Кино и ненцы

26.06.2014

Анна ЧУЖКОВА

В конкурсную программу 36-го Московского международного кинофестиваля вошел «Белый ягель» Владимира ТУМАЕВА. Фильм с привкусом оленины повествует о нелегкой жизни кочевых ненцев.

Мать (Должин Тангатова) привозит молодому Алешке (Евгений Сангаджиев) невесту (Галина Тихонова) с соседнего стойбища. Сыграли свадьбу. Но парень не хочет и смотреть на молодую жену — ждет, когда вернется с «большой земли» его возлюбленная, подруга детства Анико (Ирина Михайлова)... О том, почему снять эту картину было творческим подвигом и как кинематографистов встречал Ямал, «Культуре» рассказал режиссер.

культура: Как решились взяться за такой сложный материал?
Тумаев: Сценарий мне показал один из продюсеров картины — Владимир Меньшов. Сразу понял — это мое. Давно мечтал снять что-то на национальную тематику. В оригинальной повести Анны Неркаги было несколько линий. Пришлось отказаться от многого, чтобы локализовать событийный ряд. Ведь объять необъятное невозможно. А Север — действительно необъятный. 

культура: Долго снимали?
Тумаев: Проект длился два года, а сами съемки в сумме составили около двух месяцев. 

культура: За это время наверняка сблизились с местными. Стали по-другому смотреть на северных людей? Перестали над анекдотами про чукчу смеяться?
Тумаев: Честно говоря, и раньше не смеялся. Народ, который органично может существовать в гармонии с природой, вызывает у меня только уважение. Скажем, ненцы не мстят волку, хотя он убивает их оленей или даже родных людей. Не раз наблюдал, как они ловко справляются с теми сложностями, которые выпадают человеку за полярным кругом. Это восхищает. Хотелось, чтобы мое чувство разделили еще и зрители. С такой целью и ехал на Север — рассказать достоверно про потрясающий край. Большинство людей не ведают о нем. А ведь это — наша страна.

культура: Впервые столкнулись с Заполярьем?
Тумаев: Да. Раньше видел только в кино. Но когда оказываешься там — ощущения волшебные. Передвигались на снегоходах, вездеходах. Едешь по тундре, радость не покидает ни на минуту. Будто пребываешь во сне. Даже если сильно уставали, замерзали, все равно фоном мысль: проживаешь необыкновенные моменты. Хотелось с этого ракурса сделать картину, чтобы праздник не сходил с экрана. Хотя приходилось некоторые сложности преодолевать. Замерзали объективы. Да и люди. Температура выше минус тридцати не поднималась. Но через несколько дней и к этому привыкаешь. Не замечал у съемочной группы уныния. 

«Белый ягель»

культура: Хотелось остаться?
Тумаев: Была бы возможность... Думал сделать флешбэк об истории взаимоотношений главных героев. И снять эту линию летом. Там пейзажи ошеломительные. Ягель обнажается. Но, к сожалению, слишком дорого. 

культура: А какого цвета ягель? 
Тумаев: Белого. В названии нет метафоры. Ягель — основа жизни. Без него не жить оленям, без оленей — человеку. 

«Белый ягель» культура: Действительно там до сих пор ходят в национальных костюмах, женщины носят косы?
Тумаев: Уже редко. И туда цивилизация проникает. Почти у каждого есть мобильник. Но мы решили колорит в фильме оставить. Ведь в традициях многое заложено. Например, если косы связаны внизу, значит, перед вами незамужняя девушка. Хотелось еще и через такие тонкости показать культуру Севера. 

культура: Какие-то традиции, суеверия переняли на подсознательном уровне?
Тумаев: Я вообще не суеверный. Но старался узнать обо всем, что свято для ненцев. Хотя они очень закрытые. Не расскажут, пока не станут доверять. Люди гостеприимные, но есть некоторая грань, за которую сразу не перейти.

культура: Вам удалось? 
Тумаев: Уже под конец работы. В фильме есть сцена, когда отец берет со священной нарты куклу — хозяина рода — и отдает дочери. Мы сняли ее уже под занавес. Потому что когда приезжали на стойбище, ненцы прятали свои святыни. Боялись сглаза. Как увидел впервые хозяина рода — придумал эту сцену. 

 «Белый ягель» культура: Как грелись? 
Тумаев: В отапливаемых кунгах и чумах. Актеры ходили в национальной обуви из оленьих шкур — кисах. Их надо носить на босу ногу. Подружились с хозяевами. В кадре есть и декорации, и настоящие чумы. Местные уходили на время съемок, чтобы не мешать. Или помогали — консультировали. Ведь каждая деталь что-то означает. Не так положишь «бабушку» — куклу-хранительницу — уже непорядок. Женщина не может проходить за очагом с одной стороны чума на другую, потому что там стоит священный шест. 

культура: В последний момент было объявлено, что Ваша лента участвует в конкурсе. Даже программы напечатали без «Белого ягеля». Почему?
Тумаев: Мы сомневались, что успеем завершить фильм к сроку. Объемы очень большие, пришлось сильно напрячься.

культура: В конкурсе участвуют только две отечественные картины: «Белый ягель» и «Да и да» Гай Германики. Как думаете, почему?
Тумаев: Если половина конкурсных фильмов — или около того — будут российскими, международный статус фестиваля потеряется. Две-три наших картины — оптимальное количество.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть