Чудо огородное

09.12.2016

Тамара ЦЕРЕТЕЛИ

15-градусный мороз, снегопад и небо, давящее так, что заставляет ссутулиться. Правда, из зимы легко попасть в тропики. Достаточно сходить в Ботанический сад МГУ «Аптекарский огород».

Плюс 27° по Цельсию, стопроцентная влажность, зеленая экзотика. Примерно так можно описать оранжерею, недавно открывшуюся в саду. Ее назвали викторной. Победа тут ни при чем. Все дело в виктории амазонской — самой большой кувшинке в мире. Той, чьи листья спокойно выдерживают вес ребенка. Для тропической королевы и бассейн соорудили. Правда, она пока там не водится. Семена только получили, сеять будут в феврале. Ожидается, что летом растение предстанет во всей красе.

Заморская красавица для «Аптекарского огорода» не диковинка. Когда-то ее показывали в Субтропической оранжерее, старейшей в саду, теперь находящейся на реконструкции. Вот только в те времена ее тут не выращивали — к «Огороду» не была подключена горячая вода, а без тепла южноамериканскому растению жизнь вовсе не мила. В итоге специально для московских коллег семена сеяли в Ботаническом саду Петербурга, оттуда и доставляли готовый экспонат. Нынче с коммуникациями в столице все в порядке, поэтому сотрудники надеются обходиться собственными силами.

Пока в оранжерее не появилась главная героиня, бассейн украшают кувшинки поменьше. Над ними возвышается небольшой мост — площадка для селфи (куда без них) и прочих фотографий. Впрочем, искать ракурс по полчаса вряд ли кто станет — в таком климате долго не продержишься. В оранжерее ведь воссозданы условия, характерные для настоящих тропиков. Дышится здесь нелегко. Из русских аналогов на ум приходит разве что баня, так и хочется веник попросить.

Говорят, сначала в оранжерее было попрохладнее, вот только зеленым обитателям это оказалось не по вкусу. Не чувствовали они себя как дома. Пришлось поднимать температуру — в итоге сбежали сотрудники. Теперь они приходят несколько раз в день, опрыскивают экваториальных жителей и спешно дезертируют — на родной холод. Зато подопечные выглядят довольными: тепло, влажно — что еще нужно для счастья. Среди «счастливчиков» шоколадное дерево, или какао, с неброскими маленькими цветками, расположенными прямо на стволе. Правда, по листьям видно, что ему не всегда жилось вольготно — раньше приходилось довольствоваться другими условиями, не столь тепличными. А для него и плюс 15 — мороз. 

Среди других обитателей: папайя, сахарный тростник, гуава, водные папоротники и кактусы. А также непентес — хищник, питающийся мухами. Один из представителей этого семейства — непентес раджа — самое крупное плотоядное растение в мире. Лакомиться предпочитает лягушками, ящерицами и прочими подобными деликатесами. Раджа в «Аптекарском огороде» пока не представлен. Появится ли, неизвестно. Все может быть, но если окажется в этих краях, скармливать несчастных жертв ему не будут — в культуре он питается яичным желтком... Сотрудники сада оправдывают таких представителей флоры: мол, хищные они не от хорошей жизни. Судите сами — почва бедная, брать питательные вещества неоткуда. Станешь тут кусачей.

Другие обитатели Викторной оранжереи — эпифиты, растения, живущие на чужих стволах. Не путать с паразитами — те «пьют соки» из своих благодетелей, а эти лишь используют их в качестве опоры. Влагу получают из воздуха. А ввысь тянутся по одной простой причине: к свету. Ведь настоящий тропический лес — темный, сквозь огромные листья деревьев проникает не больше двух процентов солнечных лучей. Хоть с фонарем ходи. Кстати, к эпифитам относится большинство орхидей. В естественных условиях почти все они живут на деревьях. Корни у красавиц воздушные, нитками свисающие со стволов. Поэтому одна из распространенных ошибок — пересаживать комнатные орхидеи в землю, ведь привычная среда для них — мох и кусочки коры. Нетерпимы они и к обильным возлияниям — в природе у них бывают перебои с водой, и к засухам они привычны. В целом растение неприхотливое, главное — не залюбить.

Намного капризнее природные орхидеи. В «Аптекарском огороде» их выращивают в специальном отделении. Публике показывают, укрыв за витриной, в «карцере» с особым микроклиматом. Выставляют его в Пальмовой оранжерее — одной из старейших в саду, построенной в 1891 году. После этого растения снова отправляют домой, в «реанимацию». Смотрятся они гораздо скромнее культурных собратьев. Зато ценятся больше. А витрина защищает не только от неблагоприятной внешней среды, но и от посетителей, норовящих прихватить редкий экземпляр. Бывает здесь и такое. Хотя сейчас спокойнее стало, говорят сотрудники, а еще лет 15 назад воровали страшно. И не только орхидеи. Рододендроны высаживать не успевали, как те исчезали. В Субтропической оранжерее невозможно было дождаться урожая — обламывали ветки. Ухитрялись даже огромные кусты утаскивать, а ведь их и выкопать надо, и пронести мимо охраны, негодуют работники сада. Эпоха «приватизации», слава богу, в прошлом: то ли растения в магазинах стали доступнее, то ли граждане — сознательнее. Тем не менее мелкое вредительство продолжается. Например, несладко приходится венериной мухоловке. Хоть растение и хищное, сегодня охотятся на него — тычут пальцами, чтобы ловушка захлопнулась. Замученную хищницу уже решили стеклом оградить от бесконечных покушений.

Неподвижные ее коллеги чувствуют себя куда комфортнее. Скажем, цефалотус из Австралии просто заманивает насекомых, и те не могут выбраться обратно. Главное — никакой механики, столь привлекательной для посетителей. К слову, с членистоногими здесь полный порядок. Особенно летом, когда в открытые окна Пальмовой оранжереи залетает много лакомой живности. Да и зимой хищники не голодают: старые листья, которые срезают сотрудники, бывают набиты остатками жертв.

Огромная Пальмовая интересна не только зелеными «охотниками» и  орхидеями. Здесь живет и здравствует самое старое растение под крышей — саговник, очень похожий на пальму, а на самом деле родственник соснам да елкам. Подтверждение тому — свисающие с него шишки. Саговники считаются «живыми ископаемыми», их предки существовали еще в эпоху динозавров и были тогда очень распространены. Ну а представленному в «Аптекарском огороде» экземпляру «всего» два столетия.

Растет здесь и панданус отогнутый, или «пальма на ходулях» — ровесница века. Еще один исторический обитатель — огромная финиковая пальма Теофраста, ей около 150 лет. А на улице до сих пор жива лиственница, по легенде, посаженная самим Петром Первым, основателем «Аптекарского огорода». Впрочем, это совсем другая — летняя — история. Зимой же, кроме тропических Викторной и Пальмовой оранжерей, стоит посетить теплицу садовника, где проходит выставка мхов и лишайников, специально привезенных из Тверской области. Экспозиция дополнена азалиями.  «Розовые деревья» цветут в начале весны, но по такому случаю были «разбужены» сотрудниками.

Одно из главных зимних событий в старейшем российском ботаническом саду — VIII фестиваль орхидей, хищников и растений пустынь «Тропическая зима», что начнется 24 декабря и продлится до 2 апреля. Здесь можно увидеть редчайшие экземпляры, в том числе с поразительными ароматами — запахом шоколада, корицы, ванили, лимона, кокоса, а также пыли и гнилого мяса... Не забудьте посетить и богатейшую в России коллекцию суккулентов (обитателей пустыни), расположенную на втором этаже Пальмовой оранжереи. Многие их них переживут нас с вами — некоторые «дотягивают» до 200 лет.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть