Юрий Бычков: «В древней архитектуре выразились лучшие качества русского народа»

11.06.2014

Ксения ВОРОТЫНЦЕВА

«Золотое кольцо» — раскрученный бренд. Ежегодно сотни тысяч туристов приезжают посмотреть древние Ярославль, Владимир, Переславль-Залесский... Но мало кто знает, что «народный маршрут» придумал в 1967 году Юрий Бычков, тогда журналист «Советской культуры». Впрочем, это лишь один из эпизодов его богатой биографии. «Культура» встретилась с писателем и искусствоведом, недавно выпустившим новую книгу «Золотое кольцо» и Конёво диво».

культура: Как Вы попали в «Советскую культуру»?
Бычков: Приехал в Москву учиться из Лопасни — нынешнего Чехова. Поступил в МАИ. А в газету пришел с улицы. Заглянул в отдел изобразительного искусства, который возглавлял Олег Буткевич. Он сразу же дал задание: «Дейнеку выдвинули на Ленинскую премию, а мы не написали об этом ни строчки. Чтобы завтра же у меня был очерк». Побежал на встречу. Художник мне понравился — энергичный, мужественный, спортивный — как и его герои. Заметку опубликовали. И началась бурная жизнь. Каждый день писал на животрепещущие темы. Однажды вижу — очередь стоит. Оказалось, за зарплатой. Присоединился, а мне говорят: «Вас в списках нет». Расстроился — как же так, пашу, не поднимая головы... Оказалось, Олег Буткевич по рассеянности забыл оформить меня на работу.

«Советская культура». 16 октября 1965 г.культура: Долго трудились в газете?
Бычков: Десять лет — спецкором. Помню, пришло письмо: ярославец сообщал, что в одном из храмов его города, в церкви Иоанна Предтечи, творится безобразие. Из-за халатности реставратора Бориса Гнедовского намокли и разрушаются фрески. Вместе с Сергеем Чеховым, внучатым племянником писателя, быстро собрались и поехали в Ярославль. На рассвете подкатили к церкви Иоанна Предтечи. Сторож перепугался. Я показал красную редакционную корочку, Сергей — удостоверение члена Всероссийского общества охраны памятников. Заходим — на полу слой пигмента в полтора сантиметра: фрески осыпаются. Под впечатлением написал статью «Ярославские неурядицы», на которую пришло множество откликов — от академиков, архитекторов, музейщиков... Текст даже перепечатала «Нью-Йорк таймс». Но я не успокоился: пробился на прием к Вячеславу Кочемасову, заместителю председателя Совета министров РСФСР. Тот при мне вызвал прокурора РСФСР и попросил открыть дело. И действительно — в Ярославле состоялся суд. Процесс шел десять дней. Правда, ограничились условными сроками. Тогда же среди ночи мне позвонил знаменитый реставратор и архитектор Петр Барановский, сказал: «Спасибо».

Петр Барановскийкультура: Половина Вашей новой книги посвящена этому легендарному человеку...
Бычков: Я смотрел на него снизу вверх — как на Эльбрус или Монблан. Спустя неделю после телефонного разговора мы встретились. Сделали большое интервью для газеты. Через три дня был его день рождения, и Барановский пригласил поехать в деревню Болдино, к руинам Свято-Троицкого монастыря, который он реставрировал еще в начале 20-х. Храмы, к сожалению, были взорваны фашистами в 1943 году. Фактически я видел начало болдинской эпопеи Барановского. Сегодня монастырь вновь восстановлен — благодаря его ученику Александру Пономареву.

С Петром Дмитриевичем мы стали соратниками. Я хотел сделать фильм о нем — был утвержден сценарий, съемочная группа приехала в Крутицы, где Барановский дневал и ночевал, а он стал кидаться камнями — мол, не мешайте работать. Уже после его смерти сделал ленту «Крест мой». Петр Дмитриевич — русский уникум. По характеру был похож на протопопа Аввакума. Не любил начальство, и оно отвечало ему взаимностью.

культура: Вы дружили со многими знаменитостями?
Бычков: Да. Работая в «Советской культуре», постигал искусство через его крупнейших представителей. С Михаилом Ульяновым, например, как-то ездили по «Золотому кольцу». Выдвинулись на двух машинах — у меня была «копейка». Ульянов ехал медленно — 60 километров в час. Думаю — вот бережет свою жизнь великий актер! Остановились на заправке. Говорю: «Михаил Александрович, неделю так будем добираться до Владимира!» А он: «Прости. Роль учу — Ричарда III».

культура: Похоже, пора задать этот вопрос: как все-таки было придумано «Золотое кольцо»?
Бычков: Мысль о маршруте пришла мне в голову в 1965 году, когда вместе с коллегой из «Советской культуры» Валерием Ледневым оказались в Суздале. Но проехать по «кольцу» длиной в тысячу километров удалось только в 67-м, когда в ноябре из-за праздников выдалось пять свободных дней. К тому времени уже был очарован памятниками старины — и храмом Покрова на Нерли, и Успенским собором во Владимире, по которому меня водил крупнейший специалист по древнерусской архитектуре Николай Воронин... Вернувшись из поездки, задумал несколько очерков. Написал первый, но название к циклу придумать не мог. А материал горит — уже в номере. Обычно в такой ситуации бродил по Москве. И вот, прогуливаясь, загляделся на купол Ивана Великого. Моросил дождь. И блеск золота из-за влаги казался немного маслянистым. Чудесное зрелище! И я сказал себе: «Золотое». А на Большом Каменном мосту пришло в голову второе слово — «кольцо».

культура: Догадывались, что придумали успешный бренд?
Бычков: Абсолютно нет. Многие считают, что название — народное. В 1968 году Советская власть собиралась вложить серьезные деньги в «Золотое кольцо», но в 69-м случился конфликт на острове Даманский, и все средства ушли туда. Потом жизнь увела в сторону, и я на долгие годы забыл о туристическом маршруте. Правда, к Олимпиаде-80 подготовил путеводитель, который был выпущен на десяти языках. Позднее в Ярославле появился какой-то нахал, который в прессе утверждал, что это он открыл «Золотое кольцо». И я подумал — ну что ж такое, ведь я жив еще!..

культура: Почему ушли из «Советской культуры»?
Бычков: Новый главный редактор, бывший министр кинематографии Алексей Романов, начал навязывать неинтересные темы — пиши, мол, о плохих заборах в Подмосковье. Через неделю я уже заведовал отделом эстетики в издательстве «Молодая гвардия». В 77-м меня попросили возобновить журнал «Юный художник», который не выходил с 1944 года. Собрал команду, выпустил пару пробных номеров. Однако некий чиновник из Минкульта добился, чтобы главным редактором назначили его, а меня — заместителем. Ясное дело — не сработались. Вскоре оказался в музее-заповеднике А.П. Чехова «Мелихово» — по просьбе его директора Юрия Авдеева. Знал его еще со студенчества. Где-то в 1978 году он появился у меня дома и бухнулся в ноги. Позвал заместителем по науке: был очень болен и, видимо, готовил себе смену. Это мое первое вхождение в дела музея. Трудился два с половиной года, с огромным интересом. Потом ушел в издательство «Искусство». А в директорском кресле «Мелихово» оказался в 1994 году. Проработал десять лет. Недавно, прогуливаясь по музейному саду, отмечал сделанное тогда. Ограду, например, металлическую поставил — два с половиной километра. А из нематериального — организовал в 2000 году первый международный театральный фестиваль «Мелиховская весна»...

культура: Вернемся к Вашей новой книге. Она посвящена «Золотому кольцу», но в ней — ни слова о туризме...
Бычков: Была другая задача. Города, составляющие «кольцо», кажутся мне истоком российской государственности. Именно здесь, в северо-восточной Руси, сформировалась наша страна. В потрясающей архитектуре Владимира, который считаю началом начал, или Ярославля выразились лучшие качества русского народа. Наша история проникнута «клеящим веществом» искусства. Без белокаменных величавых соборов, простоявших уже 800 лет, невозможно представить русскую идентичность. Владимиро-Суздальская земля сильно отличается от южного Киевского княжества, где, например, было принято строить кирпичные храмы, обходившиеся дешевле. Мы другие. Прочность русской государственности связана с высоким уровнем искусства — идейного, опирающегося на Православие. Как бы это не потерять и не измельчить... Вот об этом, а не о туристическом маршруте, моя книга.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть