Десять лет без права на забвение

26.04.2017

Екатерина САЖНЕВА, Таллин — Москва

Фото: photopolygon.com

Третья декада апреля 2007-го. Массовые беспорядки в Таллине, резиновые дубинки и первая кровь, кольца русских юношей и девушек, сдерживающие напор полиции, — лишь бы не пропустить экскаваторы к площади Тынисмяги. Пароль для посвященных — Бронзовый солдат. Памятник простоял ровно шесть десятилетий и был снесен. Без дискуссий и компромиссов, согласно поставленной эстонским правительством задаче: успеть до 9 Мая. Трагическая и одновременно величественная панорама пробуждения Русского мира...

В последние дни тележурналист Олег Беседин, хорошо известный в Прибалтике, спит по два часа в сутки. Монтирует новую ленту о «Бронзовом апреле». Хочет успеть к годовщине. Его первый фильм, сделанный по горячим следам, не то чтобы устарел, просто все течет, все меняется. Лицом к лицу лица не увидать...

«Сейчас уже можно подводить некоторые итоги. Но та, первая картина, конечно, сыграла очень важную роль, — уверяет Олег. — Пока все было свежо в памяти, я успел изложить факты в четкой хронологической последовательности. То, как это и происходило...»

Ликвидация

Десять лет назад наша огромная страна жила новостями из крошечной соседней республики. Гудел телеэфир: «Эстонские власти собираются демонтировать памятник Воину-освободителю на холме Тынисмяги. Это плевок в сторону России, и если мы пропустим его, значит, дальше с нами смогут делать все что угодно».

«Ликвидация монумента необходима, чтобы прекратить хождение по могилам, — оправдывался Таллин устами тогдашнего премьера Андруса Ансипа. — Мы готовы к конфликтам вокруг раскопок, так как считаем, что памятник должен быть перенесен туда, где и есть место мертвым — на кладбище».

Мемориал не героям войны, а «советскому режиму оккупации»; да и не памятник он вовсе — обычное братское захоронение. Только в одном глава эстонского правительства не напутал. Двенадцать солдат, двенадцать павших апостолов самой страшной войны и девушка-медсестра — это их покой шесть десятков лет охранял Бронзовый солдат.

...Ситуация вокруг монумента тлела давно, чиновники в Таллине заговаривали о переносе накануне очередного советского праздника. Помнится, 23 февраля 2007-го я возвращалась из Архангельской области. В сумке лежала баночка с ядреными бочковыми опятами. Грибами угостила Эзмиральда Ивановна, дочь капитана Сысоева, погибшего в сентябре 44-го и захороненного на Тынисмяги.

«Бог есть», — думала я, ставя праздничным утром свечку в память павших защитников Отечества в застуженном деревенском храме. «Бог есть!» — думала, верно, и старушка Эзмиральда, к которой журналистка из самой Москвы приехала непрошеной, с посмертной весточкой от отца. Никто, кроме престарелой дочери, названной когда-то неземным, нездешним, книжным именем, и не вспомнил бы о гвардии капитане — если бы не вмешалась геополитика.

«А вы не хотели бы съездить в Таллин, чтобы лично забрать прах отца?» — спросила я бабушку. Та разрыдалась. «А давайте напишем письмо нашему президенту, чтобы он вам помог?» — я протянула Эзмиральде Ивановне лист бумаги и ручку.

«Прошу Вас, Владимир Владимирович, чтобы кости моего отца и тех, кто погиб вместе с ним, перенесли в Россию, чтобы это была общая могила — в Москве, на Поклонной горе, в Волгограде, на Мамаевом кургане. Я прошу...» — корявый старческий почерк, но чудеса иногда случаются — и письмо дошло до адресата. Россия встрепенулась.

Таллин, весна 2007-го, «Интерфакс»: «Эстония готова передать останки капитана Ивана Сысоева его дочери, если она того пожелает и если сможет при помощи анализа ДНК доказать, что является его ближайшей родственницей»... Пресс-секретарь минобороны Эстонии Мадис Микко сообщил, что у него вообще нет заявлений с просьбой перезахоронить кого-либо еще, кроме Ивана Сысоева.

Да, из тринадцати погребенных на Тынисмяги до начала апрельских событий найти удалось только родных капитана Сысоева. Но отсрочить приговор над Бронзовым солдатом могли лишь живые люди — прямые потомки тех, чьи кости лежали под поросшим травой холмом.

...Подполковник Михаил Куликов, полковник Константин Колесников, капитан Иван Серков, майор Василий Кузнецов, лейтенант Василий Волков, капитан Алексей Брянцев, старший сержант Степан Хапикало, сержант Василий Давыдов, ефрейтор Дмитрий Белов, подполковник К. Котельников, младший лейтенант И. Луканов — имен двух последних даже не сохранили архивы. Медсестра Ленина Моисеевна Варшавская. Тринадцатая. 

В «Ночном дозоре»

В сентябре 1947-го, через три года после освобождения Таллина от немецко-фашистских захватчиков над братской могилой установят молчаливый монумент. Это и будет Бронзовый солдат.

Спустя шесть десятков лет памятник приговорят к смерти неофашисты. И новые мальчики и девочки, русскоязычные жители Таллина, но уже без красных галстуков, встанут в полный рост на защиту. Движение получит название «Ночной дозор».

«Наверное, это было время идеалистов, и мы сами немножко ими являлись — верили, что «они не пройдут», — говорит одна из активисток. — Мы готовились честно защищать нашу общую память. Только не пишите сейчас мое имя в газете... А тогда мы ничего не боялись, правда. Невозможно рассказать о всех случаях давления на ребят. Приходили к работодателям, те пугали увольнением, проводили профилактические беседы с родственниками и друзьями, чтобы нас вразумить. Потом пошли на крайние меры...»

Марк Сирык. На тот момент 18-летний комиссар отделения российского молодежного движения «Наши» в Эстонии. После «Бронзовой ночи» он станет самым молодым политическим заключенным демократической Европы.

«Меня арестовали по дороге в школу, я шел сдавать экзамен за выпускной класс, — свидетельствует ныне 28-летний Марк. — Обвинили в организации массовых беспорядков и попытке смены государственного строя. Хотя я и не принимал непосредственного участия в «Бронзовой ночи». Но и до этого нас часто забирала полиция. Мы постоянно проводили мирные вахты памяти на Тынисмяги, было опасение, что Солдата перенесут, пока мы едим или спим. Поэтому я, например, отстоял на такой вахте всю ночь 23 февраля, было ужасно холодно. Помню, что многие наши зажгли поминальные свечи, и эти маленькие огоньки — единственное, что грело нас до самого утра».

Фото: photopolygon.com

Обстановка накалялась. Дипломатические переговоры не давали ничего, а вставшие на защиту прошлого дети не принимали компромисс, равнозначный капитуляции.

Якобы примиряющее всех решение — перенос Бронзового солдата на военное кладбище в трехстах метрах от кольцевой дороги, с глаз долой из сердца вон — становилось неотвратимым. За две недели до начала массовых беспорядков в город стянули полицейские силы со всей Эстонии. Ранним утром 26 апреля появилась тяжелая гусеничная техника. Заранее были арендованы ангары вблизи пассажирского порта, где потом держали в скотских условиях, заставляя часами сидеть на корточках, сотни задержанных.

Снести до Дня Победы. Обязательно — «до». Эстонских учеников подогревали заокеанские учителя — в том, что демонтаж Бронзового солдата одна из засекреченных спецопераций ЦРУ, никто не сомневался. «Эстония выступала пробиркой для глобального эксперимента: как поведут себя русские, русскоязычное население, если попытаться растоптать самое для них святое», — считает Олег Беседин.

«Правительство своими действиями намеренно провоцировало протесты, чтобы затем жестко подавить гражданское неповиновение и указать русским их место», — вспоминает еще один участник событий.

«Какая глупость — положить головы за бронзового истукана! Неужели вы думаете, что Солдат — действительно наше все. И вы готовы погибнуть ради изваяния?..» — изгалялись провокаторы. Мне, писавшей об этом, в те дни тоже приходили такие письма. «Остановите ребят. Оно того не стоит», — это подавалось под соусом благоразумия. Тысячи молодых людей, сотни их отцов и ветеранов собрались в роковую ночь на холме Тынисмяги. Взяли памятник, спрятанный за досками для ремонтных работ, в полукольцо. Теснее сомкнули ряды. Вокруг резвились националисты.

«Они начали бросать камни и бутылки с зажигательной смесью и в нас, и в правоохранителей. Пытаясь вызвать побоище, — рассказывает один из лидеров «Ночного дозора», основной фигурант «Бронзового дела» Максим Рева. — Можно было ожидать чего угодно. Я просил самых юных, 14-летних: «Уходите, вам здесь делать нечего». Затем полицейские пустили слезоточивый газ... Знаете, в тот момент никакого ощущения опасности не было, уже в тюрьме ощутил на лице обожженную кожу...»

С помощью дубинок, газа и резиновых пуль оборонцев вытеснили с площади, частично покидали в автозаки. На следующие три часа окраины были буквально отданы в руки эстонских националистов. Толпа крушила магазины, автобусные остановки, переворачивала машины. Западные телекомпании выходили с «прямыми включениями»: создавалась нужная картинка для Евросоюза: мол, все это творят русские варвары, как можно вообще иметь с такими дело?

Казалось, не хватает только жертвы — кто-то обязательно должен был умереть в ту ночь. Трагический жребий выпал 20-летнему Дмитрию Ганину. Русский, единственный сын у матери-одиночки, работницы рыбного цеха, скончался от ножевого ранения. Обстоятельства смерти неизвестны, расследование на сегодняшний день приостановлено. В 2017-м истекает срок давности по делу, а значит, убийцы уже никогда не предстанут перед судом.

#ПомнимГанина — этот хэштег висит сейчас на сайте российского посольства в Эстонии.

«Запросы Следственного комитета РФ эстонским властям об оказании правовой помощи по возбужденному в нашей стране уголовному делу об убийстве Дмитрия Ганина игнорируются, — комментирует ситуацию официальный представитель МИД России. — Не намерены отступать — будем и далее решительно добиваться от Таллина выявления и справедливого наказания виновных. Наше посольство в Эстонии на днях направило властям этой страны соответствующую ноту».

Нет правосудия, нет логики, но власть, / Рукою каждого коснулась дома... / «Мы русские!» — вам это не украсть! / В сердцах у нас единая икона! 

Такое четверостишие написал в 2007-м Марк Сирык. Самый молодой политзаключенный Европы посвятил его товарищам по несчастью Максиму Реве и Дмитрию Линтеру, организаторам «Ночного дозора», также оказавшимся за решеткой.

Русские идут

В пятницу, 27 апреля 2007 года, Эстония словно заново родилась. Перестала быть страной ручной лепки шоколада, старого Томаса, вертящегося на своем шпиле, миндальных орешков в рождественской сахарной глазури, тягучего темного ликера и праздношатающихся туристов из Скандинавии...

В этот день эстонцы впервые увидели настоящих русских. Других русских. И сами посмотрели на них совершенно иными глазами.

Это больше не были люди, которые стеснялись говорить о своей национальности, стремились побыстрее выучить государственный язык, сдать экзамен и получить заветный паспорт — пропуск в дивный европейский мир. Готовые забыть свое прошлое. И значит, забыть себя.

«Бронзовый солдат надвое расколол Эстонию по национальному признаку, — полагает Беседин. — Прежде русскоязычное население и помыслить не могло, что способно стать настолько сплоченным, что научится защищать свои интересы — и его мнение примут во внимание, даже начнут с нами считаться».

Фото: Юлия Калинина

Будничный вечер 9 мая 2016-го. Я нахожусь в двух километрах от Тынисмяги. Народ почти мгновенно стекается ручейками — все идут после работы: окончание войны в Эстонии официально отмечается накануне, как и в остальной Европе. 9 Мая — только для русских. Для нашего «Бессмертного полка», конечной целью которого становится военное кладбище, где с 2007-го живет Бронзовый солдат.

Сюда в этот день не приходят чужие. И даже привычных эстонских стражей порядка тут нет. Движение регламентируют муниципальные службы.

Русский мир, охраняемый по периметру молчаливыми солдатскими могилами. Звучат русские песни. Слышна русская речь. Памятник утопает в розах и гвоздиках так, что не видно погон на плечах у Солдата... «Мы своим упрямством отвоевали право после 9 Мая оставлять цветы у его ног и убирать, когда завянут. Раньше их пытались сразу же вывезти и выбросить коммунальщики», — делятся активисты очередной маленькой победой. Вот только маленькой ли?

В 2016-м полицейские получили приказ не пускать людей единым шествием к военному кладбищу. Маршрут был согласован заранее, но затем его запретили, а организатора «Бессмертного полка» Дмитрия Линтера задержали. Но, оставшись без лидера, люди все равно отправились знакомой дорогой, они шли, крепко прижимая к груди фотографии героических предков, десятки, сотни снимков... И эстонские копы на узеньких европейских тротуарах вынуждены были подвинуться, посторониться, пропуская их вперед... Живых и мертвых.

Таллин больше не хочет связываться с «сумасшедшими» русскоязычными не-гражданами. Комитет по предупреждению пыток при Совете Европы и Комиссия ООН установили, что власти Эстонии допустили значительные нарушения прав человека при устранении беспорядков во время протестов против переноса Бронзового солдата. Руководству балтийской республики поставили на вид, что в будущем оно обязано минимизировать любое применение насилия.

Что касается основных фигурантов дела, вождей «Ночного дозора» Дмитрия Линтера, Максима Ревы, Димитрия Кленского и Марка Сирыка, то 16 ноября 2007-го, после семи месяцев ареста, первые двое были освобождены под залог. А 5 января 2009 года Таллинский суд полностью оправдал всех четверых.

Найти капитана Сысоева

Фото: Юлия Калинина

С тех пор прошло не так уж много лет... Всего десять. Мало для суда истории — достаточно для каждого конкретного героя. 

Провокация властей дорого обошлась эстонскому обществу. Самые большие потери, как говорят, понесла экономика. Вследствие ухудшения двусторонних отношений произошло резкое сокращение российского грузового транзита через эстонские порты, свертывание крупных взаимовыгодных проектов. Экс-премьер Тийт Вяхи на одной из международных конференций прямо озвучил цифру потерь после «Бронзовой ночи»: восемь миллиардов евро ежегодно.

Пока шел судебный процесс, 18-летний Марк Сирык работал где придется, даже на стройке подсобником — родители не могли оплатить ему адвоката. Сейчас почти ушел из политики, переехал в Россию, у него небольшой бизнес — вместе с матерью они придумывают и производят ремешки для наручных часов, уличные сумки, мама еще и мастерит роскошные венецианские маски и костюмы.

Вообще все, так или иначе связанные с этой трагедией, покинули Эстонию. Во время заключения в СИЗО у Максима Ревы обострилась давняя болезнь, серьезно ухудшилось зрение, ныне, слава Богу, здоровье поправлено, но в Таллин он наведывается как гость. Максим получил гражданство РФ, занимается политическим и финансовым консалтингом, помогает отстаивать права соотечественников из Прибалтики. «Вид на жительство в Эстонии, правда, сохраняется, родители там остались, дочка, бывал бы и чаще, но... не особенно меня рады почему-то видеть власти», — улыбается Максим.

Имя еще одного героя «Бронзового апреля» ныне хорошо известно москвичам. Заместитель столичного мэра по вопросам транспорта, уроженец Локсы Максим Ликсутов не очень любит вспоминать, что тоже был связан с обороной памятника. В 2007-м молодой, довольно заметный в регионе бизнесмен подверг острой публичной критике демонтаж Бронзового солдата, что было воспринято официальными кругами Эстонии как нелояльность. У предпринимателя наметились проблемы, и он переехал в Россию, о чем, наверное, не жалеет.

Фото: Юлия Калинина

Бронзовому же солдату, нашедшему вечный покой на старом военном кладбище Таллина у окружной дороги, теперь хорошо. Только семь лежавших ранее под холмом Тынисмяги переехали сюда вместе с ним. Их могилы совсем рядом. Прах Василия Волкова, Алексея Брянцева и Степана Хапикало в итоге забрали родственники, чтобы с солдатскими почестями похоронить на малой родине, в России, на Украине... Владимир Парнес, двоюродный брат Ленины Варшавской, перебрался из Бибирево в Израиль. Ему удалось найти спонсора, который вывез останки военной медсестры — теперь они покоятся на Масличной горе в Иерусалиме, самом знаменитом кладбище мира. Там тепло, всегда светит солнце. Экскурсоводы — 250 долларов за двухчасовой индивидуальный променад — любят рассказывать туристам, кто из знаменитостей тут упокоен. Просто купить место нельзя, можно лишь заслужить. И я рада, что где-то там внизу, на пустынной сухой глинистой пяди земли есть и ее, Ленины, могила.

...И лишь с одним, пожалуй, смириться очень непросто. Злонамеренность ли это эстонских властей, что-то подстроивших, или же слепая судьба Эзмиральды Ивановны, с решимости которой когда-то все и началось? Но капитан Сысоев — единственный, чьи останки так и не были найдены на Тынисмяги, хотя документы говорили об обратном. ДНК всех погребенных не показал родства с приехавшей в Эстонию на последние гробовые старушкой из архангельской глуши.

Предполагают, что в 90-е годы, когда братскую могилу реставрировали, рабочие случайно повредили гробницу, а кости перезахоронили где-то тайно — значит, уже ничего не найти. Сотни тысяч красноармейцев лежат в прибалтийской земле, отдав жизни за свободу ныне здесь живущих. Каждый из павших советских воинов может быть капитаном Иваном Сысоевым. Жаль только, что Эстония об этом не помнит.


Денис МОСЮКОВ, пресс-атташе посольства России в Эстонии:

— 27 апреля исполняется десять лет с тех пор, как в ходе массовых беспорядков в Таллине, спровоцированных операцией эстонской полиции по разгону противников переноса памятника Воину-освободителю, был убит 20-летний гражданин России Дмитрий Ганин.

Разумеется, все эти годы российские дипломаты оказывали и продолжают оказывать всемерную поддержку матери Дмитрия — В.Я. Ганиной. По решению президента России ей выплачивается специальная пенсия, материальная помощь. Недавно была предоставлена путевка в санаторий Управления делами президента РФ в Юрмале (Латвия). Посольство и генконсульство в Нарве взяли на себя работу по уходу за местом захоронения Дмитрия. Поддерживаем постоянный контакт с Верой Яковлевной и внимательно относимся к ее просьбам и нуждам.

К годовщине «Бронзовой ночи» приурочен ряд мероприятий, в том числе организуемых посольством России в Таллине. 27 апреля сотрудники посольства, российские соотечественники и общественники почтут память Дмитрия Ганина на кладбище в его родном городе Муствеэ, где в храме Святителя Николая пройдет панихида. 28 апреля состоится пресс-конференция посла России, а также будет организован тематический круглый стол с участием экспертов и непосредственных очевидцев событий, связанных с переносом памятника Воину-освободителю из центра Таллина.

На сайте посольства по адресу estonia.mid.ru открыт специальный раздел, где можно ознакомиться с хронологией случившегося в те трагические дни и достоверными сведениями о расследовании убийства молодого россиянина в центре эстонской столицы. Там же доступен для просмотра фильм «Бронзовый апрель глазами русских» — события 2007 года в объективе кинодокументалиста Олега Беседина.

Кроме того, посольство при поддержке информационного агентства Sputnik-Эстония и портала BaltNews.ee призывает всех неравнодушных почтить память Дмитрия, используя хэштеги #ПомнимГанина и #RememberGanin в «Твиттере» и «Фейсбуке». Акция призвана вновь обратить внимание эстонских властей на необходимость расследования резонансного преступления.

Мемориал Воину-освободителю на Военном кладбище Таллина остается священным местом для наших соотечественников. В День Победы, День освобождения Таллина от немецко-фашистских захватчиков, День защитника Отечества к монументу приходят тысячи людей, которые несут цветы в память о мужестве солдат, ценой своей жизни обеспечивших новым поколениям мирное будущее.


Фото на анонсе: REUTERS/PIXSTREAM

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть