Нерушимой стеной обороны стальной

01.12.2016

Иван РЫБИН

Министерство обороны сняло гриф секретности с ряда документов грозного 1941-го. В том числе прояснились некоторые белые пятна, связанные с Битвой за Москву, 75-я годовщина которой отмечается в эти дни. 

Поздней осенью первого года войны вермахт был остановлен на подступах к столице в кровопролитных боях, нашествие фашистов выдохлось, разбившись о мужество советских воинов, в чистом поле разгромивших врага. Это действительно правда. Как и то, что Первопрестольную в считанные месяцы успели прикрыть мощными оборонительными рубежами. Здесь немцы обломали зубы, отсюда началось и контрнаступление.

Хай-тек и смекалка

Согласно недавно опубликованным сведениям решение о создании 3-й линии Московской зоны обороны (МЗО) приняли лишь 12 октября 1941 года (постановление ГКО №768сс). Хотя планы по защите столицы начали разрабатывать еще в мирное время. Предчувствие войны было настолько сильным, что в апреле было санкционировано строительство 2-х бомбоубежищ специального назначения, а «для укрытия работников правительственных учреждений, расположенных в Кремле использовать участок метро 3-й очереди». Документ за подписью Молотова от 21.04.1941 рассекретили всего пару месяцев назад.

Вскоре, когда разведка предоставила более детальные намерения Гитлера, закипела работа по прикрытию ближних подступов к Москве. К обороне крупнейшего транспортного узла страны готовились очень основательно. Например, Волоколамский укрепрайон уже тогда получил порядковый номер 35, и в него назначили коменданта — полковника Ромашенко (приказ НКО №0184 от 11 мая 1941 г.).

При возведении оборонительных колец применялись новинки, многие из них до сих пор являются уникальными. На так называемом Хлебниковском рубеже, в том числе по Волоколамскому шоссе, отрыли траншеи протяженностью 150 км для установки электрозаграждения. Долгое время они считались секретными: сейчас с приказа о строительстве сняли гриф, но подробности по-прежнему не разглашаются. Известно, что на устройства должно было подаваться напряжение в 6000 вольт, частично проволочные заграждения запитывали от подстанций, однако планировалось применять и некую «электризацию почвы». Что это такое — никто точно не скажет. Гостайна.

Строительство оборонительного рубежа  на подступах к Москве

— Есть косвенные свидетельства того, что этот хай-тек сработал. В период с 2 по 5 декабря, непосредственно перед началом контрнаступления, наблюдались большие скачки напряжения в «боевой сети». То есть заграждения пытались преодолеть, но безуспешно, — рассказывает член исследовательской группы «Укрепрайон» Анатолий Воронин.

По некоторым данным, вермахт все-таки понес потери. Так, в районе деревни Козино на Волоколамском шоссе немецкие пехотинцы, числом до роты, получили смертельные поражения электрическим током. Аналогичная информация поступила с иных участков. 

Еще одна советская новинка того времени — фугасные огнеметы ФОГ-1, их порой и сейчас находят поисковики. В грунт устанавливался баллон с огнесмесью, из которого прямо по фронту на уровне земли торчал металлический шланг. Заряд выбрасывался под давлением, создаваемым пороховыми газами, струя пламени летела почти на сотню метров. Именно при помощи этих нехитрых устройств противника остановили на подступах к Кубинке: в деревне Акулово особо отличилась 26-я отдельная рота фугасных огнеметов под командованием лейтенанта Михаила Собецкого. Всего один залп — и уничтожены четыре танка вместе с ротой пехотинцев, и это была не единственная победа, враг не прошел.

Заряженный ФОГ-1 и сегодня очень опасен, жидкость КС (на фронте ее расшифровывали «кто смелый?») в герметичных баллонах почти не подвластна времени. Огнесмесь самовоспламеняется на воздухе, а погасить ее практически невозможно. И где скрыты баллоны с ней, точно неизвестно, крупномасштабные карты тех лет и поныне секретны. В земле, возможно, еще скрыты тысячи «сюрпризов». Тем не менее 75 лет назад ФОГ-1 внесли огромный вклад в оборону столицы. А сами огнеметы производились на московских заводах и даже в артелях: город защищали и рабочие с госслужащими, и цеховики.

Ампулометы — другая придумка тех дней, они также сделаны по принципу «хорошо и недорого». Обычная водопроводная труба большого диаметра, на торце — заглушка с местом под крепление патрона обычного охотничьего ружья. Себестоимость изделия близка к нулевой. В ствол закатывается стеклянный шарик диаметром примерно 10 сантиметров, под действием пороховых газов он летит во врага. Внутри «ампулы» — та же самая КС. Если найдете такую, копая дачный огород, ни в коем случае не разбивайте и не пытайтесь вскрыть. Вспыхнет моментально.

Инструкция ГВХУ Красной Армии

Командование, кстати сказать, поощряло смекалку бойцов, более того, наиболее удачные народные методы брали на вооружение — старались тиражировать. Наглядный тому пример — инструкция ГВХУ Красной Армии от 21.11.1941 «По устройству противотанковых и противопехотных заграждений — огневых валов и бутылочных полей». В первом случае поджигались разложенная на пути захватчиков солома, опилки, торф и прочие горючие материалы, во втором — танки и бронеавтомобили останавливали при помощи разбросанной стеклотары, заполненной бензином и той самой КС. Просто и действенно. Документ очень любопытный и, без преувеличения, уникальный. Хотя тоже отчего-то пролежавший более 70 лет в спецхране.

На главных подступах

Напротив, обычную фортификацию никто и никогда не засекречивал, мы каждый день проходим с ней рядом и даже не замечаем. В прибрежной зоне Филевского парка — целая россыпь пулеметных колпаков (жботов) и частично разрушенный дот; чуть выше по течению Москвы-реки, в Строгино, на склоне можно ознакомиться с прекрасно сохранившимся артиллерийским сборным дотом. Он сооружен из железобетонных балок, которые имеют пазы, по сути, это некий аналог старого доброго русского сруба. Тоже новинка 1941 года, специально придуманная для обороны столицы, такие стоят повсеместно, в том числе и на Бородинском поле. Что неприятно — по «сборникам» нет отечественной документации, только вражеская, немецкие инженеры дотошно протоколировали все важное или необычное. А бумаги РККА не спешат показывать публике. Хотя они сильно помогли бы поисковикам — им нередко встречаются совершенно неведомые объекты.

А. Дейнека «Окраины Москвы. Ноябрь 1941 года»

Фортификационные сооружения есть на Рябиновой улице, в Нескучном саду, в Сокольниках, на Головинских прудах и в Кузьминском лесопарке. Тогда, осенью 1941-го, Москва держала круговую оборону. Многие из дотов сегодня облагорожены, рядом стоят пояснительные таблички, а в праздники там всегда лежат цветы. Примеров хватает: дот у метро «Калужская», в Тропарево, около станции «Новоясеневская»... Увы, есть и заброшенные объекты, которые подчас страдают от вандалов: не так давно мародеры выдрали бронемаску из огневой точки на Рябиновой, чуть ранее исторический памятник лишился бронедвери. Скорее всего, и то и другое ушло в металлолом.

К сожалению, никакого патриотического турмаршрута по уникальным оборонительным сооружениям столицы нет, это дело будущего. Да и непросто его создать. Далеко не все возводили четко по первоначальным планам, местами импровизировали, потом достраивали и многократно модернизировали. Ведь работы по совершенствованию МЗО прекратились лишь в октябре 1943 года, поэтому на один и тот же участок порой существует несколько различных схем.

— Вожди гитлеровской Германии не отказывались от замысла захвата нашей столицы до тех пор, пока жила надежда нанести СССР поражение во Второй мировой войне. Соответственно, советское руководство сохраняло Московскую зону обороны как потенциальное средство защиты города. Ликвидация МЗО в конце 1943-го, очевидно, была связана с победой в Курской битве, после которой немецко-фашистские войска утратили возможность проводить стратегические наступательные операции, — подводит черту кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Государственного музея обороны Москвы Кирилл Ривчак.

Но лишь энтузиасты-краеведы, которые есть в каждом районе, смогут вам рассказать интересные подробности.

— Вот здесь, на территории Ботанического сада, были окопы — смотрите, они и сейчас видны. За линией МОЖД, там, где в 70-е построили метродепо, на берегу Лихоборки располагались позиции артиллерии, я еще помню остатки блиндажей и орудийные дворики. Треугольник между окружной железной дорогой и ныне не существующей Бескудниковской веткой вообще был сильно насыщен войсками. На Юрловском проезде, там, где сегодня стадион, находился небольшой аэродром ПВО, он прикрывал оборону с воздуха. По берегам Чермянки стояли пулеметные колпаки, а мост через Яузу около пруда Холодок держал дот, — делится член московского сообщества «Северяне» Сергей Владимиров.

Противотанковые заграждения на Калужской заставе

Краевед ошибается, но всего на какую-то сотню метров. Согласно карте оборонительных сооружений от 14 января 1942 года (ЦАМО ф.450 оп.11158 д.146a) пушки размещались чуть южнее, теперь тут гаражи, рынок и промзона. Хотя, быть может, ошибки нет — не исключено, позже они появились и там, где в настоящее время проходит улица Березовая аллея.

В торце здания газеты «Культура» по адресу: Новослободская, 73, была вмурована амбразура казематной пулеметной установки НПС-3, она простреливала подступы к Савеловскому вокзалу. Улицу здесь перегораживали баррикады и противотанковые ежи, а на углу Бутырского Вала дежурила зенитная батарея.

— Сохранившиеся амбразурные короба НПС-3 в стенах зданий современной Москвы мне не известны. Предположу, что после войны они были замурованы и заштукатурены. Соответственно, их вряд ли можно обнаружить визуально. В то же время в столице сохранился десяток более значительных сооружений — железобетонных дотов, в том числе с амбразурным коробом НПС-3. Их расположение и фотографии отмечены на карте, — уточняет Кирилл Ривчак.

С тыла подступы к городу также плотно прикрыли. Скажем, в районе Пушкино по старой Ярославке и сегодня видны позиции для противотанковых орудий, например, у поворота на станцию Заветы Ильича. Ближе к Москве насыщенность сооружениями возрастала, около платформы Перловская не так давно поисковики обнаружили пулеметный колпак. жботы найдены возле станции Тайнинская в Мытищах и на берегах Учинского водохранилища — под Тишково и Степаньково.

— Согласно письму МК и МГК ВКП(б) от 29 января 1942-го только на Подольской и Кунцевской укрепленных линиях (Хлебниковский рубеж и внешний пояс обороны города) было устроено: противотанковых рвов — 361 км, эскарпов — 336 км, пушечных дотов — 571, пушечных дзотов — 3255, пулеметных дотов и дзотов — 3755, — приводит впечатляющую статистику Анатолий Воронин.

Дневник лейтенанта Гончарова

Документы по МЗО потихоньку достают из хранилищ, сканируют и выкладывают в интернет. Однако этот документ, лишь недавно ставший доступным на русском языке, никто и никогда не секретил. Но история у него тоже непростая. В руки кого-то из военнослужащих вермахта в начале 1942-го попала часть дневника погибшего советского командира, имя которого было неизвестно. Бумаги передали по инстанции, и они вроде бы даже дошли до высшего руководства рейха. В конце 60-х их издали на Западе, но обратно на русский перевели только в этом году. К сожалению, оригинал записок утерян, зато российские поисковики смогли установить автора — им оказался помощник начальника штаба 616-го стрелкового полка 194-й стрелковой дивизии старший лейтенант Владимир Гончаров (погиб 03.02.1942).

Дневник не блещет высоким слогом, красный командир просто грамотно и подробно фиксирует увиденное: этим документ и ценен. Он — очередное свидетельство контрнаступления под Москвой.

«Очень низкая температура. У немцев только летнее обмундирование. У большей части из них обмороженные ноги. Другие даже насмерть окоченели. Когда смотришь на своего врага, то испытываешь сочувствие к людям. Как же это жестоко, бросать армию в таком состоянии. Дела у противника нынче куда как хуже, чем летом. Лошади больше не тянут повозки. На улицах валяются десятки, сотни пристреленных лошадей, кругом машины и бочки. Из-за плохих дорог и недостатка топлива, побросали все что можно. Автоматическое оружие заедает, снабжение не доходит. Всему виной мороз, плохие обмундирование с питанием и наши атаки», — это запись от 3 января 1942 года.

Кем был Гончаров на гражданке, неизвестно, но ему не откажешь в наблюдательности и аналитических способностях. Знакомый с идеологией врага, он достаточно критически относится к «высшей расе». Благо пленных к тому времени хватало, об их захвате также упоминается в дневнике.

«При ближайшем рассмотрении видишь, что это тупой, дурацкий, бесстыжий бюргер. Хотя рассматриваю фотографии среди их документов — на них приятные молодые люди в галстуках и аккуратных костюмах. У них тоже есть немало честных и приличных парней. Они сражаются по приказу, который вынуждены исполнять, чтобы их не расстреляли», — запись от 5 января 1942-го.

Да, этим самым немцам приказывали крепиться и бороться. В том числе с русской погодой, которую командование вермахта считало чуть ли не главным врагом. Еще один любопытный документ — перевод немецкого приказа от 09.12.41 за подписью Гейнца Гудериана. «Мы должны победить не только русских, но и их землю и ее суровый климат», — призывал гитлеровский генерал. Результат всем известен.

Впрочем, не стоит списывать сокрушительное поражение вермахта в битве за советскую столицу исключительно на погоду, от холодов страдали и красноармейцы. Техника, кстати, тоже порой отказывала, особенно оснащенная дизельными моторами. Но, несмотря ни на что, наши деды и прадеды снова и снова поднимались в атаки, совершали подвиги, жертвовали собой. Это не просто красивые слова, так все и происходило. Отступать было некуда — позади с надеждой и верой застыла Москва.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть