Так поступают не все театры

29.05.2014

Александр МАТУСЕВИЧ

Фото: Дамир ЮсуповВ Большом театре премьера оперы «Так поступают все женщины, или Школа влюбленных».

Моцарт активно возвращается в столичную оперную афишу. После долгого периода, когда его произведениями всерьез занимались лишь в Камерном театре Бориса Покровского, интерес к Моцарту проснулся повсеместно. Под занавес нынешнего сезона сразу две премьеры — «Так поступают все...» в Большом и «Дон Жуан» в Музтеатре Станиславского, на следующий запланированы еще две — «Свадьба Фигаро» появится в Большом и в «Новой опере». Что не может не радовать, ибо Моцарта много не бывает.

«Так поступают все женщины, или Школа влюбленных», в меломанском просторечии «Cosi» (по первому слову из итальянского оригинального названия), наведывается в Москву все чаще. В нулевые были любопытные постановки сначала в «Стасике», потом у Покровского, в прошлом сезоне привозили свою версию «Cosi» пермяки, а сезон текущий начался с показа этой оперы в Большом питерским «Зазеркальем». В то же время такая тенденция наметилась совсем недавно: в главном отечественном театре за его двухвековую историю нынешняя постановка — вторая, причем предыдущая по историческим меркам тоже недавняя — 1978 года. Причин тому много: и виртуозные партии, и проблемы стиля, и неразвитость моцартовских традиций, но, пожалуй, самая главная — странный сюжет, интерпретировать который — задача не из легких.

Фото: Дамир Юсупов«Веселая драма» — так определили жанр своего детища Моцарт и его либреттист да Понте. Постановщик нынешней версии в Большом Флорис Виссер делает акцент на последнем слове: для него это, бесспорно, драма. Молодым людям предлагается слишком уж сильное испытание, испытание верностью. Череда забав и переодеваний, кокетства и перченой комедийности в итоге оборачивается почти трагедией. В «Cosi» никто никого не убивает — но счастливого финала в, казалось бы, комической пьесе нет, ибо погублено, быть может, не меньшее, чем человеческая жизнь. После пережитого взаимные открытость и прощение для центральных героев едва ли возможны.

Нелепую, с точки зрения здравого смысла, ситуацию — когда невесты не узнают своих переодетых в восточное платье женихов — режиссер решает простым способом: он помещает действие в пространство театра. «Театр в театре» — прием не новый, но действенный, позволяющий уйти от «всамделишности» и высветить ключевые линии и идеи оперы. Работа смотрится как изящная костюмная постановка, где бесспорны вкус и мера — что в мизансценах, что в сценографическом оформлении. Режиссер не перегибает с гэгами, хотя забавных комических моментов предостаточно, не опускается до пошлости, хотя намеки на откровенный эротизм имеются, не блещет заумью концептуальности, хотя концепция у спектакля, безусловно, есть. 

Фото: Дамир ЮсуповКрасивая картинка барочного театра (сценограф Гидеон Дэйви) радует эстетизмом: театральное пространство поворачивается к зрителю не только парадной стороной, но и тыльной (подрамники планшетов, сценические механизмы), однако ощущения, что вы на складе, не возникает — настолько гармонично все сделано. Превосходны костюмы Девеке ван Рей — роскошные и не громоздкие одновременно, тонка работа художника по свету Алекса Брока — полутона и неяркие контрасты весьма значительны. Все вместе убеждает в эксклюзивности: возникает ощущение, что Большой приобрел в свой репертуар дорогую и качественную новинку, где умеренная традиционность отнюдь не смотрится пыльным музеем, а высокая игра в старинный театр не лишена актуальности дня сегодняшнего. Сознательный уход режиссера от показной развлекательности в сторону драмы вызывает как минимум уважение. 

Фото: Дамир ЮсуповНо если театральное решение убеждает, то музыкальное — не всегда. Постановка изначально была рассчитана на молодежные силы Большого, но премьерный показ выявил, что далеко не всем виртуозный стиль «Cosi» по плечу. Убийственный диапазон партии Фьордилиджи для Анны Крайниковой пока неподъемен, неудачи в верхнем регистре случались и у Алины Яровой (Деспина), а Юрий Городецкий (Феррандо) штурмовал верх с заметным носовым призвуком. Николай Казанский (Дон Альфонсо) временами был слишком тяжеловесен и громогласен. Наиболее органичным оказались Александра Кадурина (Дорабелла) и Александр Миминошвили (Гульельмо). Конечно, все это придирки, и в целом поет молодежь неплохо, а актерствует еще лучше. Просто, когда спектакль как театральный продукт качества высокого, такого же уровня ждешь и от исполнителей.

Стефано Монтанари ведет оркестр и солистов железной рукой, в энергичной манере. Есть в прочтении чисто технические «блошки» — маленькие, но досадные, что здорово снижает общие восторги от спектакля. От сильной и славной ансамблями «Cosi» ждешь филигранной отточенности и настоящих кружев. Чего в Большом еще, видимо, предстоит добиваться.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть