Забытая мелодия для коклюшек

06.03.2015

Татьяна УЛАНОВА, Вологда

5 марта единственный в России Музей кружева в Вологде представил «Красоту, скрытую от глаз» — выставку на тему дамского неглиже, возбуждающего интерес не только у женщин. Лифы и панталоны, сорочки и комбинации, нижние юбки и чепчики — уникальные образчики исподнего конца ХIХ — начала ХХ века и любопытные экземпляры советского периода из фондов музея-заповедника. Большая часть вещей — made in Vologda, в том числе с использованием бренда №1.

На Западе вологодское кружево называют «русским», да и у нас оно самое известное. Но востребован ли сегодня старейший северный промысел? Есть ли кому передать традиции? Какими качествами нужно обладать, чтобы сплести хотя бы воротничок? Спецкор «Культуры» выведала несколько секретов у Или Верещагиной — вологжанки, более полувека не расстающейся с коклюшками.

Нервничать запрещается

Коклю-коклю-коклю... Перебор точеных деревянных палочек — как умиротворяющая музыка. Мастерица ловко перебирает коклюшки (из березы, яблони, черемухи или даже непопулярные еловые, со временем приобретающие шероховатость), едва успеваешь следить за руками: вправо — влево, вправо — влево. На коленях — внушительная белая подушка (она же — валик, бутуз, баран, барабан, куфтырь), набитая легкой и удобной для прокалывания соломой (можно сеном, стружкой, даже тяжелыми опилками) и водруженная на подставку — пяльца, которые также называют козлами или разножкой.  

— Сюда дошла, а куда дальше? — растерянно спрашивает Татьяна, одна из пяти женщин, занимающихся по субботам в студии Верещагиной при музее.

— Теперь переход... Дальше в угол... Заплетаешь... Пришла — ушла... Тут развернулась, и сюда...

Иля Сергеевна терпеливо объясняет премудрости ремесла. Сейчас в студии только «крепкие орешки» — третий год занимаются, не один подарок близким сплели. Однако до сих пор не все тайны вызнали, даром, что основные заветы заслуженной кружевницы зарубили на носу: перед тем, как сесть за подушку, тщательно вымыть руки, по завершении работы — коклюшки. К нитям в процессе не прикасаться (большую вещь можно плести и два года), иначе запачкаются, а готовое изделие стирать не принято. Наматываются нити вручную, хотя некоторые приспосабливают для этого швейную машину и даже дрель. Пока изделие не готово, булавки не вынимают. И все движения — только справа налево!

— Что самое сложное? — пытаюсь разобраться в льняных и хлопковых хитросплетениях.

— Теперь — ничего, — улыбается Татьяна. — Это уже мерное кружево. Десять пар коклюшек от бабушки достались. Резные, даже подписаны. Десять — это немного. У Или Сергеевны сейчас в работе 28...

Иля Верещагина

— Больше пар — шире кружево, — объясняет преподаватель. — В мерном кружеве нужно мыслить совсем по-другому, иначе воспринимать рисунок. Но те, кто много лет плетет, булавки по точечкам ставят уже с закрытыми глазами, иногда даже одной левой... 

Отполированные женскими руками деревяшки, утыканный оксидированными (чтобы не ржавели) булавками графический рисунок — сколок, без которого не сплести даже маленькую салфетку, и четыре основных элемента, как семь нот в музыкальной грамоте, необходимых для изготовления кружева. Самый простой — плетешок, самый сложный — насновка (считалось, освоит ее девушка — станет кружевницей), полотнянка и сетка. Точно так же триста лет назад плели замысловатые узоры для господских одеяний крепостные крестьянки — модой на кружева Россия обязана Петру Первому. В начале прошлого века коклюшки на Вологодчине были едва ли не в каждой избе. Тетя потомственной кружевницы Веры Веселовой плела чулочки и зонтик для императрицы Александры Федоровны. А сегодня даже азы даются не всем. 

— Многие женщины приходят с установкой: кружева нынче дороги, научусь за месяц плести и буду зарабатывать косынками, — рассказывает Иля Верещагина. — И, как правило, именно у них ничего не получается. Желание — хорошо, но без терпения оно ничто. Сидишь-то в одном положении — на позвоночник большая нагрузка, тело затекает. Раньше на производстве заставляли прерываться на зарядку. Хочешь не хочешь (кружевницы всегда на сдельной работе, стремятся успеть больше), надо встать и размяться. Зато руки все время в движении, с деревом, а это развитие мелкой моторики, необходимое не только малышам.

— Мастерицы, наверное, релаксируют под перезвон коклюшек? Кружевоплетение могло бы стать разновидностью психотерапии...

— Вы правы, когда садятся за кружево, думают только о нем: как красиво получается, не забыть бы сделать решеточку, не пролететь мимо... Никаких плохих мыслей! Начнешь нервничать, ниточку сильнее потянешь — оборвется, придется расплетать, закреплять... Нет, кружевоплетение возможно только с положительными эмоциями!

Вот он, главный секрет: кружева плетут только добрые женщины. А у добрых и результаты получаются сказочные. Настоящие произведения искусства, глядя на которые невозможно поверить, что они выполнены вручную, даром, что прежде художник должен создать эскиз, а технолог — сколок. На панно гуляют олени и скачут белки, на скатертях цветут яблони и поспевает рябина. 

Трехметровая снежинка

Скатерть «Снежинка»

Самый знаменитый экспонат Музея кружева — трехметровая в диаметре скатерть «Снежинка», одиннадцатый проплет, сделанный по первоначальному сколку. Десять предыдущих раскупили крупнейшие музеи мира, хотя в 1980-е «Снежинка» стоила, как отечественный автомобиль. Рождался образец девять месяцев. Эскиз рисовала Виктория Ельфина. 25 кружевниц выплетали детали. И лишь затем все собиралось с помощью иголки и тамбурного крючка. 

— Наверняка у каждой кружевницы свой «почерк», как же они делают одну вещь?

— Мастериц подбирают по рукам, — объясняет Иля Сергеевна. — Смотрят, кто как плетет полотнянку, какие насновки получаются...

— Одна мучка, да разны ручки, — вспоминает к месту пословицу заведующая экскурсионным отделом Елена Калинина. — Раньше места соединения были заметны, сейчас вы их не увидите. Сцепная техника стала совершенной.

Вологодское кружево — это и славянские символы вроде солнцеворота и птицы с распущенным хвостом, и советская атрибутика, пришедшая в 1920–1930-е на смену имперским розочкам. Гусеничные тракторы и снопы, самолеты и парашюты, звезды и гербы, село Шушенское и крейсер «Аврора». Калинин и Ворошилов. Сталин с Берией, уютно устроившиеся на скамеечке обсудить дела государственной важности... Чего и кого только не выплетали здешние мастерицы! Недаром еще в 1937 году на Всемирной выставке в Париже вологодское кружево завоевало Гран-при. На главной фабрике «Снежинка» ежегодно внедряли по 60 новых рисунков. Дорогому товарищу Сталину, к слову, кружевницы приготовили на 60-летие роскошный альбом с плетенными из шелка гербами союзных республик. В качестве приложения был напечатан список фамилий мастериц, трудившихся над подарком. И их характеристики. 

В роду Или Сергеевны кружевниц не было и нет. Однажды в детстве увидела в поселке мастерицу и обомлела — широкое кружево было сплошь увешано коклюшками. Стояла, любовалась. Но о том, что плетение станет делом жизни, и подумать не могла. Профессию выбрала мама, а двоюродный брат пособил. Посмотрев на девчат-кружевниц, посоветовал Иле поступить в училище: там все такие модницы!

— Наши мастерицы всегда выделялись, — улыбается Иля Сергеевна. — Вошли в моду перчатки — мы начали их плести. Стали носить кружевные чулки, для нас и это не проблема. А еще береты, шапочки, воротнички, галстучки. И все оригинальное! Ни у кого такого нет! Кругом дефицит, а наша мастерица на четырех парах коклюшек за несколько вечеров могла сочинить блузу... 

Про «царский» жилет, сплетенный к первому международному фестивалю кружева, и говорить нечего — когда Верещагина вышла на Кремлевскую площадь, все вокруг просто ахнули. 

— Вещь была длинная, сложная — больше четырехсот часов ушло, — говорит мастерица, привыкшая измерять работу, как на производстве.

Иля Верещагина

Значительную часть жизни проработавшая технологом, Иля Сергеевна и сегодня помнит все артикулы, варианты плетения, количество часов, необходимое для создания того или иного изделия. Не говоря уж о рисунках. В январе исполнилось полвека, как выпускница училища пришла на фабрику «Снежинка». А без коклюшек и сегодня жизни не представляет.

— Вы с пятнадцати лет занимаетесь кружевом, неужели не надоело?

— Что вы, я могу плести день и ночь. Дети выросли — времени много. Сейчас готовлю для музея образец мерного кружева, веду несколько групп, где занимаются и 20-летняя девушка, и женщина, которой под 80.

— Значит, интерес к плетению не угасает?

— Как сказать... Когда-то я спрашивала надомниц «Снежинки» в районах: а вы передали кому-нибудь свое ремесло, опыт? Некоторые говорили: молодым это неинтересно. Хотя сейчас дети с удовольствием бывают у нас на экскурсиях, причем мальчишки первыми бегут к подушке. И так радуются сплетенной своими руками фенечке!

Несколько лет назад в области была принята программа поддержки старейшего северного промысла. Открытое в 1928 году кружевное училище, откуда все неизменно приходили на «Снежинку», стало губернаторским колледжем народных промыслов. В некоторых школах кружевоплетение преподается факультативно и даже на уроках труда. В отреставрированном здании ХIХ века, памятнике архитектуры федерального значения, в 2010-м открыт уникальный Музей кружева. На проект потрачено 320 млн рублей. Отделка итальянским мрамором, люстры чешского хрусталя, высоко­технологичные витрины... Теперь у кружевных шедевров — достойное пространство площадью 600 кв. метров. А четыре года назад состоялся первый Международный фестиваль, когда на Кремлевской площади Вологды собралось несколько тысяч мастериц, и звон коклюшек начал соперничать с колокольным...

Перчатки для Гурченко, блуза для Пьехи

И все-таки сегодняшние усилия по сохранению культурного наследия Вологодчины — капля в море по сравнению с советскими масштабами распространения вологодского кружева. В 1960–1970-е годы на передовом предприятии «Снежинка» работали 6500 кружевниц, включая надомниц по всей области. Фабрика имела швейный цех, мерное кружево использовали в постельном и столовом белье, в одежде. Его везли в Москву на оптовые ярмарки, где собирались текстильщики из всех советских республик.

— Но ведь цена кружева высока, неужели раньше оно было так востребовано?

— А в советское время мы хорошо жили! — вспоминает ветеран труда, награжденная медалью «За трудовое отличие», Иля Верещагина. — Кружево было доступнее. Это нынешним зарплатам цены не соответствуют.

К.А. Воробьев «Портрет кружевницы Капиталины Васильевны Исаковой», 1960-е

Работницы «Снежинки» имели все необходимое: жилье, детские сады, базы отдыха, профсоюзные путевки, на фабрике работали медкабинет и спортзал. Выручали представительские, «звездные» и госзаказы — бесплатная и лучшая реклама промысла. Теперь это история: на борту правительственного самолета, выполнявшего международные рейсы, было три бренда: черная икра, армянский коньяк и вологодские кружева — в виде подголовника, подлокотников и шторки для иллюминатора. 

— Все важные заказы проходили через меня, — продолжает Иля Сергеевна. — Помню, фабрика выпускала перчатки одного цвета, а Людмиле Гурченко нужны были коричневые. Мы сплели, а потом увидели наше изделие по телевизору. Кажется, была еще пелерина. И скатерть около метра в диаметре — она потом тоже снималась в передаче вместе с актрисой.

— А Надежда Кадышева рассказывала мне о невероятном платье из вологодских кружев...

— Певица просила работать с ее художником: темный на подоле рисунок кверху становился светлее — это требование нужно было соблюсти... Эдита Пьеха в конце 1960-х приезжала сама — ее звезда тогда только взошла, и мы плели блузу к концертному платью, тоже украшенному кружевами. А вот Валентина Толкунова приходила в наш магазин как рядовой посетитель и выбирала буквально из того, что было. Хотя в советское время продавцы могли принести что-то со склада. Да и в московских ГУМе, ЦУМе были фирменные отделы.

Подарки главам государств и их женам, индивидуальные заказы из-за границы — и сегодня большое подспорье для «Снежинки», которая пока держится на плаву. Другое предприятие — «Вологодская кружевница» — приказало долго жить. Не наберут в этом году и курс кружевниц в училище — говорят, в области нет средств на обучение, да и с трудоустройством проблемы...  

Сплети себе кота

— В России несколько центров кружевоплетения, но в чем преимущество вологодских перед елецкими, вятскими, михайловскими, даром, что последние — цветные?

— Различия — в сложившихся в каждом регионе рисунках, технологии везде одни и те же, — просвещает Верещагина. — В советское время нам даже запрещали фантазировать, НИИ в Москве и Минместпром обязывали следовать традициям. Это потом художники разыскали антикварные вещицы, доказали, что на Вологодчине все уже когда-то было, и стали аккуратно вводить даже цвет. В Западной Европе, мне кажется, кружево осталось на раннем уровне развития. Во Франции, в Германии сегодня почти нет ни художников, ни мастериц.

Платье свадебное «Невеста Севера». 2010 г. Авторы А. Н. Ракчеева, Ю. Е. Захарова, Е. Е. Марочко

— Традиционное вологодское кружево — беленый или натуральный лен, — дополняет Елена Калинина. — Но первые кружева были золотными, позволить их себе могли только великосветские персоны. Позже серебряным и золотным кружевом украшали облачения священнослужителей. В ХIХ веке плести было модно. Девушки завлекали женихов украшенными подолами, чтобы показать, кто лучшая мастерица. Берестяные сколки передавали по наследству. 

— Даже в советское время в избах обязательно были подзоры и накидки на подушки, кружевом украшались красные углы, — продолжает Иля Сергеевна. — А в воскресенье деревенские женщины надевали кружевные косынки и отправлялись в город — в церковь. Кафедральный собор в Вологде не закрывался. И, знаете, ведь вкус был — надевая кружево, дама понимала, что украшения уже лишние. Большие изделия носили в основном по праздникам.

— А сегодня носят?

— Посмотрите на Лену — как кружевной воротничок сделал обычный джемпер нарядным. А недавно мы в студии придумали 12 вариантов использования длинного воротника апаш. Хотя не всем кружево идет. И не каждая умеет его носить... 

— Первыми моими изделиями здесь были цветы, — подключается к беседе кружевница Лена, в обычной жизни — коммерческий директор компании по продаже натяжных потолков. — Сплела, соединила по два, и получились чудесные броши близким. А в прошлом году сшила мешочки, украсила плетеным яичком, положила внутрь крашеное — и пасхальные подарки готовы! Кружевницами были мои бабушка и прапрабабушка. От них мне достался длинный черный палантин, разделенный в свое время надвое. Реставрировать сложно — много утрат. Попытаюсь сделать реновацию. 

— Вологодское кружево наверняка подделывают?

— Иногда соединяют наши и вятские рисунки, — говорит ас Верещагина. — А машинное производство так искусно имитирует ручной труд, что обыватель не отличит одно от другого...

Конец ХХ — начало ХХI века подарили кружевницам новые темы для творчества. К 200-летию Пушкина на панно вышел гулять ученый кот, а из самого синего моря приплыла золотая рыбка. Восстал из кружев Храм Христа Спасителя. А в минувшем году в моду вошла олимпийская символика. Во время фестиваля организаторы даже хотели рассадить мастериц в виде пяти колец. Да международный комитет не позволил... 

— Перед Новым годом приехали в музей московские школьники, — завершает разговор Иля Сергеевна. — И так одна девочка увлеклась, что попросила у мамы разрешения купить подушку и коклюшки. Сказала: «Буду плести!» Главное — любить кружево, тогда и промысел выживет. 

Коклю-коклю-коклю... Эта музыка будет вечной. В самом деле, не может ведь остаться кружевница только в Третьяковке. На полотне бывшего крепостного Василия Тропинина. Неправильно это как-то.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий

Комментарии (1)

  • alt

    Вера 25.03.2015 10:08:16

    В конце 1960-х Эдита Пьеха была звездой уже 10 лет, уважаемые.
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть