Проявляя выдержку

05.04.2018

Ксения ВОРОТЫНЦЕВА

Фото: Павел Каравашкин/ТАССНа 82-м году ушел из жизни легендарный хроникер советской эпохи Юрий Абрамочкин.

Казалось, еще недавно мы праздновали открытие юбилейной ретроспективы в МВЦ «Рабочий и колхозница»: мастер принимал поздравления и раздавал автографы. У него оставалось много поклонников, хотя лучшие кадры Юрий Васильевич сделал еще в «ламповую», доцифровую эру. Абрамочкин был из тех, кто ставил человека во главу угла. Иногда героем снимка оказывался партийный лидер, в другой раз — ​обычный школьник: его объектив уравнивал всех. Главный принцип — ​не допускать фальши. В одном из интервью мастер сформулировал кредо следующим образом: «Надо увидеть в человеке что-то человеческое, и снять это».

Показывать «нелакированную» действительность было не так просто: полвека Юрий Абрамочкин работал в «кремлевском пуле», колесил вместе с партийными лидерами по всей стране. Мог, не напрягаясь, штамповать «гладкие», правильно выстроенные композиции. Однако мэтр компромиссов не признавал. Фидель Кастро и Елизавета II, Маргарет Тэтчер и Леонид Брежнев, Никита Хрущев и Рональд Рейган — ​все они на фотографиях Юрия Васильевича выглядели живыми, не застывшими. Мастер говорил: «Съемка — ​это как охота. Будь быстрым, делай свое дело незаметно и не нужно никому мешать». Он ждал, пока политик выйдет из привычной роли, ослабит узел галстука, и тогда нажимал на кнопку. Кроме того, репортер умел разговаривать с людьми, располагать их к себе. В отличие от авторов-наблюдателей, снимавших исподтишка, он хотел оставаться честным: «Вообще фотограф не должен хвататься за камеру в первый момент знакомства с человеком. Надо проявить выдержку, присмотреться к человеку, создать непринужденную, доверительную атмосферу и лишь тогда начинать съемку. После съемки надо расстаться с человеком по-доброму. Если репортер уважает себя, то он должен уважать и человека, которого снимает».

Уникальность Абрамочкина — ​не только в принадлежности к гуманистической традиции светописи. Он пришел в фотографию, когда она была действительно сложным ремеслом, и хороших авторов знали наперечет. В эпоху аналоговых камер снимок оставался загадкой, волшебством: томительное ожидание между щелчком затвора и проявкой пленки, гадание — ​получился кадр или нет. В светописи много экспериментировали: по сути, она переживала золотые времена — ​не только у нас, но и на Западе. Абрамочкин, который не боялся работы, сделал стремительную карьеру. Взявший камеру в 1950-е, с 61 года трудился специальным фотокорреспондентом АПН, в 1987-м получил премию «Золотой глаз» World Press Photo за портрет Матиаса Руста. Кроме того, он — ​один из 15 отечественных мастеров, попавших в энциклопедию современных фотографов, опубликованную издательством St. James Press (1995). Юрий Васильевич не шел на поводу у публики, не спекулировал на людских несчастьях и всегда сторонился негатива. Не из желания приукрасить действительность. Как и каждый большой художник, он умел разглядеть в несовершенной физической оболочке вечное, идеальное. И переносил это бесплотное совершенство на пленку.


Фото на анонсе: Павел Каравашкин/ТАСС



Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть