От чего устала Караулова?

09.06.2015

Лев ПИРОГОВ, публицист, литературный критик

Что же все-таки произошло с Варварой Карауловой — главной героиней недавних новостных репортажей? Взрослая совершеннолетняя девушка сбежала из дому — такое бывает.

Перед исчезновением она вдруг приняла ислам. Студентка, спортсменка, отличница, дочь состоятельных родителей отказывается от всех положенных ей радостей жизни, чтобы примкнуть к мусульманским повстанцам, ко всем этим ужасным шахидам, гулямам, мамлюкам — головорезам и оборванцам!

«Я хату покинул, пошел воевать, чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать…» — читатель такие сюжеты любит. Пикантная подробность: девушка прекратила играть с любимой собачкой — ведь у мусульман это «нечистое животное». Родина, вера — абстракции, то ли дело кутенок…

Кстати, испанская Гранада на протяжении семи веков была мусульманской, а «крестьяне» — это искаженное «христиане». Задумывался ли Михаил Светлов, что герой его бессмертной «Гренады» участвует не в мировой революции, а в реконкисте — освобождении испанских земель от владычества мусульман?

Нет, конечно. Поэт рассказывал, как появилось стихотворение: шел по улице, увидел вывеску — гостиница «Гренада» — и зацепился. А мировая революция пошла дальше и превратилась в то, во что она теперь превратилась. Вместо классовой борьбы — «война цивилизаций». Так, во всяком случае, утверждают.

Молодости хочется штурма и натиска, а что может предложить ей, например, регламентированный западный мир, провозгласивший «конец истории»? Вот и приходится идти к Магомету — не одна Варя такая, бегство под знамена ислама приобрело в Европе характер эпидемии, да и в США тоже…

Наш с вами мир далеко не западный. Особенно в последние полтора года. У нас можно все. Рвать жилы за кусок хлеба, воевать, страдать за идеалы и грезить великим будущим. На здоровье. Пожалуйста. Что же помешало Варваре Карауловой остаться дома? Что оторвало от веры, от корней, от «крови и почвы»?

А вот тут уж все просто. Не что — а кто. Отец девушки учился и работал в Hult International Business School, город Кембридж, США, штат Массачусетс. Организация сия готовит бизнес-руководителей для развивающихся стран, проще говоря, занимается экспортом демократии. Не нужно чересчур напрягать фантазию, чтобы сообразить, в какой среде Варвара росла. И на какой почве.

В социологии есть понятие маргиналов. Это не обязательно бомжи и пьяницы, как мы обычно думаем. Так называются люди, перемещенные из привычной, традиционной среды в чуждую, требующую адаптации. Маргиналом может быть и человек благополучный. Просто в таком случае мы этого не замечаем. Не видим, что человек покалечен и искривлен. Не считаем его маргиналом.

Если человека не научили любить свою родину, он полюбит чужую. И опять-таки: если бы в качестве чужой родины Варвара полюбила Америку, мы бы не придали этому большого значения. Просто сочли бы ее очередным «приверженцем западных ценностей», или как там это сейчас называется. И не стали бы газеты трубить тревогу, если бы она сбежала от отца не в Турцию и Сирию, а в Америку. Подумаешь, эка невидаль. Рыба ищет, где глубже, а человек, где лучше. Ведь так?

Не предпочтение чужим ценностям нас смутило. А то, что предпочтения оказались «неправильными». Неправильно изменила родине. Ключевое слово «неправильно» — вот из-за чего весь ажиотаж. И это страшно.

Впрочем, и понятно: будучи в течение ХХ века дважды «извлечены из традиционной среды», мы сегодня все являемся маргиналами. Все в той или иной степени пребываем в поиске идентичности. Панки, рокеры, эмо-готы, мусульманские экстремисты…

Любопытная деталь: однокурсницы Варвары утверждают, что перед превращением в мусульманку Амину она «придерживалась националистических взглядов». Что это означает, понять трудно, но в связи со словом «националистические» в памяти всплывает одна занятная параллель.

До недавних пор одним из наиболее модных лидеров русского националистического движения был некто Константин Крылов. И что интересно: по вероисповеданию он, представьте, зороастриец. Любопытно, что приверженцев русского национализма это нисколько не смущало. Вообще, среди них, по моим наблюдениям, процентов восемьдесят яростных противников Православия. Нет, не зороастрийцев — язычников-родноверов, атеистов, антиклерикалов, просто воинствующих невежд. Не странно ли? Ведь некогда в паспортах слово «православный» и означало «русский».

Кроме того, на заре своей политической карьеры Константин лихо именовал себя «русским фашистом». Это, конечно, была провокация, призванная подразнить обывателей и политических оппонентов, но тем не менее… Не странно ли?

Нет, не странно. Егор Просвирнин, принявший у Крылова венец «самого модного русского националиста», ославился заявлениями типа того, что в победе над Гитлером для русского народа не было ничего хорошего, — коммунизм, дескать, причинил ему гораздо больше вреда. Ну да, ну да. А Наполеон освободил бы крестьян. И вообще — «умная нация покорила бы весьма глупую-с», как говорил незабвенный Павел Федорович Смердяков.

Так что если Варвара Караулова действительно «придерживалась националистических взглядов», это нисколько не противоречит ее превращению в Амину — наоборот. Националисты, как и маргиналы, бывают разные. Я даже из «Горбачев-фонда» знаю одного.

Это, конечно, не по-русски звучит — «Горбачев-фонд», ну а кто сказал, что должно быть по-русски? Национализм вообще не русское изобретение — его немецкие романтики придумали… Впрочем, это уж совсем другая история.


Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий

Комментарии (1)

  • alt

    Елена 19.06.2015 12:58:54

    Очень верно сказано! Для Православия не важна национальность ,но для русского отход от Православия равносилен смене национального кода.Прав Федор Михайлович!
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть