Лазурная Россия

05.09.2014

Елена ФЕДОРЕНКО, Канн

На французской Ривьере завершился 17-й каннский Фестиваль российского искусства.

Один из крупнейших государственных проектов в области культуры был задуман почти два десятилетия назад — в пору, когда мир охватила фестивальная лихорадка. Большинство тогдашних начинаний не протянули и десяти лет. А вот в Канне по-прежнему ежегодно в последнюю неделю августа все подчинено русской культуре.

Фестиваль стал долгожителем благодаря счастливой идее Никиты Михалкова — ныне почетного гражданина Канна. Его команда выстроила драматургию фестиваля как собрание ярких сюжетов, раскрывающих ключевую тему — тему России. В центре каждого предыдущего феста было представление одного из наших регионов. Образ бескрайней страны складывался постепенно, и свою лепту в его формирование внесли Дагестан, Татария, Хакасия, Вологодская, Астраханская, Омская области… Однако в нынешнем году формат изменился. 

Окно в мир

Рассказывает бессменный генеральный продюсер фестиваля Татьяна Шумова: «За 17 лет мы успели многое поведать о России. Но эта тема неисчерпаема так же, как необъятна наша страна: знакомство растянется на многие годы. Фестиваль-2014 мы посвятили столетию начала Первой мировой войны. В дальнейшем, конечно, вернемся к презентации регионов, к чему зрители привыкли. В штаб фестиваля задолго до открытия обращались с вопросом, какой край ждать в гости. И слишком часто за последние месяцы спрашивали, состоится ли фестиваль вообще...» 

Опасения были не беспочвенными. В конце лета, в самый разгар сезона, Канн обычно заполнялся курортниками из России, подтягивались отдыхающие со всего Лазурного Берега, чтобы посетить фестивальные вечера. Но туристический поток из Отечества нынешним летом заметно обмелел. Да и потомки эмигрантов напрасно ждали в гости своих российских родственников.

Русская диаспора «квартирует» неподалеку от Храма Архангела Михаила на бульваре Александра III. В тихом дворике беседую с грустной — почтенных лет — Анной: «Семья моего деда уезжала в эмиграцию из Севастополя, который, слава Богу, вновь стал русским. Я скучаю по России, в традициях которой нас воспитывали, скучаю по русской речи. Мы, наверное, последнее поколение, владеющее родным языком. Политики пытаются влиять на французов в отношении к России, поэтому, услышав, что фестиваль скорее всего отменят, я не удивилась, но расстроилась. Для многих из нас «русская неделя» в Канне — смысл года и важная часть нашего образа жизни. Зато как обрадовалась, когда узнала, что фестиваль будет! Попросила внучку зарезервировать билеты, но на многие мероприятия они, как выяснилось, уже разошлись. К сожалению, французское телевидение делает все возможное, чтобы подорвать авторитет России, но в Канне это не проходит — к нам относятся тепло».

Разговоров с бывшими соотечественниками случалось в фестивальные дни немало. Один из них — с горничной небольшого отеля: «Я на Лазурке больше двадцати лет. Сюда приехал работать муж, здесь родился сын. Потом мы развелись, я осталась — сын учился в школе, родители в Киеве умерли. Исторически отношение к выходцам с востока Европы здесь хорошее, но неприятно то, что всех пьяниц и дебоширов без исключения называют русскими... Мои коллеги в последнее время относятся ко мне с особым вниманием. Недавно нашла в номере отеля, откуда выехал постоялец, 500 евро. Отдала управляющему. Через какое-то время он вызвал меня и говорит: «Оксана, за деньгами никто не обращался, возьми их, пошли сестре на Украину, пусть купит обогреватель — там отключили горячую воду…»

Дорогого стоят слова депутата Национального собрания Бернара Брошана, 13 лет возглавлявшего мэрию Канна: «Фестиваль российского искусства доказывает, что мы любим Россию и всегда будем выступать за Россию. Несмотря ни на какие события, происходящие в мире, санкции и запреты, мы должны оставаться вместе. Я — всегда за Россию». Новый мэр Канна Давид Лиснар ради фестиваля прервал свой отпуск: «Фестиваль затронул такую важную тему, как сотрудничество наших народов в годы Первой мировой войны. Россия и Франция боролись сообща. В сложной политической обстановке, сложившейся сейчас на планете, необходимо напомнить всему миру, что история не раз перекрещивала наши страны, что русские и французы — друзья, они всегда были и будут вместе. Канн ценит Россию, а наш город — это окно в мир, и фестиваль, который мы проводим уже не один год, отражает отношения сердечной дружбы, связывающей Россию и Францию».

Павшим на поле брани

Гостей и жителей Канна тронула до глубины души лития на кладбище Гран-Жас, где почтили память всех погибших в годы Первой мировой войны. Команда Татьяны Шумовой сообща с представителями мэрии и Дворца фестивалей и конгрессов осуществила уникальную акцию, ставшую эпиграфом русского праздника. 

Гран-Жас — кладбище мемориальное, одно из самых знаменитых во Франции. Здесь нашли вечный покой ювелир Карл Фаберже и знаменитый летчик Николай Попов и Ольга Хохлова — жена Пикассо. Есть в этом торжественном и печальном парке с ухоженными дорожками, утопающими в ярких цветах, русское каре, где похоронены офицеры и солдаты экспедиционного корпуса, скончавшиеся в госпитале. Госпиталь работал в годы Первой мировой войны в отеле «Карлтон». Отель — символ Канна и тоже имеет русско-французское пересечение: его история связана с великим князем Михаилом Михайловичем Романовым. За свою любовь к внучке Пушкина князь, носитель царской фамилии, вынужден был покинуть Россию. Обосновался в Канне, где развивал спорт и внес значительную сумму на строительство «Карлтона». О пристрастии Михаила Михайловича к чаепитиям и лимонным пирогам до сих пор вспоминают в отеле.

В низовье кладбища, на русском каре, и отслужил литию архимандрит Александр — настоятель русского православного Николаевского храма в Ницце. Пели монахини Свято-Никольского Черноостровского женского монастыря из Малоярославца. Накануне главного фестиваля в Канне они участвовали в молодежном фестивале-спутнике. Эхом летели над погостом голоса: «Слава героям, за Веру и Отечество положившим жизни свои. Вечная память всем павшим на поле брани». Положена еще одна фестивальная традиция: лития станет ежегодной.

Вечером того же дня открылась выставка «Россия в Первой мировой войне: героизм, самопожертвование, милосердие» из собрания Государственного центрального музея современной истории России и частных коллекций. Полотнище полкового гвардейского знамени, казалось, дышало в такт «Солдатской колыбельной песне»... Портреты генералов Куропаткина и Брусилова, запечатленный в печали взгляд Николая II, сосредоточенность великих княжон, ухаживающих за ранеными в лазарете... Добавьте сюда карты и сатирические открытки, кокарды, медали, погоны, бляхи, тематические плакаты, авиационный пулемет системы «Максим»...

Вид с виллы Домерг

Летопись России выводится в Канне широко, складывается из спектаклей и фильмов, выставок и концертов, встреч и показов мод. Организаторам — Дирекции международных программ при поддержке Министерства культуры, МИДа России, Российского фонда культуры, мэрии города Канна и Дворца фестивалей и конгрессов — не в новинку собирать пеструю фестивальную афишу, тем более что вкусы публики им хорошо известны. Программа «Россия вечная» театра танца «Гжель» птицей-тройкой пронеслась по сцене дворца. Оживали картинки ярмарочных балаганов, сценки купеческой старины со спесивыми приказчиками и замоскворецкими красавицами, хороводы напоминали старинные кружева.

На гала-вечер «Русская ночь» собирается изысканная публика. Первый тост — за гостя, награжденного почетным знаком фестиваля «За выдающийся вклад в укрепление культурных связей между Россией и Францией». Лауреатом 2014-го стал Клод Палланка — почетный консул РФ в Монако. 

Далее — непринужденное общение, ужин под воспоминания о Серебряном веке. Цыганские страсти. Салонные романсы. Ритмы джаза. А в ночном небе — грандиозный пиротехнический спектакль от Центра фейерверка «Хан» — эта калининградская команда увозит домой «Золотую весталку», кубок чемпионов Международного каннского фестиваля фейерверков. Романтике зрелища под музыку Чайковского и Доги аплодировали зрители, до отказа заполнившие набережную.  

Хакасский театр кукол «Сказка» — давний знакомый Канна: приезжают не впервые, сейчас — с премьерой «Арчол — путь воина». Французы пришли семьями, и все, независимо от возраста, следили за приключениями трех братьев, отправившихся на поиски похищенной отары овец. Братья совершают поступки добрые и не очень, в итоге становится понятно: одержать победу помогает умение прощать и готовность прийти на выручку другу. Изящный и умный спектакль сыграли на бис — показ был благотворительным, для инвалидов и сирот.

Героем Дней кино стал «Мосфильм». Отмечали 90-летие студии, отобрали хиты разных лет и жанров: «Идиот» Пырьева, «Зеркало» Тарковского, «Иван Васильевич меняет профессию» Гайдая. Свою картину «Благословите женщину» Станислав Говорухин представил лично. Генеральный директор «Мосфильма» Карен Шахназаров рассказал о крупнейшей российской киностудии, познакомил с лентами коллег и своими картинами «Курьер» и «Цареубийца». В прошлом году на фестивале повышенным вниманием был окружен трогательный фильм «Линар», премьера которого прошла на молодом Национальном кинофестивале дебютов «Движение» в Омске. Тогда и решили, что в Канне бонусом к каждой кинопрограмме станет картина, получившая приз зрительских симпатий на омском смотре. Нынче — «Поддубный» Глеба Орлова. Омичи и каннцы оказались единодушны в симпатиях к несгибаемому русскому богатырю.

Традиционно вилла Домерг приняла вокальный вечер — талантливых питомцев Академии молодых певцов Мариинского театра представила Лариса Гергиева. Этому дворцу с тенистым садом, водопадами и скульптурами самое место на респектабельном, модном и шумном побережье. 

Фавн и его ученицы

Наибольший интерес публики вызвал заключительный вечер классического балета. Дягилев, Павлова, Бакст, Шаляпин, Баланчин — их искусство столетие назад заворожило Лазурный Берег. Нынче шумным ажиотажем сопровождались выступления воспитанников Академии Русского балета имени Вагановой. Ее руководитель Николай Цискаридзе, любимец Франции, сам вышел на сцену, исполнив заглавную роль в «Послеполуденном отдыхе фавна». В 1912 году парижскую премьеру первой постановки Вацлава Нижинского сопровождали скандал и сенсация. Особенно зрителей шокировал финал, когда Фавн забывался в фетишистских играх с шарфиком нимфы. Двусмысленность концовки ректор притушил — все-таки босоногими нимфами, спешащими искупаться в роднике, выступали его юные ученицы. Фавн Николая Цискаридзе несколько округлился телесно, но не утратил своей харизмы, животной чувственности, фронтальной пикантности поз. Публика неистовствовала.

Утром пугливые нимфы грелись на солнышке, и пышнотелые пляжные лежебоки с интересом рассматривали стайки балетных учениц. Кто-то щелкал камерами мобильников. Разговорить юных артисток оказалось несложно: «Нам так хорошо в Канне, какой красивый и теплый город, море — потрясающее. Наш новый ректор? Прикольный! Целыми днями в Академии, с утра до вечера. Не понимаем, как он все успевает. Он строгий, следит за дисциплиной, приходит на общеобразовательные экзамены и требует, чтобы мы много читали…» 

Перед концертом, составленным из классического дивертисмента и свадебного Гран па из балета «Пахита», удалось задать Николаю Цискаридзе несколько вопросов.

культура: Можно ли назвать выступление воспитанников Академии в Канне Вашим первым ректорским отчетом?
Цискаридзе: Результат моей работы был предъявлен на сцене Мариинского театра в июне на выпускном вечере Академии. Думаю, вам рассказывали, насколько громко, шикарно, с размахом он прошел, — такого не было в Питере много лет. На фестиваль мы привезли 26 учеников — тех, кто смог: не надо забывать, что у детей каникулы. К тому же, составляя программу, мы выбирали номера, где можно по минимуму задействовать декорации — их сложно везти.

культура: Почему Вы решили в «школьном концерте» выйти на сцену? 
Цискаридзе: Предложила Татьяна Шумова. Кроме «Фавна», ничего сейчас не исполняю — снял трико и с большим удовольствием повесил его на гвоздик.

культура: То есть для сцены оставили только «Фавна»?
Цискаридзе: В Михайловском танцую вдову Симону в «Тщетной предосторожности» и таких характерных ролей могу исполнять сколько угодно. Трико я не надену, это уже не мое. А «Фавн»? Много лет наблюдал за моими коллегами, девочками, которые на концертах танцевали «Умирающего лебедя», и думал: «Какие они счастливые — не надо потеть и напрягаться, только из угла в угол плыви в па-де-бурре». Когда исполнил «Фавна», понял, что и у меня теперь есть номер для пенсии, свой «Лебедь».

культура: Как думаете, в чем причина столь долгого и стабильного успеха Фестиваля в Канне?
Цискаридзе: Когда я оказывался на Лазурном Берегу не как участник фестиваля, а как отдыхающий, то смотрел спектакли, слушал концерты. Несколько лет назад увидел здесь «Войну и мир» Сергея Бондарчука — все серии подряд, с двумя перерывами на еду. Просмотр начался в 11 часов, а завершился поздно вечером. Конечно, я видел этот фильм много раз, но все-таки по телевизору. А тут на огромном экране, в отреставрированном виде! Нас — русскоговорящих — среди публики было человек десять, остальные — французы. Меня поразило, что практически никто не ушел. Это был интересный эксперимент.

Фестиваль выполняет очень важную просветительскую миссию. Я сталкивался с тем, что многое зависит от паблисити. Когда я восстанавливался после травмы в деревушке около Биаррица, каждый второй из обслуживающего персонала задавал вопрос: «Николя, правда, что у Вас ходят медведи по улицам и стреляют из подворотен?» Им страшно лететь к нам. Не только в наше время — уже много лет — пропаганда работает на то, что русские — дикари, что в России все очень плохо. Верно сказал Козьма Прутков, что люди подобны колбасам: чем их начинят, то и носят в себе. Мало кто удосуживается поинтересоваться, что происходит на самом деле. А фестиваль привозит замечательные программы и формирует непридуманный образ России — высокохудожественной страны. С доставкой на дом.


О том, как прошел первый учебный год Николая Цискаридзе в качестве ректора, читайте в следующем номере.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть