Калашный ряд

18.09.2014

Виктор СОКИРКО, Ижевск

Скажешь «калашников» — и сразу ясно, о чем речь. Даже в какой-нибудь забытой богом африканской деревушке знают о знаменитом русском оружии — только в России и СССР было произведено 70 млн стволов АК, или, как говорят сами оружейники, «изделий». Корреспондент «Культуры» побывал на заводе, где выпускают самый массовый автомат на планете, аккурат перед Днем оружейника, который отмечается в нашей стране 19 сентября. Узнал секреты производства, поучаствовал в испытаниях новейшего оружия, обсудил направленные против завода американские санкции. 

Город оружейников

Извечен спор между Тулой и Ижевском, кому считаться оружейной столицей России. Туляки напирают на даты: первые мастера-оружейники поселились там еще в 1595 году. А в 1712-м, по указу Петра I, была основана казенная оружейная фабрика, которая и стала прообразом Тульского оружейного завода. У ижевцев история поскромнее: оружейная контора была основана на берегу реки Иж почти на век позже — 10 июня 1807 года. Зато каков размах! Стараниями горного инженера Андрея Дерябина был построен огромный, по меркам того времени, завод. И уже осенью появилось первое оружие — солдатское гладкоствольное семилинейное ружье, получившее маркировку «нумер 15». К войне 1812 года русская армия получила 2000 «кремневок», а в ходе самой войны — еще 6000.

Так что справедливо будет признать: в России две оружейные столицы. Но вот чего у ижевцев не отнять, так это знаменитую марку. Бывший НПО «Ижмаш», выпускавший автоматы Калашникова, сейчас носит имя легендарного конструктора. В концерн «Калашников» сегодня входят Ижевский механический завод, Научно-исследовательский технологический институт «Прогресс» (Республика Удмуртия), КБ автоматических линий имени Л.Н. Кошкина (Московская область) и Вятско-Полянский машиностроительный завод «Молот» (Кировская область). 

Модификаций у «калаша» много. Помимо классических АКМ и АК-74М, это спецназовский АК-9 с укороченным стволом, автоматы «сотой серии» АК-101 (102, 103, 104), идущие на экспорт (часть из них «заточена» под натовский патрон), и высокоточный АН-94 «Абакан» — разработка ижевского конструктора Геннадия Никонова. В завершающей стадии находится разработка АК-12, который уже назвали оружием будущего. А еще концерн выпускает снайперские винтовки, пистолеты-пулеметы «Бизон», «Витязь» и «Гепард», авиационно-пушечное оружие. Но и это не все. 

Одних карабинов — дюжина, среди них такие полюбившиеся охотникам, как «Сайга», «Медведь», «Тигр», «Соболь». Далее следует целая линейка спортивного оружия. Ижевцы стараются вернуть былую славу своих винтовок «Биатлон», которых за последние два десятилетия потеснила немецкая «Аншутц». Замыкают список пневматика и макеты. Кстати, процесс изготовления макетов (а это точные копии автоматов и снайперских винтовок) сложнее, чем обычного оружия. 

— Детали нужно сделать непригодными для боевого применения, а это не так-то просто, —  говорит ветеран-оружейник Виктор Лукиных, который и стал моим гидом по заводу.

«Строчка» любит тишину

Театр начинается с вешалки, а завод... Нет, не с проходной, до нее так просто не доберешься. Со службы безопасности режима. Без спецразрешения попасть в производственную зону нереально. Да и сами рабочие из цеха в цех без соответствующей формы допуска пройти не могут. В святая святых — цехе сборки, где металл уже превращен в «изделие», можно ни разу не побывать, даже проработав на заводе долгие годы. Моего провожатого, например, не пустили в цех испытаний. А ведь он отдал предприятию больше сорока лет, прошел путь от рядового инженера до заместителя директора по производству, его тут каждая собака знает. Но — порядок есть порядок. При таких строгостях была особенно ощутима помощь руководства концерна, что позволило корреспонденту «Культуры» заглянуть во все уголки легендарного предприятия.

— У нас замкнутый производственный цикл, — рассказывает Виктор Лукиных. — Все детали изготавливаются здесь и проходят путь от ковки в кузнице до сборки, пристрелки и проверки в ОТК.

Вот лежат цилиндрические болванки-заготовки — сразу и не догадаешься, что это будущие автоматные стволы: какие-то короткие. В заготовке высверливают отверстие под будущий калибр, затем ее вытягивают до нужной толщины, причем холодным способом, без нагревания. Как это? Пытаюсь заглянуть внутрь агрегата-робота, чтобы понять, как происходит этот процесс. Виктор Дмитриевич смеется: «Ничего не увидишь, там молоточки обжимные с такой скоростью работают, что все сливается в один круг». Четыре минуты — и очередной ствол готов. А станок уже принялся обрабатывать новую болванку.

— Сколько же в день здесь производится оружия? — спрашиваю собеседника.

— Все зависит от заказов, — уклончиво отвечает он. — Сейчас работаем в одну смену, не то что раньше. Вот помню, когда началась гражданская война в Никарагуа в начале 80-х, мы день и ночь трудились, одних снайперских винтовок по тысяче в месяц выпускали. Все эти народно-демократические революции можно было, не выходя из цеха, отслеживать: как заказ увеличивается, значит, где-то война. А вот когда наша армия в Афганистан вошла, такого не наблюдалось, хватало запасов на складах.

С армией отношения непростые: еще с 1991 года Вооруженные силы перестали закупать оружие. Сейчас автоматы, пулеметы и снайперские винтовки заказывают МВД и ФСБ, ну и на экспорт завод работает. Армия же (а там, по самым скромным подсчетам, только автоматов миллионов десять на складах лежит) запасы оружия не только не пополняет, но даже избавляется от них.

— Тридцать лет прошло — везут к нам на утилизацию, — вздыхает мой провожатый. — А оно новенькое, в смазке, муха, как говорится, не сидела. Металл плющим — и на переплавку...

Тогда, в начале 90-х, казалось, что завод прекратит свое существование — не было заказов, не было и денег. Но оружейники нашли выход — переключили производство на выпуск небоевых видов оружия. Так появилась знаменитая уже «Сайга» и другие охотничьи карабины. Благодаря переориентации предприятие смогло выжить, да и сейчас именно охотничьи стволы позволяют ему успешно развиваться. По крайней мере, конвейер не пустует — как в медленном вальсе, проплывают на ленте транспортера стволы-изделия. Приобретая с каждой манипуляцией знакомую — грозную, но грациозную — форму. 

Приближаясь к цеху испытаний, я ожидал услышать треск автоматных очередей, но было на удивление тихо. Может, перерыв?

— Работа кипит, — доложил начальник испытателей Александр Черезов. — А грохот нам ни к чему, мы ведь мирные люди.

Испытания и впрямь шли полным ходом — из сборочного цеха привезли очередную партию автоматов и винтовок. А тихо — из-за того, что место испытаний обложено плотной стекловатой, это отличный шумоуловитель. В результате звук выстрелов получался не громче аплодисментов, причем не самых бурных. 

Пули летят в стометровый тоннель, в конце которого виднеется белая мишень. Рядом с огневым рубежом — монитор, на котором высвечиваются места попадания. Остается лишь подкрутить мушку, чтобы добиться максимальной «целкости», как здесь говорят, оружия.

— Мы вообще всем отвечаем, что работаем на швейной фабрике, — усмехается Черезов. — Патроны называем «иголками», которыми нужно положить ровную «строчку».

Стивен Сигал остался без работы

Два месяца назад в отношении «калашникова» американцы ввели санкции.

Карабин «Сайга»— В самих США после этого цены на нашу продукцию резко возросли, американцы его активно раскупают, видимо, боятся, что станет дефицитным, — говорит официальный представитель концерна Екатерина Бони. — Большой популярностью у американских охотников и любителей стрельбы пользуется карабин «Сайга», который в оружейных магазинах стоил около 4000 долларов. Сейчас, насколько мне известно, цена поднялась больше чем в два раза.

Тем не менее для «калашникова» США и Европа являются важными рынками сбыта. И дело даже не в деньгах, хотя продажи российского оружия в последние годы достигли суммы в 500 млн рублей (большая часть покупок приходилась на США). За престиж марки переживают в Ижевске. Нишу на американском рынке наверняка займут немцы, чехи, болгары, вероятно, и китайцы — те страны, которые выпускают АК по лицензии. При этом любителям оружия хорошо известно, что настоящее качество — только у изделий с клеймом «Сделано в России», поэтому они и пользуются такой популярностью. Можно представить, какой будет реакция американцев, которые купив АК, обнаружат на них маркировку «Made in China»...

— Есть такой Ларри Вискерс, он считается лучшим экспертом по стрелковому оружию в США, — говорит советник генерального директора концерна Андрей Кирисенко. — В его личной коллекции более 500 видов оружия и сотня из них — «калашниковы». Он говорил мне: «Вы мыслите нестандартно. От вас всегда ждут, что вы выдадите что-то гениальное». Мне кажется, что с этими санкциями американцы многое потеряют...

Россия возлагала большие надежды на американский рынок: ижевское оружие даже собирался рекламировать сам Стивен Сигал, который бывал в России и обзавелся связями в  оружейном бизнесе. Говорят, он был готов пролоббировать изменения в американские экспортные правила, которые позволили бы увеличить номенклатуру поставляемого в США российского оружия. Однако пронесся слух, будто из-за санкций сотрудничество со знаменитым актером откладывается на неопределенный срок. Впрочем, в концерне «Калашников» официально заверили: информация ряда СМИ о том, что они отказались от возможного сотрудничества с Сигалом не соответствует действительности.

Как бы то не было, на Америке свет клином не сошелся.

Без Калашникова

Концерн «Ижмаш» — любимое детище нашего великого конструктора Михаила Тимофеевича Калашникова. 23 декабря прошлого года его не стало, и с этой утратой предприятие лишилось чего-то очень важного. Те, кто был знаком с этим замечательным человеком, вспоминают его с грустью и теплотой. Но жизнь продолжается.

— Конструктор умер, но остался созданный им коллектив, который является хранителем традиций русской оружейной школы, — говорит Андрей Кирисенко. — Сейчас к нам пришли современные менеджеры, технологи, конструкторы, военные эксперты, которые выполняли боевые задачи на Северном Кавказе и на своем опыте знают, какое оружие необходимо в бою. Коллектив работает над созданием оружия будущего, через 2-3 года появятся новые образцы. Заложенное на базе автомата Калашникова, оно сохранит и основные принципы, которые выработал для оружия Михаил Тимофеевич — простота и надежность. Может быть, его автомат был тяжеловат или не всегда точен, но он был неизменно надежен. Вот эту преемственность мы и сохраним.

Концерн «Калашников» не стоит на месте — он активно развивается, и перемены здесь весьма ощутимы. Мне удалось подсмотреть один документ, в котором содержались предложения по замене оборудования на оружейном производстве. Новинки обеспечат повышение производительности на 50 процентов, высвобождение площадей — на 40 процентов, рост качества — на 30. Половина цехов уже получила новое оборудование, на очереди остальные. А это значит, что качество знаменитой марки АК не потеряется. 

Кстати, именно 19 сентября, в День оружейников, в Ижевске открывается контрольно-испытательная станция, которая обещает стать лучшим тестовым стендом для стрелкового оружия в мире. Ижевцы уже предложили иностранным коллегам проводить здесь испытания своего оружия, но те почему-то отказались. 

— Ну ничего, сами закупим партию их пистолетов и автоматов и испытаем по своим параметрам, — смеется Кирисенко. — Свой-то знак качества мы знаем.

Так что санкции — санкциями, а караван, как говорится, идет.

— Михаил Тимофеевич при жизни не раз повторял, что у великой России должна быть великая и мощная армия. И эта армия должна быть превосходно оснащена, — говорит первый зам генерального конструктора Сергей Уржумцев. — И наш концерн был, остается и будет одним из первых предприятий, которое на протяжении столетий вносит вклад в развитие и укрепление обороноспособности нашей Родины.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть