Ярко и жарко

06.11.2015

Ксения ВОРОТЫНЦЕВА

Галерея «Арка» при поддержке севастопольского партнера — галереи «Арт-Бульвар» — знакомит москвичей с любопытным феноменом: крымской живописью. И хотя работы, созданные на берегу Черного моря, вряд ли можно отнести к отдельной школе, название выставки, «Остров Крым», акцентирует «инаковость» местного искусства. А заодно и напоминает о воссоединении с Россией, оказавшемся, впрочем, куда более счастливым, чем в романе Василия Аксенова.

И все же «остров» — не совсем точное слово не только с географической точки зрения. Как заметила представлявшая экспозицию искусствовед Елена Самойлова, Крым всегда был тесно связан с нашей страной: «Со времен Крещения князя Владимира мы постоянно возвращаемся к этому куску земли, ставшему частью нашей жизни». Не являлась территория обособленной и в царское время. Напротив: в короткие сроки сумела стать третьей культурной Меккой после двух столиц. 

— В XIII–XIV веках Флоренция считалась маленьким ремесленным городом, — продолжает Елена Самойлова. — И превратилась в центр итальянского Возрождения, после того как там родились Джотто и Данте. Крым преобразили два человека — Иван Айвазовский и Александр III. Первый, уроженец Феодосии, добился перестройки порта, привлек в город художников. А при императоре двор стал проводить лето в Крыму. Было возведено множество дворцов, усадеб и вилл, которые живописцы заполнили новыми работами.

Именно здесь стали особенно популярными пейзажи — в мрачном Петербурге они претендовали лишь на роль фонового изображения. Художники оценили южную пряность природы, особую свето-воздушную среду, яркие краски: все, за что они любили Италию, где частенько проходили практику после Академии художеств.

Дореволюционный период на выставке представлен кратко — небольшой работой Лагорио «Берег моря» (конец XIX — начало XX века). Основное внимание уделено советскому времени. После 1917 года из Крыма уехало много живописцев, однако связь поколений счастливым образом не прервалась. Например, в некоторых полотнах Федора Захарова — скажем, в «Пейзаже с минаретом» — чувствуется влияние Коровина, умевшего так изобразить выбеленную солнцем землю, что у зрителей болели глаза. Другой крымский художник, Яков Басов, совершенствовался под руководством знаменитого баталиста Николая Самокиша, а также изысканного мастера Серебряного века Василия Шухаева. Итог — полотна с оттенком импрессионизма, романтичные, но не утратившие связи с реалистической основой.

Многие из художников, показанных на выставке, — дети войны. Владимир Филатов еще подростком был угнан в Германию. Вернувшись из плена, работал на заводе. Художником стал по велению сердца, выбрав в учителя «мятущуюся душу» — Ван Гога. Действительно, их картины объединяет особая фактурность мазка, при этом живопись Филатова, пастозная и даже тяжелая, сохраняет свежесть и очарование. Еще один представитель крымского искусства — уже ушедший из жизни Анатолий Сухоруких. Военное детство, потеря отца — и влюбленность в картины, а также встреча с Валюшей, будущей женой, — все это определило становление художника. Среди работ, показанных на выставке, — пышный букет сирени, нарисованный майским утром 1971 года.

Украшают мужскую компанию произведения Валентины Цветковой, родившейся в Астрахани, но жившей и работавшей в Крыму. Здесь — сочность красок, импрессионистичность манеры и нежная романтика, знакомая каждому, кто бывал в сказочной Тавриде. Ведь нет ничего лучше, чем, подобно героине картины «Вид на Ялту» (1974), сидеть на балконе с книгой в руках и рассеянно скользить взглядом по страницам. А вокруг — аромат цветов, фиолетовые облака и теплый ветер. То есть — Крым.


Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть