Печки-лавочки

17.05.2019

Иван РЫБИН

Фото: Игорь Бойко/РИА НовостиИз-за роста цен на энергоносители среди частных домовладельцев набирает популярность печное отопление. Причем заграничные варианты вроде «голландок», рассчитанные на теплый европейский климат, не в чести. Спрос повышается именно на традиционные отечественные конструкции. Накануне Дня русской печи, отмечаемого 19 мая, мы решили вспомнить об одном из ключевых элементов нашей национальной культуры.

На полатях до 33 лет пролежал Илья Муромец, потом встал и пошел крушить врагов. Емеля раскатывал по делам на печи, а Баба-Яга регулярно пыталась изжарить в ней непрошеных гостей. В нескольких сказках встречается говорящая печь, которую заплутавшему добру молодцу надо истопить, и та накормит его пирогами с пылу, с жару. До сего дня в нашем обиходе сохранилось немало словечек и выражений, которые как-либо связаны с древним обогревательным устройством.

Сложная простота

Широкое основание, не менее масштабная топка, еще выше — уютная лежанка, и рядом — монументальная труба. Казалось бы, проще некуда, но так ли это?

Три-четыре свода, а то и более. Первый — подпечье — служит для складирования и сушки дров, оттуда можно мигом достать и подбросить в огонь обезвоженные «до звона» поленца. «Брысь под печку» — именно сюда от родительского гнева прятались нашкодившие детишки. Свод подпечника засыпали битым кирпичом или иной доступной теплоизоляцией, поверх укладывали «пол» (под) топки. Ее передний край называется шесток — тот самый, который свой у каждого сверчка. Сверчков домовых (acheta domesticus) — не особо крупных насекомых, издающих характерные звуки, — на Руси не истребляли. Даже подкармливали: ставили на ночь плошку с немудреной снедью.

— Свод топки, его стенки и «пол» нужно делать исключительно из шамотных — огнеупорных — кирпичей, чтобы ничего не растрескалось от жара. С одной стороны — глухая стенка, с другой — еще одна арка (устье) меньшего диаметра, ее следует закрыть металлической заслонкой. Потом, ближе к шестку, расположена «загнетка» — пространство под более широким, нежели устье, сводом. Меньше него в диаметре, в свою очередь, окно шестка, — объясняет ярославский мастер Анатолий Васин.

Поверх сводов опять теплоизоляционная засыпка, и уже на ней — лежанка. Дополнительный жар отдают стенки трубы. Кстати, начало дымохода называется хайлом. И призыв оное закрыть изначально являлся вовсе не бранью, а пожеланием перекрыть вытяжку (как раз там стоит вьюшка), дабы из печи не улетучивалось тепло. Говорили, конечно, резко — нечего выстужать избу! — вот горожане и переняли непонятное выражение. Практически анекдотическая ситуация... Правильно выстроенная русская печь между тем очень энергоэффективна и долго греет дом.

— Не последнюю роль играет побелка, это физика в чистом виде. Белый цвет хорошо сберегает жар. И отдает его постепенно. Поэтому модные ныне печи, где на внешней поверхности находятся симпатичные красные или даже черные кирпичи, не полностью выполняют свою функцию. Они довольно быстро остывают, — сетует строитель Виктор Сергеев.

Дополним, что если печь в старину украшали, то обязательно светлой плиткой. Наиболее популярны были белые изразцы с голубоватой (по типу гжели) росписью, в боярских дворцах встречались настоящие шедевры декоративно-прикладного искусства. Но тоже светлые: красота красотой, а технологии нарушать не стоит.

Загадки истории

Согласно принятой «официально» версии, русская печь появилась где-то между XIII и XVII столетиями словно бы ниоткуда. Довольно долгий период ее топили якобы исключительно «по-черному» — дым выходил прямо под потолок, далее в специальное окошко, и лишь гораздо позже добавилась труба.

— Точной хронологии классической русской печи, однако, нет. География возникновения тоже приблизительная — в пределах лесной зоны Руси. В раскопах, относящихся к XIII веку, мы находим опечья очень разных размеров — как современного типа (полтора на два метра и более), так и небольшие. Вне всякого сомнения, параллельно существовали различные конструкции, которые применялись в зависимости от размеров жилья, достатка, величины семьи. В землянках стояли простые очаги, в компактных домиках — нечто вроде нынешних «голландок», в солидных избах — крупные печи, — отмечает кандидат исторических наук, доцент Костромского госуниверситета Сергей Кабатов.

— Я обычный строитель, с историей архитектуры знаком поверхностно. Но мне сложно представить, чтобы столь совершенный многофункциональный прибор (отопление, готовка, сушка и т.п.) возник вот так сразу, без всяких промежуточных стадий. Условно говоря, как если бы люди мгновенно научились ставить автоматизированные газовые ТЭЦ, миновав этап примитивных дровяных котельных на один дом. Разве такое возможно? — задается вопросом Виктор Сергеев.

Казалось бы, археологи в состоянии разрешить загадку, но увы...

— Кирпичи, из которых сложены древние печи, нереально датировать при помощи естественно-научных методов, равно как и любой другой неорганический объект. Радиоуглеродный анализ тут неприменим, прочие технологии, вроде термолюминесценции, еще не доказали свою эффективность. В стародавние времена каждый глиняный камень являлся ценным активом. Сгорит или сгниет дом — выберут кирпичи, снова пустят в дело. И так многократно. Да, есть методики датировки, основанные на том, что в тот или иной период кирпич производился определенным способом. Иногда ясности добавляют и найденные рядом артефакты, — рассуждает председатель Костромского областного отделения РГО, кандидат исторических наук Роман Рябинцев.

Иными словами, за редким исключением определить, когда точно был создан конкретный кирпич, триста или тысячу лет назад, пока не представляется возможным.

Дело мастера боится

Нынче с кирпичами всех видов, включая огнеупорные, полный порядок — в продаже они есть. Но задача по укладке русской печки на личном земельном участке, как это ни парадоксально, сегодня стала сложнее, нежели каких-то полвека назад.

Печник — специальность вымирающая. После Великой Отечественной города начали планомерно переводить на центральное отопление, многоэтажные спальные районы вышли далеко за городские окраины, частный жилой сектор сокращался. На типовых шести сотках со стандартным домиком находилось место разве что для «буржуйки», которыми торговали в хозмагах. На селе, правда, еще продолжали царить настоящие русские печки.

На рубеже 70–80-х годов, в связи с ростом мощностей электростанций, включая АЭС, родился проект распространения прогресса и на деревню. Были разработаны дешевые, достаточно эффективные, надежные бетонные электробатареи. Спираль, залитая раствором, простое тепловое реле — ломаться нечему. К деревням потянулись обновленные ЛЭП, тарифы для селян сделали номинальными. Электроэнергии действительно было море, и себестоимость ее выработки постоянно снижалась.

Дешево и удобно — не нужно пилить и колоть дрова, не нужно тратить время на растопку. Многие, в особенности молодежь, встретили новинку с воодушевлением. Хотя и печки никто ломать не стал, крестьяне славятся домовитостью и консерватизмом. Но по «печной отрасли» был нанесен сильный удар, востребованность услуг мастеров и трубочистов сильно упала.

Сейчас наблюдается обратный процесс. Спрос огромен, квалифицированных печников мало, и в результате качество работы зачастую напоминает недоделанный камин из фильма «Жмурки».

— Я рекомендую клиентам, решившим поставить русскую печку, быть максимально осторожными. Школа мастерства утеряна, навыки у многих «специалистов» отсутствуют. Единственный вариант — через друзей, знакомых и родственников где-то в глухой провинции найти дедка, обладающего необходимыми умениями. Предупреждаю: это и сложно, и долго, и дорого, — уверяет Виктор Сергеев.

Увы, но правильных «дедков» на всех желающих явно не хватит. Большинство заказчиков вынуждено обращаться в коммерческие фирмы, специализирующиеся на укладке печей, каминов и обустройстве зон для барбекю.

— Если с трубой, то полноразмерная классическая русская печь с высокой лежанкой «под ключ» — со всеми нашими материалами — обойдется в 700 тысяч рублей. Без трубы, с подключением к вашему дымоходу — уложимся в 600 тысяч. Уже со штукатуркой и окраской. Работают наши мастера, подмосковные, с приезжими «умельцами» стараемся не связываться. Гарантия на изделие — год, — объясняет Вячеслав Родинов из компании «Мособлпечь».

В смету вдобавок стоит включить укрепление пола — отопительное устройство весит около 20 тонн, даже под железобетонные перекрытия придется подводить фундамент. Облицовка изразцами — дополнительные расходы, тут все зависит от того, чем вы хотите украсить печку.

Ценники гуманными не назовешь, а предложениям на уровне 300–400 тысяч рублей доверять неразумно — такой дисконт обычно предлагают бригады гастролеров, чьи творения разваливаются моментально. Ряд серьезных фирм предлагают уменьшенные копии «оригинала» — с небольшой топкой, без лежанки. Цена вопроса — около 200 тысяч рублей, однако проку от подобных изделий немного. Ведь главный смысл русской печи в том, что она, будучи хорошо протопленной, обогревает дом целые сутки. А уменьшенную «копию» придется топить постоянно. Что и накладно, и хлопотно.

Универсальная мультиварка

700–800 тысяч рублей — ценник кусачий. Но таков он лишь для столичного региона, с его бешеными темпами загородного малоэтажного строительства. В провинции расценки совершенно иные, порой раз в десять ниже, однако приглашенные в Подмосковье печники тут же начинают ориентироваться на запросы местных коллег. Логичное решение — научиться «класть кирпичи» самому, благо пособия по печному делу выходят регулярно.

— Ищите только советские издания, например «Поселковое и сельское кооперативное строительство», изданное в 1963 году. Тут есть порядные схемы кладки, указаны прочие нюансы. Нынешние книги, которые часто пишутся наспех, «к сезону», грешат серьезными ошибками, — предупреждает Виктор Сергеев.

Сперва специалисты рекомендуют попробовать силы на простом изделии, допустим, сложить во дворе под навесом стационарный мангал с плитой — будет «летняя кухня». И только потом, когда набьете руку, приниматься за русскую печку.

В деле самообразования помогут и интернет-форумы, прежде всего знаменитый «Дом и дача». А в соцсетях найдется множество интересных видеороликов, выложенных любителями-энтузиастами. Различные новые материалы при этом применяйте с умом.

— Вместо старинной известковой штукатурки мы используем современные смеси, они держатся на печке лучше. Краска — водно-дисперсионная, она не пачкается, в отличие от обычной побелки на основе мела. Все остальное — по классике, — признается Вячеслав Родинов.

Битый кирпич в качестве засыпки можно заменить керамзитом. На шесток, как правило, вмуровывают гранитную или мраморную плиту. Наши предки делали также, если им попадался соответствующий камень. Сам кирпич тоже требует вдумчивого подхода. Следует брать его на заводах, успевших пройти модернизацию уже после распада СССР. По соотношению цена/качество сейчас лидирует продукция витебского ОАО «Керамика», высокой экспертной оценки удостоился также кирпич Самарского комбината керамических материалов (СККМ). Если есть деньги, имеет смысл заказать стройматериал в Польше или в Прибалтике. Хорошие отзывы заслуживает латвийский печной и облицовочный кирпич марки Lode.

Ну и тюнинг — куда же без него. К примеру, в бок печки можно врезать мангал, именно такую конструкцию в начале ХХ века соорудил у себя Павел Чкалов — отец легендарного летчика. Загляните полюбоваться (и поучиться!) в дом-музей великого авиатора в нижегородском Чкаловске.

А можно вмонтировать в печь еще и блок отопительной батареи, получив таким образом способ нагрева воды — это изобретение советских времен. Сейчас делают умнее: не чугунная «гармошка», а медный теплообменник, связанный магистралью с накопителем в подвале. Затопили печь, сработало термореле, и насос начал гонять и нагревать воду.

Добавим в список потенциальных улучшений так называемые «печурки» — небольшие ниши арочного типа в теле печки. В них обычно кладут сушиться грибы-ягоды. Тоже элемент доработки конструкции. Или «варочная панель» на дровах — штука нынче очень популярная. Встал утром, разжег лучинами плиту, и готовишь себе на живом огне кофе, а потом и яичницу сварганить в радость. Красота, запахи, экология...

Встречаются варианты совмещения русской печи и «европейского» камина, хотя это, пожалуй, совершенно лишнее эстетство. В широком окне шестка и так прекрасно видно пламя, а от камина толка практически нет. По сути, он лишь бесполезно пожирает топливо, тогда как отечественная конструкция крайне эффективна.

Экономика эксплуатации русской печи остается на высоте. Десятка кубометров «разнолеса» с лихвой хватает на топочный сезон. Если вы прописались за городом и оформили льготы, то дровишки будут обходиться в 1200–1500 рублей. Есть, правда, вариант вообще бесплатного печного отопления. Нужно лишь изучить законодательство и грамотно составить запрос в местную администрацию. По коммерческим расценкам выйдет в разы дороже, но, по сравнению с газовым, дизельным или электрическим отоплением, все равно выгоднее.

Хлопот тоже немного. Вечером протопили печь, расслабились, посмотрели на язычки пламени, получили удовольствие. И на сутки дома тепло и уютно. Главное, соблюдать технику безопасности в плане угарного газа. Но тут все проще, чем кажется, — если над углями вспыхивают голубые угольки, то закрывать вьюшку рано. Погасли — все, опасность миновала. В ряде субъектов РФ в связи с ростом популярности печного отопления этому теперь даже учат в школах на уроках ОБЖ.

Дополнительный бонус — абсолютно неповторимое качество еды, она получается и вкуснее, и полезнее. «Универсальная мультиварка» — так называют русскую печь те, кто распробовал готовку по рецептам наших предков. Настоящее топленое молоко с румяной пенкой, нежные разваристые каши, приготовленные на печном жару колбаски, тушеное мясо — ничего подобного даже в суперсовременном духовом шкафу не сотворить. А уж выпечка получается и вовсе фантастической.


Мнение

Александр УЖАНКОВ, профессор, доктор филологических наук, кандидат культурологии, проректор по научной деятельности Московского государственного института культуры:

Фото: PHOTOXPRESS

— В русской традиционной культуре органично сочеталось духовное и материальное. Крестьянская изба на протяжении веков была такой же основой нашего менталитета, как и православный храм. А в избе также имелись две доминанты духовного и материального: «красный угол» с иконами и русская печь. На печи спали, она спасала от холода, кормила, лечила заболевших — на ней отлеживались, захворав; в ней также и мылись, натеревшись золой. А когда избы топили печками без трубы — «по-черному», то дым, создавая определенные неудобства, вместе с тем дезинфицировал жилище, надолго сохраняя бревна от гниения. При этом, что характерно, переднюю часть печи устраивали напротив «красного угла» и разукрашивали. Под иконами стоял стол, куда удобно было «метать» горячие кушанья из печки. Таким образом, тепло молитвенное и тепло дровяное как бы дополняли друг друга, будучи не «оппонентами», а двумя сторонами жизни. Бытие — бинарно: мир горний и мир дольний, и в православном миросозерцании, в отличие от западного католического и протестантского, они не противопоставляются.

В древней русской литературе мы не встречаем описаний печи, поскольку почти все дошедшие до нас книжные произведения, вплоть до середины XVII века, были укоренены в сфере духовной и историографической. Однако в народных пословицах и загадках печь с какого-то момента начинает фигурировать зримо и ярко. Например: «Наша толстая Федора наедается не скоро. А зато, когда сыта, от Федоры — теплота»; «То она печет блины, то показывает сны»; «Дедушка старый весь белый, лето придет — не глядят на него, зима настанет — обнимают его»; «Шуба в избе, рукав на улице».

А в русских народных сказках печь выступает уже как самостоятельный персонаж, одушевляется. Если для Емели она играет роль волшебного средства передвижения (сейчас бы сказали «умного транспорта»), то в сказке «Гуси-лебеди» печка — полноценный герой, вернее, героиня. Словно наставница, она учит Аленушку скромности и вежеству: «Поешь моего ржаного пирожка, тогда скажу». То есть в этой сказке материальное в лице печки тесно сплетается с духовным. А на обратном пути она вообще спасает поумневшую девочку от злых гусей-лебедей: «Матушка-печка, спрячь меня». Кстати, этот эпизод, возможно, отражение древних реалий, когда при набегах кочевников женщины прятали детей в печках.

Самые ранние списки волшебных сказок нам известны с XVIII столетия, но, очевидно, многие создавались и устно сказывались еще в домонгольский период, постепенно «модернизируясь» от поколения к поколению. Русские печи, судя по археологическим раскопкам, существовали уже тогда — на месте городищ находят массивные печные фундаменты.

Ну и, конечно, говоря об образе русской печки в фольклоре, нельзя не вспомнить про былинного богатыря Илью Муромца. То, что он «просидел сиднем» тридцать лет и три года, пока его не подняли на ноги своей просьбой «калики перехожие», именно на печи, также свидетельствует об особой роли этого объекта. С одной стороны, все просто: где еще лежать хворому — кроватей и особых лежанок в крестьянских домах не было. А с другой стороны, печка становится отправной точкой, откуда Илья уходит на подвиги, ведущие в итоге к святости.



Фото на анонсе: PHOTOXPRESS



 

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть