Комплекс стандартных действий

26.04.2013

Владимир ПЕРЕКРЕСТ, обозреватель "Культуры"

Белгородский кошмар закончился. Убийцу шестерых человек, этого клинического психопата, которого некоторые СМИ, неизвестно с какой стати возвышенно называют стрелком, наконец-то повязали.

Когда руководившего операцией главу МВД России Владимира Колокольцева спросили, как это удалось сделать в такие короткие сроки, он честно и без рисовки ответил, что был выполнен комплекс стандартных действий. Эту фразу коллеги-журналисты почему-то не очень цитировали, посчитав, наверное, скучной и формальной. А зря: именно в этих словах — залог спокойствия общества и его успешной работы. Потому что в основе любой нужной людям повседневной деятельности — не подвиги или озарения, а тот самый комплекс стандартных действий. Разработанный в течение десятилетий, а в некоторых странах — и веков, на основе успехов и неудач. Будь то работа пожарных, медиков, строителей и, что там все про других, — и нас, журналистов.

Этот педантично выполненный комплекс помог задержать преступника. Но почему не оказалось такого же проверенного практикой набора необходимых «упражнений», чтобы выявить его и обезвредить на ранней стадии? Ведь был Помазун на виду — безо всякой загадки. Агрессивный рецидивист, за плечами несколько «ходок», после последнего освобождения находился под административным надзором. Да к тому же и родители жаловались, что сын после отсидки стал буйным, кидался на мать с кулаками.

Говорят, участковый — несмотря на молодость, один из лучших в городе — регулярно посещал его квартиру. Возможно, действительно посещал — и что толку? После громкого преступления участкового, скорее всего, снимут. Но что он должен был делать в этой ситуации? Что в подобных ситуациях должны делать его коллеги, чтобы уберечь общество от будущих помазунов?

Похоже, действенных инструкций на этот счет не существует. Пока человек не совершил преступления, сажать его в колонию нельзя — и слава богу. Да, побил мать — но если не было серьезных увечий, то такие случаи относятся к так называемым делам частного обвинения и, по действующему законодательству, возбуждаются только при наличии официального заявления со стороны потерпевшего. Было ли такое заявление со стороны матери — неизвестно. Чаще всего, родители глотают обиды и ограничиваются просьбами к участковому «поговорить» с непутевым сыном.

Может, проанализировав причины белгородской трагедии, законодатель изменит существующий порядок в отношении рецидивистов, и их можно будет отправлять снова за решетку после любого нарушения общественного порядка — независимо от того, есть жалоба со стороны потерпевших или нет.

Написал и поймал себя на мысли: сколько же злоупотреблений может возникнуть, если такое положение будет принято... Есть у писателя Аркадия Аверченко рассказ о том, как свеженазначенный молодой градоначальник, увидев на улице беспомощного слепого, проникся к нему сочувствием и высказал мысль, что мол, каждый околоточный, как увидит незрячего, должен помочь ему перейти улицу. Подчиненные кинулись выполнять руководящую волю, и пока этот исполненный благородного порыва циркуляр проходил инстанции сверху донизу, до околотка он дошел в таком виде: «всякого, замеченного на улице слепца хватать за шиворот и тащить в участок, награждая по дороге пинками и колотушками».

У такого не слишком оптимистичного прогноза есть основания. Помнится, еще в советские времена милицейские аналитики озаботились тем, что много тяжких преступлений вырастает из безнаказанной бытовухи. Приказали участковым и сотрудникам райотделов усилить бдительность. И что же? Через какое-то время те же аналитики вдруг отметили, что резко выросло число дел по обвинению в угрозе убийством. Когда начали выяснять, почему убивают примерно столько же, а угрожать стали значительно чаще, обнаружили такую типичную картину. Приходит подвыпивший муж с работы, а жена ему — семейное поручение: мол, вынеси мусор, сделай с ребенком математику и т.п. У мужа ответ готов: «Отвали, убью!» Но и жена не промах: «Ах, ты так — звоню участковому». Участковый, памятуя указание сверху, трактует эту фразу, сказанную практически всегда сгоряча, как реальную угрозу убийством. Дальше понятно: статья, срок. А после отсидки даже в целом нормальный человек может выйти законченным помазуном. Тогда действительно горя не оберешься.

То, как вел себя белгородский убийца во время задержания и на суде, его спокойный невозмутимый вид, четкая, без капли волнения речь в сочетании с абсолютной несусветностью того, что именно он говорил, заставляют усомниться в его психическом здоровье. Странности в его поведении отмечали и соседи. Но, к сожалению, в отношении таких людей тоже не существует эффективного комплекса стандартных действий. Человека можно направить на освидетельствование душевного здоровья только с его согласия — таков результат «успешной» борьбы с «карательной психиатрией» советского периода. В результате маньяки и психопаты, смертельно опасные, как мины замедленного действия, ходят по нашим улицам и когда взорвутся — лишь вопрос времени. Устроивший резню в московской синагоге Копцев, расстрелявший посетителей магазина милицейский майор Евсюков, теперь вот белгородский Помазун. Комплекс необходимых действий, который предотвратит взрыв следующей мины, должен быть создан.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть