Митрополит Меркурий: «Научить вере нельзя, можно дать знания»

09.04.2015

Андрей САМОХИН

На днях Общественный совет при Министерстве образования и науки РФ отверг предложение патриарха Кирилла о расширении курса «Основы религиозных культур и светской этики». Сейчас его преподают только в четвертых классах, а, по мнению Святейшего, было бы разумно делать это со второго по девятый класс. 

В ходе обсуждения разгорелись нешуточные споры на высоких тонах. Звучали даже обвинения Русской православной церкви в «экспансии». Представители патриархии отбивались, как могли, убеждая, что верующие тоже имеют право влиять на школьную программу. В итоге министр Ливанов предложил вернуться к этому вопросу... через несколько лет. О смысле предложения патриарха, реальных и выдуманных проблемах, связанных с его реализацией, мы беседуем с председателем Синодального отдела религиозного образования и катехизации, членом Высшего церковного совета РПЦ, митрополитом Ростовским и Новочеркасским Меркурием.

культура: Владыка, кто или что сегодня препятствует расширению ОРКСЭ? 
митр. Меркурий: Конечно, есть в России те, кто сомневается в целесообразности курса. Кто-то по атеистическим убеждениям, а больше — по причине некой постсоциалистической косности сознания. Но непредвзятым наблюдателям уже ясно, что, во-первых, этот предмет востребован самими школьниками и их родителями, а во-вторых, что он, пожалуй, — единственный «стержень» духовно-нравственного воспитания в школе. Другого такого просто нет! Поэтому Святейший патриарх и подчеркнул в Думе, что надо подходить к расширению курса ОРКСЭ осознанно и планомерно.

культура: «Либеральная общественность» утверждает, что «Основы православной культуры» (ОПК) — эвфемизм, и попы, мол, протаскивают в школу Закон Божий. Церковь же настаивает на светском культурологическом характере этого образовательного модуля «по выбору» из шести в ОРКСЭ. А что, собственно, плохого в том, чтобы признать предмет «опосредованной» катехизацией? 
митр. Меркурий: И опосредованно, и напрямую человека к Богу приводит только сама жизнь. Она лучший учитель. Другое дело, что предмет ОПК (как, впрочем, и другие модули традиционных религий) действительно неразрывно связан с вероучением. Как можно рассказывать о религии и не говорить о Боге, о молитве? Но изучать — не значит практиковать. Катехизация же как раз научает человека религии, прививая практические навыки. Ей место в церковном пространстве.

Сколько у нас сейчас уроков русского языка в школе? Но дети, получив аттестат, все равно пишут с ошибками. Сколько уроков математики? А без калькулятора считать не умеют — не научили. Вот ответ тем, кто думает, что через уроки, знакомящие с религиозной культурой, человека можно сделать верующим. Вера — дар Божий. Если он есть в сердце, то человек придет к Богу и без школьных уроков. Но получить основы знаний о традиционных религиях должен каждый. Поэтому Святейший патриарх под расширением преподавания имеет в виду не «ОПКаизацию» среднего образования, в чем обвиняют нас либеральные критики, а расширение религиозных знаний по всему традиционному спектру для России — православию, исламу, иудаизму, буддизму, плюс знакомство с другими мировыми культами. Отсюда и необходимость правильного педагогического подхода к курсу: сначала изучаем свое, потом то, что «рядом», а уже потом то, что известно как часть мировой культуры. 

культура: Оппоненты приводят еще один довод: образовательный ценз вследствие бесконечных реформ сильно упал. Зачем школьникам, которых не научили толком читать, забивать голову сложными абстрактными понятиями? Восстановите, дескать, светское образование, а уж потом обучайте основам религиозной этики...
митр. Меркурий: Лукавый аргумент! Примерно в таком ключе можно сказать: поскольку у нас сейчас экономика хромает, давайте закроем все школы и вузы, ведь толку все равно не будет. Для чего говорить детям о любви, о добре? Это ведь такие сложные понятия, пусть остаются на уровне животных инстинктов! Не стоит примитивизировать наших ребят. Они умные и способные. Бог им дал все, что нужно, чтобы быть всесторонне образованными, но и ответственность за получение знаний никто с них не снимал. 

культура: Может ли ОРКСЭ гармонизировать всю линейку гуманитарных предметов? 
митр. Меркурий: Вы имеете в виду «межпредметные связи». Ведь невозможно изучать литературу вне контекста истории, верно? Но литература, история и даже астрономия с биологией будут неполными без знаний о религиозном мировоззрении людей в изучаемую эпоху. Мне нравится пример с подвигом Ивана Сусанина. Чем он был мотивирован? Почему молодой костромской крестьянин оставил семью без кормильца, пожертвовал своей жизнью? Только лишь «за Михаила Романова», которого никогда и не видел? Да нет. Он отдал жизнь за то, что объединяется понятием «святыня»: за Веру, Царя и Отечество. Можно ли рассказать об этом на уроке истории без привлечения «религиозной составляющей»? Ответ, по-моему, очевиден. 

Прививать основные нравственные понятия о Родине, добре и зле, семье, родителях, природе требуется с детского сада. Только так может быть создана система координат, которая не даст разрушиться всему остальному. Мы проводим анализ в регионах, где давно преподаются основы религиозной культуры, и он показывает главное: дети становятся внимательнее к другим людям, и прежде всего укрепляются внутрисемейные связи. 

культура: Как сделать, чтобы ОПК не преподавались формально, тем более не искажались основы вероучения? Должны ли курс вести школьные учителя литературы, истории, а может быть, священники?
митр. Меркурий: Начну с последнего. В Русской православной церкви немало священнослужителей с дипломами профессиональных педагогов. Запрета на профессию для них никто не вводил. Так почему бы им не преподавать? Что касается специализации учителя: действительно, для людей с базовым гуманитарным образованием модули ОРКСЭ — это близкая дисциплина, особенно если человек — носитель религиозной традиции, о которой рассказывает своим ученикам.  

Но здесь есть важный момент: созданные курсы повышения квалификации и подготовки учителей не исчерпывают кадровой проблемы качественных педагогов по этой дисциплине. Я имею в виду кафедры теологии в университетах, которых у нас, в отличие от Европы, минимум. При этом ВАК до сих пор не признает в РФ теологическое образование на уровне ученых степеней. Очевидно, что вопрос требует решения. 

культура: В некоторых регионах России, например Смоленске, уже накоплен богатый опыт сквозного изучения «Основ православной культуры» школьниками разных возрастов. Что мешает перенести его в другие субъекты РФ?
митр. Меркурий: Ничего не мешает. Смоленский опыт преподавания предмета в рамках регионального компонента очень интересен. Но наша основная мысль — это общероссийский предмет ОРКСЭ, включенный в обязательный школьный курс. Важно, чтобы было создано единое школьное культурно-воспитательное пространство. Кстати, замечательные смоленские педагоги активно участвуют в написании в том числе и общероссийских пособий. Среди таких же «продвинутых» в этом плане регионов: Курск, Тамбов, Ростов-на-Дону, Екатеринбург. В них государство и Церковь уже не первый год совместно заботятся о духовно-нравственном облике будущих граждан страны.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий

Комментарии (1)

  • alt

    Николай Опарин 25.04.2015 16:43:08

    Думать – значит сомневаться. Вера, исключая сомнения, исключает и работу ума. В результате ум, не имея нагрузки, атрофируется.
    Вера основана на догмах, а догма – клетка для интеллекта Если интеллект не развит, эта клетка оставляет достаточно места для существования и одновременно ограждает его от воздействия реальности, которому ему, в силу слабости, иначе было бы трудно противостоять. Но для интеллекта достаточно развитого и сильного эта клетка – ограничитель развития. Она, во-первых, не дает ему свободы, и, во-вторых, создает преграду между им и действительностью. В результате интеллект не имеет возможности достичь полной силы и не имеет возможности познавать реальность.

Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть