Сергей Шаргунов: «Надеюсь, удастся написать про Сергея Михалкова»

20.07.2017

Дарья ЕФРЕМОВА

VI Международный конкурс имени Сергея Михалкова на лучшее художественное произведение для подростков продолжает принимать работы. Уже сейчас на столах у отборщиков около тридцати произведений, но настоящая «страда» начнется осенью — рукописи будут поступать до 31 октября. Церемония награждения состоится весной 2018-го. Как и всегда, золотых дипломов и денежных премий удостоятся три лучших автора, а еще десять станут серебряными призерами — их книги опубликуют в издательстве «Детская литература». Мы побеседовали с председателем жюри писателем Сергеем Шаргуновым.

культура: Девизом конкурса стала знаменитая фраза Сергея Михалкова «Сегодня — дети, завтра — народ»...
Фото: Антон Луканин/ТАССШаргунов: Очень точная формулировка, а еще, как верно заметил уже Никита Сергеевич, детская литература — иммунитет народа, только вот за последние десятилетия этот иммунитет значительно снизился... Поэтому существование такой премии и тот факт, что писателей, создающих произведения для подрастающего поколения, опекают, имеет колоссальное значение. Детская литература закладывает личностный фундамент, ее содержание и качество определяют национальное самосознание. 

Еще неизвестно, кем бы был Александр Сергеевич Пушкин без сказок Арины Родионовны. И мог бы сполна раскрыться Лев Николаевич Толстой, если б не уделял столько внимания воспитанию детей? Даже у таких сложных авторов, как Набоков и Маяковский, мы обнаруживаем в творчестве нечто детское: один перевел «Алису в Стране чудес», превратив ее в Аню, а другой написал: «У меня растут года...». Вообще, как мне кажется, ни один живой, мыслящий писатель не может работать исключительно для взрослых. Конечно, это не означает, что он должен выдавать определенное количество книг для юношества. Просто у настоящей литературы есть такое свойство: она хорошо воспринимается в любом возрасте.

культура: Обычно говорят, что сегодня для детей никто не пишет, издательствам только и остается, что перевыпускать советских авторов. Так ли это? 
Шаргунов: Хорошие книги есть. Работая в жюри, вижу множество интересных текстов: научно-популярных, исторических, связанных, например, с сюжетами Древней Руси, добрых и поучительных, рассказывающих о профессиях учителя, врача. Авторы пишут во всех жанрах и направлениях. Но они растворяются в потоке. 

Человек, пишущий в наши дни для детей, — подвижник: он отправляет книгу в издательство, словно послание в бутылке. Вынесет ли его на берег, остается только гадать. Почему так происходит? Не хватает яркости, таланта, мастерства? Или все-таки дело в том, что не ведется слаженной работы по продвижению новых детско-юношеских произведений... Да, была великая советская литература с огромным количеством больших писателей и поэтов, многих из них помнят и любят, другие забыты или полузабыты. Но ведь тогда достойные произведения выходили гигантскими тиражами, их экранизировали или превращали в мультфильмы. Все это становилось воздухом, обступавшим юного человека, — Маяковский, Барто, Маршак, Чуковский, Михалков. Малыши считали героев своими друзьями. Подросткам адресовалась другая литература, отвечавшая их мятежному романтическому духу: Каверин с «Двумя капитанами», Катаев с «Сыном полка», Рыбаков с «Кортиком». 

А что теперь? Даже самый талантливый человек, который берется за клавиатуру, лишен мотивации. Одной только премии тут явно недостаточно — она не может дать нужные тиражи, выкладки. У нас фрагментированное культурное пространство, литература существует в условиях феодальной раздробленности. Вот детские писатели и кажутся таким же мифом, как детские журналы. А они есть, просто об этих изданиях мало кто слышал. Выходят «Мурзилка», «Костер», Лев Пирогов выпускает замечательный журнал «Лучик». Но какими тиражами, где их достать? В этом вся проблема. Чтобы современная детская литература превратилась в правильном смысле в массовую, нужно проделать огромную работу по популяризации произведений и их авторов. Это серьезнейшая задача. Необходимо сотрудничество с киностудиями, телеканалами, нужны художники-мультипликаторы, режиссеры, продюсеры... 

У нас ведь есть неплохие современные мультики — «Три богатыря», «Маша и Медведь». Мне кажется, истории, проходящие через наш конкурс, могли бы лечь в основу не менее занимательных лент. Тут нужно думать, что-то предпринимать. Уверен, даже в условиях рыночной экономики есть шанс многое изменить. Просто облагораживать наше общество сегодня, к сожалению, мало кому интересно. Когда у государственных деятелей возникнет идея служения стране, можно будет говорить и об изменении культурной политики. 

культура: Вы упомянули полузабытых советских авторов. Кого, по-Вашему, стоит вернуть? 
Шаргунов: Да многих. С удовольствием читал «Шел по городу волшебник» Юрия Томина и «Президента Каменного острова» Вильяма Козлова. Была и ныне здравствует Софья Прокофьева, автор «Приключений желтого чемоданчика», «Повелителя волшебных ключей». Вот вам живой пример. Пока существовала советская цивилизация, она печаталась огромными тиражами, ее сказка «Лоскутик и облако» стала мультфильмом. Что сейчас пишет Софья Прокофьева, никто не знает. 

культура: Как можно сформулировать каноны качественной детской литературы? 
Шаргунов: Они, в общем-то, едины и для взрослой, и для детской. Важно быть настоящим, живым. Больше всего нам сегодня не хватает, хотя это парадоксальным образом заложено в каждом русском человеке, — восприятия жизни как чуда. Это главное, что может дать детская литература. 

У Михалкова есть стихотворение, которое многое объясняет: «Ты гора моя, / Забура моя, / В тебе сердца нет, / В тебе дверцы нет!» / Это выдумала девочка / Четырех от роду лет. / Это выдумала Катенька, / Повторила, / Спать легла. / Только я сидел до полночи / На кухне у стола. / Только я сидел до полночи / Под шорохи мышей. / Все сидел и все обламывал / Острия карандашей. / А потом я их оттачивал / И обламывал опять, / Ничего не в силах выдумать, / Чтобы лечь спокойно спать...» 

Михалков умел улавливать детскую интонацию. Он, кстати, никогда не умилялся малышам, даже уставал от них, но это и составляло его подлинную, очень юношескую суть: непосредственность, отсутствие деланности. Вообще, его личность заслуживает отдельного исследования. Надеюсь, мне удастся написать о нем. Когда работал над биографией Катаева, наткнулся на историю о том, как на писательских президиумах Сергей Владимирович ярко, наперекор остальным, дважды заступался за книгу «За власть Советов». При этом с Катаевым их связывали довольно сложные отношения. Защитником и даже благодетелем называл его Илья Глазунов. Об этой стороне натуры Михалкова — благородстве, обостренном чувстве справедливости, к сожалению, почти не говорят. Многие до сих пор рассматривают его с подачи определенных медиа в качестве сановной фигуры. Это и понятно: если человек вписывается в квазилиберальный канон, его рисуют подвижником, миротворцем, а если он государственник, не жалеют черных красок. 

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть