Чай пили, чашки били, по-турецки говорили

20.10.2017

Никита КЛИН

Фото: Дмитрий ЩелоковНовая выставка в музее-заповеднике «Царицыно», с размахом соединившая пять сотен экспонатов из 25 российских музеев, библиотек и частных собраний, названа заманчиво: «Пламень и нега Востока». В фокусе «турецкая» тема в отечественной культуре 1760–1840-х годов: от екатерининской эпохи до николаевской.

Тут сошлись контрастные стихии — огонь и вода, или, скорее, жгучий перец и рахат-лукум. Кровопролитные сражения и сказочная роскошь. Если, скажем, Венецианской республике земли Полумесяца в силу давних торговых связей были близки и понятны, то нашей стране — державе северной, противостоявшей Османской империи, — в XVIII столетии еще предстояло их узнать. Почетное место отвели портретам главных первооткрывателей — императрицы Екатерины II и светлейшего князя Потемкина-Таврического.

Европой тогда завладело увлечение ориентализмом, «турецкий стиль» (тюркери) активно теснил «шинуазри» — китайщину, если грубо перевести на русский.  Запад, некогда привыкший к латам и шлемам, освоил халаты, тюрбаны и шаровары. Заново пробудившийся интерес к «полуденным землям» — словно запоздалое эхо Колумбовых открытий: настала пора пристальнее вглядеться в облик соседей по Средиземноморью. Однако у России оказался особый путь — ее «восточный вкус» заметно отличался от декоративно-увеселительного варианта Старого Света. Серьезный символический смысл «тюркери» приобрел в связи с русско-турецкими кампаниями и планами Екатерины II освободить Константинополь от Османов.

В дизайнерском решении сочетаются присущий России красный и «исламский» зеленый цвета; стрельчатые и подковообразные арки украшают перегородки, выстроенные как лабиринт. Образ неведомого прежде региона представлен на гравюрах, созданных по наброскам художников из дипломатических миссий князя Николая Репнина (1775) и Михаила Кутузова (1793), на раритетных листах из коллекции Михаила Ларионова — «турецких типах» из европейских изданий XVII — первой половины XIX века.

Фото: Дмитрий ЩелоковВыставка объединила живопись, графику и декоративное искусство, архитектурные проекты, театральные декорации и даже игральные карты. В экспозиции немало оружия, редкие образцы включены в разделы «Русский корпус на Босфоре» и «Есть упоение в бою» рядом с полотнами в батальном жанре. Проект помогает осознать: ничто так не способствует проникновению чужеземных элементов в культуру, как войны. В противостоянии с восточными соседями русские восприняли новые технологии и бытовые привычки. Считавшиеся ранее уделом варваров, они стали частью церемонии, знаком того, что враги повержены, из их голов в тюрбанах — конечно, фарфоровых — можно выпить чаю, а сражения вспомнить по карте, начерченной на парадном сервизе.

Страсть к изящным вещицам, любование пышностью Востока царит в разделах «Кейф по-турецки» и «Мода à la turque». В зале «Роскошь и нега Востока» зрители не могут оторваться от полотна Карла Брюллова «Жены Гирея» и обнаженных «Невольниц» Дорнера.  

Можно увидеть и Пушкина в картине братьев Чернецовых: история его поэмы «Бахчисарайский фонтан» вписана в контекст русского ориентализма. Благодаря миниатюрному томику рядом с акварелью Кваренги «Вид ханского дворца в Бахчисарае» переносишься в Крым. В разделе «Восточная Аркадия. Путешествие по Тавриде» виды городов и крепостей, дворцов и усадеб эпохи романтизма, вроде холстов Айвазовского и Никанора Чернецова, оттеняет инсталляция Юрия Молодковца. На экран проецируются черно-белые кадры, снятые в 2017 году в тех же местах южного берега полуострова, что изображены на полотнах первой половины XIX столетия. 



Фото на анонсе: Дмитрий Щелоков 

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть