Как казаки с батырами степь делят

22.12.2015

Александр АНДРЮХИН, Усть-Каменогорск — Астана — Алма-Ата

Казахстан считается одной из наиболее благополучных стран бывшего СССР, входит в число ближайших союзников России. Однако долгие годы именно в этом государстве русская культура и язык планомерно и настойчиво вытеснялись из обихода. Как сейчас живется русским в Казахстане, выяснял корреспондент «Культуры».


«Олег Пешков? Конечно, знаю!»

На севере и востоке Казахстана русские составляют большинство населения. Например, в Усть-Каменогорске из 325 000 жителей 58 процентов — наши соотечественники, казахов — 38 процентов. Город знаменит тяжелой промышленностью: титано-магниевым комбинатом, цинковым предприятием «Казцинк», атомной компанией «Казатомпром». Но не поэтому он в последнее время стал чаще упоминаться в сводках новостей. Именно здесь вырос Герой России военный летчик Олег Пешков, в конце ноября сбитый турецким истребителем в небе над Сирией.

Школа № 29, которую окончил погибший офицер, расположена в центре города, на улице с замечательным названием — Образцовая. Иду мимо стареньких двухэтажек. Вывески магазинов, объявления в поликлинике, куда специально забежал посмотреть, — на двух языках. Все говорят по-русски, даже казахи. В школе тоже царит русская речь, хотя треть учащихся — представители титульной нации. 

— Олег Пешков? Конечно, знаю, — отозвался на мой вопрос восьмиклассник Сергей. —Это герой, он учился в нашей школе. Погиб не только за Россию, но и за Казахстан, потому что игиловские боевики угрожают Казахстану еще больше, чем России.

Парень гордится тем, что бегает по тем же коридорам, по которым носился в свое время и геройский летчик. Жаль только, говорит, что на второй день его фото сняли со стены и убрали цветы...

Фото: Александр Андрюхин

Да, история с увековечением памяти Олега Пешкова вышла вроде как с осадочком. Поначалу замдиректора Елена Лукина заявила местным СМИ, что в учебном заведении пройдет траурный митинг. Митинг действительно состоялся, но, по мнению многих, уж слишком скоротечный. Официальное объяснение администрации — прозвенел звонок, и учащимся нужно было расходиться по классам. Однако истинная причина, скорее, в том, что власти республики не хотят раздувать эту историю, пытаясь балансировать между Россией и Турцией. Политика — дело тонкое, особенно на Востоке. Вот городской отдел образования Усть-Каменогорска и порекомендовал школьной администрации: мол, не очень-то... 

В итоге митинг продолжился у памятника воинам-интернационалистам. А руководство школы стало мишенью для критики.

— Никаких интервью! — отрезала Елена Лукина, не глядя на мое удостоверение. — Я уже вот наговорилась с журналистами. Теперь все только через акимат.

Так здесь называют местные власти. Звоню.

— Вы знаете, школа — это учебное учреждение, а не место для политики, — терпеливо объяснил мне чиновник, ведающий образованием. — Уже столько небылиц насочиняли! Мероприятие же было проведено — сначала в школе, а затем у памятника воинам-интернационалистам. А что касается памятной доски, которую якобы мы запретили, то все не так: заявки на ее открытие в школе к нам еще не поступало, сейчас идет сбор подписей.

Просто «наши»

Сейчас никто из русских, с кем я встречался в городе, уже не считает, что им мешают чтить память пилота. 

Фото: РИА НОВОСТИ

— На сорок дней гибели Олега Пешкова мои земляки целый день несли к генконсульству цветы, — рассказывает атаман Верх-Иртышской русской казачьей общины Шаронов. — Половина из них — казахи.

Вообще, по его словам, тема давления на русских уже не актуальна. Несколько лет назад — да, было дело. 

— Но казахстанская власть всегда внимательно реагирует на протестные настроения, — говорит Шаронов. — До 1996 года русское население здесь воспринималось как пятая колонна. После того как наши представители приняли участие в заседании ОБСЕ по вопросам нацменьшинств, отношение к нам поменялось. 

Теперь, по словам атамана, никакого деления на своих и чужих не наблюдается.

— В 1994 году появились первые казахские националисты, — вспоминает Шаронов, — доходило до драк. Они требовали, чтобы мы убирались в Россию. Но — начали разговаривать. И оказалось, у одного из них прадед тоже был казаком, другой вдруг осознал, что дед его воевал на фронте плечом к плечу с русскими. И противостояние как-то само собой улетучилось.

На бытовом уровне русские с казахами дружны. Я не раз видел в усть-каменогорских кафе смешанные теплые компании, словно во времена Советского Союза. 

— Когда Крым вернулся в состав России, весь город с горящими глазами поздравлял друг друга — русские, казахи, — рассказывает Шаронов.

Здесь, по его словам, никогда не говорят, что русские, к примеру, выиграли в каком-нибудь чемпионате — только: «наши выиграли». Или: «наши дают жару ИГИЛ».

— В Казахстане пристально следят за мировыми событиями, — говорит атаман. — Все смотрят новости, потом бурно их обсуждают. Гордимся военными успехами в Сирии.

Сегодня, по словам Шаронова, никаких серьезных проблем, которые, как известно, подстегивают межнациональные разногласия, в Казахстане нет. Никто не жалуется на безработицу. Более того, рук не хватает, и приходится прибегать к услугам гастарбайтеров из Узбекистана.

То, что все трения остались в прошлом, подтверждает и начальник штаба Казачьего землячества имени Ермака Тимофеевича Виктор Скрипниченко. 

— Никаких причин для эмиграции из Казахстана у русских нет, — уверяет он. — Здесь есть работа, хорошая зарплата, перспективы. Моя мама проработала на металлургическом предприятии 36 лет и сейчас получает вполне приемлемую пенсию. Конечно, на Мальдивы или в Европу не слетаешь, но на Иссык-Куль вполне хватит.

Националистов в стране немного, да и правоохранители на корню пресекают радикальные проявления. Любые.

— В Зыряновском районе недавно осудили женщину, которая открыто призывала присягнуть ИГИЛ, — говорит Скрипниченко. — Намеревалась своего младшего брата отправить в Сирию смертником. Этими идеями она — русская, кстати, прониклась после того, как вышла замуж за исламиста. Познакомилась с ним через интернет, когда тот сидел в колонии. Еще осудили другую русскую женщину, она призывала присоединить Северный Казахстан к России. Но больше всего за экстремизм сажают казахов с юга страны, которые выступают за передачу территорий Казахстана под контроль «Исламского государства».

В тот же день я побывал в местном центре общественного согласия, именуемом «Домом дружбы народов». Во всех комнатах двухэтажного краснокирпичного особняка кипела жизнь. Рисовали дети, заседали казаки, а женщины пели под баян народные украинские песни, и аккомпанировал им казах. Директор центра Эльдар Толеубеков, любезно пригласивший меня в свой кабинет, не без гордости заверил: русские в Казахстане лучше знают Россию и ее историю, чем сами россияне. 

Астана

Здравствуй, земля целинная

Астана поражает широкими проспектами, сверкающими небоскребами, спортивными комплексами в виде летающих тарелок. Здесь, как и в Усть-Каменогорске, все свободно изъясняются на русском, и названия улиц выполнены на двух языках. А вывески магазинов — даже на трех. К казахскому и русскому добавляется английский. Президент страны Нурсултан Назарбаев призвал своих сограждан изучать все три.

Мой визит в Астану совпал со съездом руководителей организаций российских соотечественников. Среди гостей с «русской» стороны было и немало этнических казахов. Разговорился с методистом по русскому языку Адилей Куандыковой. 

— Казахского я практически не знаю, — призналась она. — Для меня родной язык — русский. На нем я не только разговариваю, но и думаю. Ходила в советский садик, в советскую школу, где полюбила русскую литературу. Этим был предрешен и выбор профессии.

Фото: Александр Андрюхин

Семья Адили попыталась компенсировать «перекос»: младшего сына отдали в казахскую школу, затем в казахский вуз. Но благодаря сестре он прекрасно знает и язык Пушкина. По словам моей собеседницы, казахи очень охотно изучают русский. Все, кто серьезно нацелен на карьеру, собираются получать образование в России. 

В Астане из 81 школы казахских только 28. Остальные — русские или смешанные. В последних после четвертого класса происходит перетекание из казахских классов в русские. Например, Вячеслав Зайцев, солист казачьего ансамбля. Родители отдали его в казахскую школу в надежде, что он будет потом работать в госструктуре Казахстана. Но, отучившись четыре года, мальчик настоял, чтобы его перевели в русское учебное заведение.

— Там ребята более развитые, — объяснил мне Слава. — И преподавание более широкое. А в казахской школе мне только и рассказывали о батырах да о том, как территорию Казахстана завоевывал Чингисхан...

Если в Усть-Каменогорске основная часть русского населения — потомки казаков, то в Астане — дети целинников.

Фото: Александр Андрюхин

— Мои родители приехали сюда с Полтавщины поднимать целину, — рассказала мне уроженка Астаны ресторатор Татьяна Иванова. — Тогда этот городок назывался Целиноградом. Сейчас родители, опасаясь, что их права будут ужимать, уехали в Россию. А я категорически отказалась. Решила, что лучше выучу казахский, чем покину родину. Но не пришлось переучиваться. В Астане как говорили на русском, так и говорят по сей день. Одно время, правда, в судах и госучреждениях нужно было заполнять документы на казахском. И в поликлиниках врачи вдруг заговорили на нем. А никто его и не знает толком. Но сейчас все это отменилось. Назарбаев заявил, что никого не хочет ущемлять в национальных правах. Видимо, сделал вывод после событий на Украине. Ну а родители живут в Белгороде, и довольны, что воссоединились с многочисленной родней.

По словам Ивановой, националистических проявлений в Астане она никогда не видела. Разве что скажет кто-то сгоряча, мол, понаехали тут. Однако таких сами казахи и осаживают. 

Заговорили о политике. Собеседнице действия России кажутся слишком резкими — как на Украине, так и в Сирии. Но, отметила она, большинство русских в Казахстане Путина поддерживают. 

Фото: Александр Андрюхин

— Россия все делает правильно! — вмешалась в разговор старейшая работница посольства РФ Зинаида Кузнецова.

Ее родители — коренные москвичи. Работали на швейной фабрике, которая сейчас называется «Большевичка». В 1940 году отца по оговору сослали в Казахстан. Затем к нему приехала жена с шестью детьми.

— Трое моих братьев уже умерли, — вспоминает Зинаида Антоновна. — А сестры живы. Одна в Германии, другая в Казахстане. 

Кузнецова тоже не замечает ущемления своих прав как русского человека. А вот один из старейших в республике журналистов Моисей Гольдберг, с которым я разговорился через минуту, считает, что наступление на русскую культуру в Казахстане все-таки идет, хотя и не такое агрессивное, как на Украине.  Например, русскоязычные издания попадают на немалые штрафы, если напишут не «Алматы», а, как следует из правил русской грамматики, «Алма-Ата». 

— А еще, — сокрушается он, — из театров понемногу исчезает русский репертуар. Чем будут восполнять? На одних пьесах про батыров культурный уровень не поднимешь. Нужно ставить Чехова, Островского. Кстати, я полностью поддерживаю то, что делает сейчас Путин. Только слепой может не видеть, что мировую историю сейчас творит Россия. 

Город контрастов

Бывшая столица Алма-Ата, хоть и утратила свой статус, но по-прежнему считается главным городом страны. Они с Астаной — как Нью-Йорк с Вашингтоном (только без Обамы). 

Алма-Ата вписывается в расхожий штамп «город контрастов». Центр с современными высотками и депрессивные окраины с частными домами и еще дохрущевскими обшарпанными двухэтажками. Из более чем полутора миллионов населения русских — меньше трети. Казахская речь слышна чаще, чем на севере и востоке.

Четыре года назад здесь открылось метро. Спустившись, разговорился с местной жительницей. Зинаида Матвеева — бывший архитектор, ныне пенсионерка. Дочь ссыльных, репрессированных в 1938 году.

— Я несколько лет с ужасом ждала полного перехода на казахский язык, были такие опасения, — рассказывает женщина. — Но власти нас успокоили. Видимо, наверху поняли, что на русском языке, на котором говорит 90 процентов населения, удобнее общаться.

Однако есть в стране и другие русские. Например, председатель Координационного совета организаций российских соотечественников Всеволод Лукашев, член Ассамблеи народа Казахстана. Мой вопрос о жизни русской диаспоры вывел его из себя — чуть кофе не пролил (мы встречались в кафе).

— В Казахстане не было и нет русской диаспоры, — заявил он. — Мы с казахами единый народ. Я здесь — седьмое поколение. По линии бабушки — потомок городового из города Верный (так до 1921 года называлась Алма-Ата. — «Культура»). Когда меня спрашивают, что я считаю своей родиной, удивляюсь: почему нужно выбирать? Это как между матерью и отцом. И Казахстан, и Россия моя родина в равной степени.

Русские из Казахстана не бегут, убежден он: показатель 18 000 мигрантов в год вполне укладывается в естественные рамки. Ведь уезжают не только в Россию, но и в Европу, в Канаду, в Америку. 

— Как показала практика, 10–15 процентов возвращаются. Некоторые уезжают, чтобы наладить бизнес в России, а затем вернуться в качестве инвестора. Сегодняшняя эмиграция из Казахстана не та, что была в девяностых.

Если где и происходит вымывание русского населения, говорит Лукашев, так это в Южно-Казахстанской области, центром которой является Чимкент, второй в стране город по населению и первый по площади. Но оттуда русские уезжают не из-за выпадов местного населения, а из-за безработицы. И еще — там мало русских школ.

Одного жителя Чимкента я нашел на городском рынке Алма-Аты, неподалеку от местного Арбата. Он торговал прессованной кониной. 

— Русских в Шымкенте (так звучит название города по-казахски) немного, — говорит Айтуган. — Но они все на хороших местах. Получают по тысяче долларов и больше. А нам вот приходится ездить за 700 километров, чтобы продать мясо... 

Он обиженно шмыгнул носом, после чего объяснил, что хорошие места — сварщик, токарь, штукатур. Казахов на эти специальности в Чимкенте не берут. 

— Это результат русификации, когда нас, казахов, считали людьми второго сорта, — обиженно говорит Айтуган. — Мне жалко казахских детей, которые обучаются в русских школах. Как они будут жить, когда вырастут? У них же нет запасного аэродрома, как у русских.

Кстати, про запасной аэродром — о нем думают далеко не все. Тот же Лукашев считает себя русским, симпатизирует России, но свое будущее связывает исключительно с Казахстаном.

— Я отдал свою дочь в школу с углубленным изучением казахского языка, — говорит он. — В результате она сегодня знает пять языков: кроме русского с казахским, еще английский, итальянский и французский.

Правда, дочка, отучившись, для проживания выбрала все же Россию...

Фото: Александр Андрюхин

В Казахстане непросто найти русскоязычного человека, который знал бы казахский. Мне удалось. В Алма-Ате познакомился с 75-летним осетином Казбеком Мамсуровым, он заместитель председателя Ассамблеи народа Казахстана города Алма-Аты, полковник в отставке.

— Казахский язык мне необходим, как воздух! — заверил меня Мамсуров. — Нужно досконально понимать других членов ассамблеи, самому выступать.

В Казахстан он приехал после окончания военного училища в Новочеркасске. Молодому офицеру очень понравилось, что здесь много народностей, и все они живут одной семьей. Так и остался. 

— Но я люблю и Россию, очень уважаю Путина, который принимает такие серьезные мировые решения, — заверил меня ветеран. 

В отличие от других стран СНГ в Казахстане никогда не было серьезных этнических конфликтов. Во многом благодаря президенту Нурсултану Назарбаеву, который двадцать лет назад создал Ассамблею народа Казахстана. Раз в год представители всех народов страны собираются и рассказывают президенту о своих проблемах. При акиматах создана система мониторинга недовольства. Любые попытки посеять вражду между этносами пресекаются довольно жестко. 

Но русские в Казахстане называют и другую причину спокойствия в стране. На казахской земле выжить не просто. Зона рискованного земледелия, здесь всегда не хватало воды. Поэтому казахи привыкли делиться друг с другом. Эту же черту переняли и живущие здесь русские. Ну а как враждовать с тем, кто готов отдать последнее? Так и соседствуют наследники Ермака с потомками Чингисхана. 


Кого и сколько

Фото: Максим Крамаренко

В конституции Казахстана от 1995 года русскому языку придан статус официально употребляемого в государственных организациях и органах местного самоуправления. В 1997-м статус подтвердил закон «О языках в Республике Казахстан». Однако в законе есть туманная формулировка: «Языком работы и делопроизводства государственных органов, организаций и органов местного самоуправления Республики Казахстан является государственный язык, наравне с казахским официально употребляется русский язык». Началось изгнание с государственных должностей тех, кто не владел казахским. 

Последовавшее затем постановление Конституционного совета пригасило страсти: «Данная конституционная норма понимается однозначно, что в государственных организациях и органах местного самоуправления казахский и русский языки употребляются в равной степени, одинаково, независимо от каких-либо обстоятельств». Однако, несмотря на разъяснение, русские стали массово покидать Казахстан — это стало второй волной эмиграции. Первая случилась в 90-е, после развала СССР.

В 1989 году русских в Казахстане проживало 6 млн, а казахов — 6,5 млн. Третьими по численности были немцы. Всего же население Казахстана составляло 16 млн человек. Сегодня в Казахстане проживает 17 млн человек. Среди них русских — около 4 млн.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий

Комментарии (1)

  • alt

    Надежда 11.01.2016 10:44:01

    Хорошо жить когда можно дружить
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть