышленная группа Черноземье». В 2006-м данный собственник вывел конную часть как непрофильный актив под другого частного инвестора, появилось предприятие конной части ООО «Культура», которое в 2015-м преобразовалось в ООО «УК Атекс Плюс»», — объяснили нашему изданию в департаменте аграрной политики Воронежской области.

Действительно, именно в середине нулевых и пошел развал. До этого пережившее перестройку госпредприятие работало, хотя, конечно, не без проблем. Но как-то выживали — за границу отправлялись породистые рысаки, а на вырученную валюту покупали технику, корма, платили зарплаты. Не ахти какие, однако жить было можно.

«Конезавод приватизировали и продали, а окрестные территории, на которых основывалась его кормовая база, достались другому человеку. Работы не стало, ведь новым хозяевам лошади были по барабану. Ни копейки не давали, только брали. Тогда все отсюда и разбежались», — сетует уроженец соседней деревни Рождественская Хава, бывший механизатор совхоза Николай Сергеевич.

Фото: muph.livejournal.com

«Одиннадцатый» покатился по наклонной, без денег все стало разваливаться. Ипподром давно зарос и не действует, в кормовом цехе упал потолок, часть конюшен тоже смертельно опасны для посещения, а трактора, еще «Made in USSR», дышат на ладан. Даже памятник скакуну-призеру, который стоял недалеко от комплекса, куда-то таинственным образом испарился. Поговаривают, что красивую скульптуру утащил себе на виллу кто-то из «инвесторов». Причем уволокли ночью, чтобы народ не возмущался: утром люди проснулись, а изваяние «убежало»...

Сегодня тут работают всего пятеро, а некогда в штате насчитывалось до сотни человек. Рысаков было свыше 400 голов, сейчас же — менее десятка.

«На днях выставляем на торги пять лошадей, их продают как бы за долги. В общем, вскоре здесь никого и ничего не останется. Но я не полномочен об этом говорить, передал ваш телефон нашему директору, он, если посчитает нужным, с вами свяжется», — объяснил главный зоотехник ООО «УК Атекс Плюс» Александр Панков.

Директор не посчитал нужным, собственно, на это и не было надежды. Ведь в обозримой перспективе конезавод №11 прекратит существование. Здание (между прочим, объект культурного наследия федерального уровня) и прилегающие к нему угодья также выставлены на реализацию, а пока не нашелся новый владелец, помещения сдают. Узбекские мигранты (как утверждают сельчане — нелегальные) выращивают в историческом строении баранов и продают мясо на рынке в Воронеже. 

Бесславный финал

Знают ли об этом в Воронежской областной администрации? Похоже, нет.

«По имеющейся информации, в настоящее время на конезаводе содержатся 10 конематок, один арендованный жеребец-производитель и 14 голов молодняка разных возрастов», — докладывает местный департамент аграрной политики.

ООО «УК Атекс Плюс»

На самом деле из 29 голов, что тут находятся на постое, менее десятка именно заводские. Те самые, которых скоро продадут. Остальные просто постояльцы — люди содержат своих коней. Кстати, месяц проживания лошади в бывшей «Культуре» обойдется в восемь тысяч рублей, включая корма и ежедневный выгул. При этом зоотехники получают по десять тысяч. В лучшем случае...

«В моем классе был всего десяток человек, ныне на селе остался лишь я. И только потому, что люблю животных. Кто-то уехал в город работать, один в армию по контракту завербовался, а большинство спились — работы нет, перспектив никаких. Эх, а когда-то в здешней школе училось по два класса каждого возраста, народу много жило у нас...» — грустит молодой зоотехник Евгений.

Стоит отметить, что успех Тулиновых и фон дер Роппа складывался не без господдержки. Из столицы регулярно приезжали чиновники и представители «элиты», конезаводу помогали и словом, и делом, и казенным заказом. На времена СССР вообще грех жаловаться: денег на Хлебное не жалели. А сегодня отрасль влачит нищенское существование.

Серьезных субсидий нет и не предвидится. В бюджете области прописана строка расходов «на содержание племенного маточного поголовья лошадей». Но восемь миллионов рублей в год — это даже не смешно. В особенности учитывая, что в регионе есть еще и Хреновский конезавод, где, собственно, орловских рысаков и вывели. К слову, там тоже проблем хватает — в стойлах менее 200 животных, их поголовье неуклонно снижается. Для контраста: во времена СССР было более полутора тысяч лошадок. Однако для нынешнего хозяина всемирно известный бренд — «непрофильный актив», и отношение к нему соответствующее. Всех арабских скакунов уже пустили с молотка, теперь потихоньку распродают рысаков.

Между тем за границей картина совершенно иная. Скажем, во Франции конезаводчики ежегодно получают дотации в размере до миллиарда евро, эти деньги государство собирает в виде налогов и прочих акцизов на бегах и аналогичных состязаниях. Более того, министерство сельского хозяйства Пятой республики учредило множество призов, очень, надо сказать, существенных. На соревнованиях конь может принести своему владельцу куш в несколько миллионов евро. А Франции — славу. У нас об этом слове, похоже, забыли.

Рысак Жест

...Одесса, 1953-й. Русский рысак Жест пробегает 1600 метров меньше чем за две минуты — СССР врывается в международную элиту. А дистанцию 3200 метров наш выносливый конь пролетел за 4 минуты 10 секунд, это уже была заявка на мировое лидерство. К сожалению, в последующие полтора десятилетия темп утеряли — Никита Хрущев начал уничтожать лошадей, своим спасением они обязаны Семену Буденному. Зато после того как к власти пришел Леонид Брежнев, воронежские заводы опять стали развиваться, и пошли новые рекорды, хотя до показателей сталинского времени было далеко. Тем не менее иностранцы охотно покупали тех же «культурных» орловских, отдавая тысячи долларов за голову.

В том числе и потому, что наши кони удивительно красивые. Граф Орлов знал толк в лошадях, и эстетика при селекции играла важную роль. Вот они, последние чистокровные благородные рысаки — носятся по выгородкам возле полуразрушенных раритетных конюшен. Молодняк шалит, катается по земле, бьет копытами в воздухе и всячески радуется жизни. Да, пока — можно. Но скоро этой красоты здесь не станет. Всех погрузят в машины и куда-то вывезут. И дай Бог, чтобы не на мясокомбинат...

Мы их теряем — это факт. В 1991-м в Воронежской области насчитывалось более 40 тысяч лошадей, из них не меньше половины — породистых. Теперь даже по сильно оптимистичным официальным данным — 5,3 тысячи, информация о чистоте кровей отсутствует. Катастрофа длится десять лет: еще в 2008-м в регионе было около 13 тысяч лошадей. По мнению ряда специалистов, если дело и дальше пойдет такими же темпами, породы «орловская рысистая» и «русская рысистая» могут совсем исчезнуть. На радость тем же французам, которые вовсю рекламируют своих скакунов.

Вряд ли Воронежская область потянет спасение орловских рысаков в одиночку. Но и помощи пока ждать неоткуда: инвесторам вся эта морока даром не нужна. Уповать остается лишь на вмешательство из Москвы.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий

Комментарии (1)

  • alt

    Алексей Колосов 19.05.2017 21:36:15

    Известно ли автору этого материала, в котором много путаницы и неточностей, о существовании Хреновского конного завода в Бобровском районе Воронежской области? А то ведь у несведущих может сложиться впечатление, что орловский рысак только на одиннадцатом заводе и производился... Проблема очевидная, спору нет, но нельзя же так "небрежно" относится к истории и настоящему орловского рысака!
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть