Дмитрий Тюрин: «Герой понимает — он обязан пережить то же, что и защитники Ленинграда»

26.02.2018

Алексей КОЛЕНСКИЙ


«Рубеж»
Россия, 2018

Режиссер: Дмитрий Тюрин

В ролях: Павел Прилучный, Станислав Дужников, Кристина Бродская, Александр Коршунов, Семен Трескунов, Виктор Добронравов, Игорь Скляр, Игорь Петренко, Елена Лядова, Екатерина Васильева, Дмитрий Куличков, Александр Соколовский, Кирилл Кяро, Никита Тарасов, Заза Чантурия, Александр Лыков, Сергей Чирков

12+

В прокате с 22 февраля

В кинотеатрах — ​«Рубеж» Дмитрия Тюрина, история подвига и любви, фэнтезийный аттракцион и батальная драма, захватывающая мистерия победы над смертью.

культура: «Саги про попаданцев» — ​редкий для кино жанр. Что вдохновило Вас на создание картины?
Тюрин: Хотелось сделать экзистенциальный квест. Автор «Мы из будущего», Саша Шевцов, подверг ревизии свои прежние опыты и придумал масштабный сценарий с неоднозначным героем...

культура: ...Выдерживающим психологические и кармические перегрузки. Персонаж Павла Прилучного — воспитанник детдома, отправленный в приют прошедшим ту же «школу жизни» отцом, стал преуспевающим девелопером, а по сути — колонизатором. «Невский пятачок» для него — не пядь политой кровью земли, а песчаный карьер, который надлежит перекопать и утилизировать. А кто он для Вас? 

Тюрин: Это манкурт в айтматовском смысле слова. Правда, Миша Шуров не убивает мать, а просто ничего не желает знать о родителях — игнорирует их так же, как вставшую на защиту непогребенных останков девушку-поисковика. Лиза в его глазах — самка человека, которую следует уболтать или заказать. Миша говорит активистке: «Прошлое мешает двигаться вперед! Давай воздвигнем здесь обелиск, чего еще мы можем сделать?»

В восьмиминутном эпизоде знакомства нужно было показать «любовный ожог», внезапно вспыхнувшее чувство к абсолютно чужому по мироощущению человеку. Это самая трудная, многократно переписанная сцена, но еще сложнее было найти актрису, совмещающую несовместимые качества: сексуальную привлекательность и детскую чистоту, женскую мудрость и хрупкость. Перепробовав более сорока претенденток, мы вернулись к первой кандидатуре — актрисе Кристине Бродской. В ее Лизе совпали тайна, иной свет и «химия» с персонажем Прилучного.

​«Рубеж»культура: Внезапно влюбившийся Миша теряет почву под ногами и, провалившись в параллельное измерение, оказывается в гуще боев за «Невский пятачок». Ваш герой призван воздать должное тем, кто отдал за него жизнь и, исполнив последнюю волю павших, вернуться из временной петли на Землю — к Лизе. При этом Вы подчеркиваете: символический обмен с обитателями Царства мертвых — не подкуп, а инициация. 
Тюрин: Безусловно, Мише следует принять, осознать, исполнить доверенную миссию. Мы потратили около полугода на поиск ее этапов, если угодно — сакральных ключей. Постепенно материализовались предметы, цепляющие героя, не позволяющие вырваться из временной петли и указывающие направление к свету. Сюжетная структура оформилась в тот момент, когда мы окончательно поверили в персонажа, оказавшегося на переднем краю, между жизнью и смертью.

культура: Парадоксально: пытаясь выжить, персонаж Прилучного вливается в железный поток идущих на смерть воинов.
Тюрин: Он понимает, что обязан пережить то же, что и защитники Ленинграда. Встать на последнем рубеже — там, где обостряются чувства, уплотняется время, притупляется страх и проявляется свобода воли, среди людей, которым было ради чего жить и умирать. Перед нами стояла очень сложная и интересная задача — очистить народную память от равнодушных общих слов.

В этом смысле «Невский пятачок», как Брестская крепость и Сталинград, — священный рубеж. Здесь осознаешь: «любовь к родному пепелищу, любовь к отеческим гробам» не только питает сердце, но накладывает ответственность, а главное — позволяет лучше понимать себя, свое предназначение. А быть достойным подвига — невозможно. 

​«Рубеж»культура: Это ощущение Вам удалось передать — в «Рубеже» нет ни проходных эпизодов, ни маленьких ролей. Особенно повезло Семену Трескунову, сыгравшему свою первую возрастную и героическую роль. 
Тюрин: Он очень талантлив. На кастинге у нас не было авансов, ведь фильм состоит из небольших эпизодов, ни один из которых нельзя провалить. Семен исполнил на пробах прощание с матерью, героиней Елены Лядовой. Я волновался больше него, опасаясь впасть в клише, хотел даже отказаться от сцены. Меня уговорили ее оставить — и слава Богу.

культура: Как создавались динамичные батальные сцены и чем обусловлен выбор яростной палитры поля боя? 
Тюрин: У наших изобразительных решений есть драматургическое и эстетическое обоснование. Зрители узнают, в чем дело, ближе к финалу картины. Мы сталкиваемся с субъективным восприятием героя, попавшего в гущу событий, не понимающего, каким образом он оказался на войне, агрессивно отторгающего выпавшее на его долю испытание. При этом мы старались уйти от псевдодокументалистики, выйти на уровень масштабных панорам и диарам Великой Отечественной, как бы увиденных глазами Ван Гога.

Мало у кого в кино была такая свобода в работе с цветом. Я признателен Джанику Файзиеву, согласившемуся на этот риск, — собственно, я воплощал его посыл. Это было очень накладно — полторы сотни вручную раскрашенных и отфактуренных костюмов, алеющие окопы, разноцветные дымы и взрывы, синий лед, черно-белый снег. Никто не знал, как эти потрясающие комбинации будут смотреться на экране. Колористика оказалась необычайно тонкой материей — каждый луч солнца, любой рефлекс менял настроение эпизодов. В качестве камертона использовали два доминирующих на протяжении фильма цвета, желтый и фиолетовый. В развитии сюжета они постоянно присутствуют во всех деталях, вплоть до костюмов. Я обострил зрение, научился видеть и различать нюансы оттенков. Сейчас пытаюсь перенести полученный опыт на 16-серийную психологическую драму «Провокатор» с Максимом Матвеевым, премьера планируется осенью на Первом канале. 

​«Рубеж»культура: Одним из первых картину «Рубеж» посмотрел Владимир Путин. Какова была его реакция?
Тюрин: К сожалению, я не был на встрече с президентом, но на просмотре он признался: «Попадает туда, куда хотели попасть, — ​прямо в сердце, в душу».

культура: Вас психологически изменили съемки «Рубежа»?
Тюрин: Да. Помните фотографии на стене у блокадницы, сыгранной Екатериной Васильевой? Я попросил рамки у наших художников, принес домой, обзвонил родственников и собрал свои семейные фото. У меня подрастает дочь, сейчас ей всего четыре года, но она часто просит рассказать, кто изображен на нашем «иконостасе». 

культура: Вы подхватили знамя большого стиля военных советских лент. Какой фильм о Великой Отечественной Вам особенно дорог?
Тюрин: «Они сражались за Родину» Сергея Бондарчука. Особенно финал — ​просто ком в горле стоит.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть