У самовара я и моя книга

27.05.2015

Дарья ЕФРЕМОВА , Московская область

Бумажная книга никому не нужна, ее вытеснили гаджеты и Всемирная паутина? «Культура» опровергла этот расхожий миф, отметив Общероссийский день библиотек — 27 мая — в самой настоящей сельской читальне.


Пелевин, сойка и буккроссинг

— У вас какая концепция? — Татьяна Николаевна Овчинникова, заведующая поселковой библиотекой в Ашукино выходит мне навстречу. — Если нужна забытая Богом и людьми читальня в тиши-глуши, это не к нам. У нас жизнь бьет ключом. 

Флоксы, растущие в старых покрышках, муравейник, штендер буккроссинга: Цвейг, Стендаль, Майн Рид, Тургенев. Выведенный черным фломастером слоган: «Прочти и передай другому». 

— Чего-нибудь поновее не спрашивают? 

— Еще как! Пелевина, Прилепина и Джоан Роулинг. Если нужных книг нет, заказываем. Стараемся удовлетворять все запросы, хотя и не всегда получается.

Проходим внутрь избушки. Только что дали свет. Гроза, все еще громыхающая где-то за речкой, «вышибла подстанцию». Фойе, абонемент, читальный зал. Обои поверх бревенчатой кладки, скрипучие рыжие половицы, разросшийся фикус, концертный рояль, на нем коллекция сов — керамические, бронзовые, гжельские фарфоровые, ониксовые, плюшевые, пластиковые. Есть даже чучело белой полярной совы. С ними играют дошколята — не единственные, но самые любознательные и благодарные посетители. 

— Сегодня к нам приходил детский сад, выпускная группа, шестилетки. Разобрали всю подшивку журнала «Экология», — продолжает Татьяна Николаевна. — Многие еще и читать-то не умеют, просто смотрят картинки. Изучали деревья и птиц. Ходили на экскурсию в подлесок. Мне и самой было интересно — живешь в деревне, а сойку от удода никак не научишься отличать...

Новая Москва конца сороковых

На самом деле ашукинцы свои края деревней не считают. При попытке подобной типизации, приосаниваются: «Мы не деревня, не село, мы агломерация». 

Настоящий ашукинец — коренной москвич. Еще до войны и сразу после нее под Сергиев Посад расселяли из ветхого жилья и бараков — Зарядья, Лефортово, с Тишинки. Давали две тысячи «старых» рублей и десять соток земли. Люди работали, поднимали хозяйство, некоторые потом возвращались в столицу, но домов не продавали — есть какая-то магия в этих местах, в Ашукино, говорят, тянет. Неудивительно, что изба-читальня стала одной из первых достопримечательностей — ее открыли в июне 49-го. Клуба не было, почты и фельдшерского пункта — тоже, а библиотека в бывшей земской школе — пожалуйста. Новое «здание» на лесной опушке отгрохали в 67-м — специально для книгохранилища. Старое сгорело...

Часть фондов тогда удалось спасти. Впрочем, недостатка в книжных поступлениях в Ашукино никогда не было. Что-то сотрудники читальни выписывают из Москвы (сочинения Бердяева, Флоренского, Розанова и Ильина — из «Лосевки»), но большую часть книг все-таки дарят. Русская и зарубежная классика, современная проза, специальная литература. Есть и раритеты — дореволюционные издания Пушкина, «Очерки русской смуты» Антона Деникина, вышедшие в эмиграции, памятная книга «Беломорско-Балтийский канал имени Сталина», изданная в 34-м, «Лицом к лицу с Америкой» о визите Хрущева в США. Из новинок — роскошно изданный юбилейный альбом Ильи Глазунова. 

Как часто бывает с деревенскими библиотеками, ашукинская читальня — еще и импровизированный краеведческий музей. Односельчане препоручают библиотекарям-энтузиастам семейные архивы — письма, фотоальбомы, что-то из старинной домашней утвари. Вот и теперь в фойе продолжается открытая к Дню Победы выставка «Штрих-код оборванной судьбы». Рисунки из фронтового блокнота Николая Панина. Красноармейцы в окопах, на поле боя, в землянках — что-то пишут при свете лучины. Талантливый художник-график, иллюстратор журнала «Военный вестник», был призван в мае 1941-го. В августе того же года пропал без вести — ему не исполнилось и 26. В поселке осталась беременная жена. «Родится дочь, назови Ниной», — только и успел наказать, уходя на войну. Нина Николаевна сохранила архив отца, которого никогда не видела...

В читальном зале — другая экспозиция из собраний прославленных ашукинцев. Будни космодрома Байконур — от инженера-испытателя первых космических кораблей Валентина Ухина. Рабочие журналы, автограф Юрия Гагарина на титульном листе литературно-художественного альманаха 1965 года. И пожелание пишущей братии от экипажа «Восхода-1»: «Без поэтических троп нет дорог в неизвестное. Звонкой и глубокой строки вам, друзья. Авторам «Звездограда» — космонавты Комаров, Феоктистов, Егоров».

Готический роман в вигваме

Избы-читальни появились в XIX веке, широкое распространение получили в первые годы советской власти — на пике борьбы с безграмотностью. Существовал циркуляр ВЦИК и СНК 1924 года, предписывающий повсеместное открытие такого рода просветительских учреждений. Разрабатывали мотивационные плакаты и слоганы: «Тракторист, доярка, скотник — ты без книги не работник», «Вместо беленькой бутылки лучше в книге посмотри картинки», «Нашему избачу тысячу книг прочесть по плечу». Кстати, «избачами» называли не читателей, а сельских библиотекарей, совмещающих свои непосредственные обязанности с работой массовиков-затейников. 

Затеи приходится изобретать и сейчас — библиотеки вынуждены бороться за привыкших к интернету посетителей. 

Тематические вечера, праздники, сенокосы и дни варенья. Где-то библиотеки даже вливают в культурно-досуговые центры — КДЦ. Пришли люди, скажем, на кружок танцев или вязания, заодно и книжку полистали...

Татьяна Овчинникова

— Может, это и неплохо, но в таком формате библиотека пропадает, — предвосхищает мой вопрос ашукинский «избач» Татьяна Николаевна. — Мы стараемся ограничиваться мероприятиями, связанными с литературой. В прошлом году делали книжную скульптуру, пирамиду в человеческий рост, так из нее почти все книги разобрали. Отмечаем даты известных писателей, проводим квесты, игры, викторины. Устраиваем соцопросы. Методом проб и ошибок узнаем, что интересно, а что не очень. Недавно разбили в читалке вигвам. В прежние времена детишек оттуда за уши не оттащили бы, а сейчас про индейцев не читают. Больше любят про пиратов — Стивенсона, Майн Рида, Сабатини.

— Интерес к тому или иному литературному жанру, направлению идет от масс-культуры, — к разговору подключается Никита Кузнецов, подсобный рабочий ашукинской библиотеки, а заодно специалист по современной литературе. — Вышел фильм, сага про вампиров — стали спрашивать книги про вурдалаков, замки, дома с привидениями. Мы даже создали раздел с условным названием «Готика» — Эдгар По, Радклиф, Льюис, сестры Бронте.

Взрослые читатели в своих предпочтениях консервативны. Толстой, Достоевский, Чехов, Булгаков, Ильф и Петров, Бродский, Распутин. Пока мы беседовали, в читальню поступили новые заказы — на Бёрнса, Рильке и Тима Собакина. Последнего в фондах нет, но желание клиента — закон. Придется исполнять. И все же самый главный «заказ» в ашукинской читальне — на задушевное общение. Встречи односельчан у самовара стали здесь доброй традицией. А уж о чем они там говорят: о классической прозе, постмодернистской поэзии или о том, как уберечь яблони от паразитов... Это неважно. Наверное, обо всем.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть