Жан-Кристоф Гранже: «Мой мозг ориентирован на черное»

19.01.2013

Юрий КОВАЛЕНКО, Париж

51-летний француз Жан-Кристоф Гранже — один из самых популярных в мире авторов детективных романов. Девять его книг изданы в России, а триллер «Пассажир» занимает у нас первую строчку в списке бестселлеров по разделу «Зарубежный детектив». В Париже недавно опубликован очередной роман Гранже — «Кайкен». В этом году он выйдет на русском.

культура: Ваши книги переведены на 35 языков и издаются колоссальными тиражами. У Вас есть рецепт успеха?

Гранже: Нет. Просто я пытаюсь придумать захватывающую историю, которая будет разыгрываться по определенным канонам. Детектив всегда начинается с конца. Сначала — убийство, потом — поиск преступника.

культура: Где Вы берете леденящие душу истории?

Гранже: Не стану заниматься здесь копеечным психоанализом. Но, конечно, всегда пишешь о себе. Я с самого начала знал, что буду сочинять истории о человеческой жестокости и насилии, с которыми не могу смириться.

культура: Вы имеете в виду что-то личное?

Гранже: Меня воспитывали мама и бабушка. Отца своего я не знал по той причине, что он был настоящим опасным сумасшедшим. Родители развелись сразу после моего рождения. Об отце дома никогда не говорили. Ему было запрещено видеть сына. Но он занимал важное место в моем сознании. В книгах у меня зло всегда олицетворяет отец.

культура: Вам важно развлечь читателя или напугать?

Гранже: Я стремлюсь держать его в напряжении, заставляю забыть все на свете и полностью погрузиться в мои книги. Для меня лучший комплимент, когда говорят: «Всю ночь не мог оторваться от твоего романа». Или: «Проехал свою остановку, потому что читал твою книгу».

культура: Одно время Вы занимались творчеством Флобера, которому принадлежит знаменитая фраза: «Госпожа Бовари — это я». Идентифицируете себя со своими героями?

Гранже: Я нормальный человек с веселым характером. Но мои трое детей не могут понять, почему их отец сочиняет книги, полные насилия. Часть мозга, отвечающая за воображение, у меня ориентирована на черное.

культура: Вас не смущает, что триллеры не относятся к настоящей литературе?

Гранже: Есть жанры, которые нельзя сравнивать. Никто ведь не задает вопроса группе Rolling Stones: «Вы так же велики, как Моцарт?» Нет, они просто лучшие в рок-музыке. То же самое в литературе. Авторов детективов нельзя сравнивать с классиками. Каждому свое. К примеру, Марсель Пруст писал бы очень плохие детективы. Он не смог бы выстроить захватывающей интриги. Не думаю, что остросюжетный роман относится к «низкому» жанру. В этом жанре есть великие мэтры, умеющие гениально рассказать историю.

культура: Набоков терпеть не мог Достоевского и называл его романы плохо написанными детективами.

Гранже: Набоков, разумеется, не прав. Конечно, убийство у Достоевского играет важную роль, поэтому его романам присущ детективный элемент, но ведь это не главное.

культура: Ваши книги очень кинематографичны. Вы к этому стремитесь?

Гранже: В хорошем детективе всегда есть ритм, и он близок к кино. У меня в книгах обычно действуют полицейские зрелого возраста — сыграть их лучше всех удается Жану Рено. Он снялся в двух фильмах по моим романам — «Багровые реки» и «Империя волков». Недавно была экранизирована книга «Мизерере», на главную роль пригласили Жерара Депардье. Картина выйдет на экраны в 2013 году. Из больших актеров остались только Рено и Депардье.

культура: Героиня последнего романа «Кайкен» — японка. Как и Ваша нынешняя спутница — актриса и модель.

Гранже: Эта книга написана для нее. Она живет в Париже и страдает оттого, что здесь ни разу не сыграла в кино или в театре. Как благородный французский принц, я пообещал ей сочинить сценарий. Потом на основе его написал книгу. Мы хотим снять два телефильма с моей японкой в главной роли.

культура: Если Вашей подругой станет россиянка, посвятите ей роман?

Гранже: Непременно. Тем более что к России я всегда питал особый интерес. Одним из писателей, побудивших меня сочинять полицейские романы, был Мартин Круз Смит, автор «Парка Горького». Почти все его книги о России.

культура: Будут ли Вас читать через сто лет?

Гранже: Я часто задаюсь этим вопросом. В детективном жанре можно сразу завоевать популярность, но трудно остаться в веках.

культура: Вас не вдохновляет пример Сименона?

Гранже: Я читал его не так много, и он мне не понравился. Зато он был замечательным сценаристом. По его книгам сняты десятки фильмов. Я помню две экранизации историй комиссара Мегрэ с Жаном Габеном — настоящие шедевры. Говорят, книга всегда лучше фильма, но не во всех случаях это так. Я сам участвую в написании сценариев по моим романам и мне часто предлагают выступить в роли режиссера. Но я отказываюсь. Преимущество писателя в том, что он творит один.

культура: Ваш коллега по писательскому цеху Фредерик Бегбедер снял фильм и ему понравилось...

Гранже: Мы с ним говорили на эту тему. Фредерик вообще очень открытый и общительный человек, любящий работать в команде. Это не мой случай.

культура: О чем мечтает преуспевающий автор Жан-Кристоф Гранже?

Гранже: Я занялся писательством в 30 лет и ради успеха готов был на все. Добился его. Но вдруг понял, что дети меня занимают гораздо сильнее. Когда «Кайкен» возглавил список бестселлеров, я испытал не писательское счастье, а облегчение — значит, смогу обеспечить будущее детей.

культура: Боитесь неудачи?

Гранже: Опасаюсь этого после выхода каждой новой книги. Для борьбы со страхом один рецепт — работать, работать и еще раз работать.

культура: Вы много читаете?

Гранже: У меня особый режим дня: встаю в 4 часа утра и пишу до 7, а потом снова засыпаю. В 10 утра опять сажусь за стол и отправляюсь спать в 14.00. И так далее. То есть, чтобы лучше писать, мне надо часто отдыхать. К вечеру я очень устаю и смотрю кино. Книги беру в руки редко, но стараюсь быть в курсе того, что делают коллеги.

культура: Во Франции каждую осень выходит огромное количество романов — около 600.

Гранже: У нас существует некое подобие литературной мафии. Это, конечно, сильно сказано, но налицо договоренность между критиками и издателями. Журналистам нельзя доверять. Они могут хорошо отозваться о книге по причине, не имеющей ничего общего с литературой. То же самое относится и к премиям.

культура: Вы человек верующий?

Гранже: Верующий католик, но в церковь не хожу. Меня поражает, насколько там все однообразно: крещение, причастие, месса… Католичество не поддается влиянию современной жизни. Сегодня исповедовать христианство во Франции означает — скучать. Именно поэтому наши соборы пустуют. В другой жизни я хотел бы отдать свои таланты на то, чтобы привлечь людей к религии. Совершенно ненормально, когда она является синонимом скуки.

культура: Бегбедер назвал интернет новым опиумом для народа.

Гранже: Согласен. Пусть выгляжу реакционером — а во Франции это ужасное оскорбление, — но считаю интернет опасной штукой. Мы жертвы его тирании. Я пытался сопротивляться — долгое время мой компьютер не был подключен к Всемирной паутине. Но потом пришлось сдаться. Теперь, когда пишу, каждые 15 минут заглядываю в интернет, чтобы посмотреть всякую ерунду. Когда-то Сеть задумывалась как сообщество единомышленников, а сейчас это похоже на онанизм.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть