Щелкунчик и кокаиновый король

28.12.2012

Ольга АРТЕМЬЕВА, Нью-Йорк

У нью-йоркского Рокфеллер-центра поставили гигантскую елку и залили каток, а в многочисленных театрах на ближайший месяц воцарился «Щелкунчик» — верный признак того, что и в Большое яблоко пришли рождественские каникулы.

В городе, что никогда не спит, «Щелкунчики» водятся разных мастей — от рафинированных детских утренников до супер-авангардных представлений «по мотивам».

Традиционный формат новогоднего спектакля представлен во Флоренс Гулд Холле. На постановку Кита Майкла рекомендуют вести детей — здесь разноцветные костюмы от штатного дизайнера Метрополитен-оперы Сильвии Нолан, пятиметровая ель и люминесцентная гигантская сова. Балет тут вторичен, это аудио-визуальный фейерверк, не замутненная лишними смыслами радость глаза. Постановка втиснута в компактные шестьдесят минут — ровно столько, сколько среднестатистический ребенок может с интересом смотреть на переливающиеся огоньки.

Еще один очаровательный капустник можно увидеть на сцене Бруклинского центра исполнительских искусств. «Щелкунчик» здесь традиционен во всем, кроме места действия, которое — очевидно, в общеобразовательных целях — перенесено в Йорквилл в годы американской войны за независимость.

Более изощренное и эстетически выверенное зрелище представил Алексей Ратманский на сцене Бруклинской академии музыки. От классической версии «Щелкунчика» постановку Ратманского отличает неожиданная интертекстуальность — за каждым пируэтом таятся почти фрейдистские подтексты, и рождественская сказка приобретает грустновато-мрачный привкус. Клара и принц-Щелкунчик представлены в двойном экземпляре. В какой-то момент из тени артистов-подростков появляются взрослые танцовщики, символизируя то ли счастливое будущее, то ли несбывшуюся фантазию: на протяжении всего действия щедрой горстью рассыпаны намеки, что все происходящее — лишь сон. В какой-то момент Клара, разлученная с принцем, до полусмерти замерзает в снегу. Критики поспешили сообщить, что постановка Ратманского отсылает к зловещим ноткам, звучащим в оригинальном балете Чайковского. Но тут ниточка тянется, скорее, к сказке Гофмана, не видевшем смысла в свете без тьмы.

Наиболее радикально к классическому сюжету отнеслась Анджела Хэрриэлл, хореограф и режиссер-постановщик нового шоу «Щелкунчик: Рейтинг R». Название отсылает к рейтингу, традиционно наводящему ужас на кинематографистов, — подростки до 17 лет только в сопровождении родителей. Действие в спектакле, максимально приближенном к кабаре-бурлеску, перенесено в Нью-Йорк 80-х. Клара здесь — неблагополучная девочка-тинейджер, что отправляется в канун Нового года в опасную одиссею по городу, утопающему в пороке, алкоголе и дешевом кокаине. Сказочные персонажи плохо уживаются в амплуа наркоманов и сутенеров — «Алиса в Стране Чудес» в этом контексте смотрелась бы уместнее. Чайковский едва пробивается сквозь хрипы и стоны синтетической мешанины саундтрека из мелодий современности. Спектакль не снискал большой любви у населения — для пресловутого рейтинга R недостаточно заменить снег кокаином, а для насмешливого переосмысления классики тут почти нет иронии.

Среди многочисленных «Щелкунчиков» Нью-Йорка уже не первый год царствует версия Нью-йоркского балета, одна из великих постановок Джорджа Баланчина. Спектакль рассчитан на взрослых и детей. В ролях Клары и принца заняты их ровесники — ученики танцевальной академии при Нью-йоркском балете. Здесь нет никакого двойного дна — оно и ни к чему. Это просто очень красивое, трогательное и смешное зрелище.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть