Право на соло: фестивали Context. DianaVishneva и «Территория» представили новые имена

Лейла ГУЧМАЗОВА

17.11.2020

Фото: Кирилл Зыков / АГН Москва


Говорить о современном танце можно только в контексте сезона. Каждый приносит тенденции, которые потом будут осмыслять и переосмыслять хореографы всего мира. В России осень-2020, несмотря на ковидные препоны, для современного балета выдалась урожайной. За октябрь и ноябрь Москва встретила сразу два балетных смотра — фестивали «Территория» и Context. DianaVishneva.


Соло Дианы


Международный фестиваль современной хореографии Context. DianaVishneva занимается тем же самым, чем и большинство подобных фестивалей — поиском людей, способных на соло. Расположившийся в обеих столицах, в этом году он кардинально перепрошил постковидную программу и решил отложить сенсации на сентябрь-2021. Но до конца ноября он еще идет и право на соло уже тестирует вовсю.

С подачи Дианы Вишнёвой, самой храброй балерины поколения, рванувшей из лебединых перьев классического репертуара в дебри современной хореографии, непосредственным куратором восьмого по счету конкурса стала выдающаяся солистка Большого театра Анастасия Яценко. Важнейшая часть фестиваля, имеющая большие перспективы, — конкурс молодых хореографов. Победители получают особый приз — грант на обучение в одной из самых знаменитых трупп мира (выбор каждый год разный). Этим уже успели воспользоваться Владимир Варнава, Константин Кейхель, Ольга Тимошенко, Кирилл Радев и другие. На этот раз пятерых участников показов отбирали среди сотни заявок с впечатляющей географией от Южно-Сахалинска до Франкфурта-на-Майне. И решение жюри оказалось идеально созвучным мировым тенденциям. 
 

На Восток


Молодые хореографы частенько заставляют зрителя не без ехидства иронизировать. Вот группа дев с узелками волос на голове и в полотняных платьях до полу серьезно, до оторопи, «делает красиво» вместе с белыми ветрами и переливами воды — это Ирина Сергеева, ZI-MA. Понятно, что ребята уже научились тому, как говорить на сцене. Но вот о чем говорить — пока нет.

Вот дуэт, рассказывающий о чувствах с несколько запоздалой тинейджерской серьезностью (хореограф Игорь Булыцын). Ребята приглашены на Историческую сцену Большого театра, и им никак нельзя опростоволоситься. Старательность видна в каждом жесте. Юмор? Нет, не слыхали. Перед нами, очевидно, талантливый автор из хорошего театра, но детство в балете еще не перерос: его артисты делают нам красиво и синхронны, как оловянные солдатики.

Впечатляет экспрессивностью «Клетка» Ольги Рыжковой из Воронежского Камерного, театра с хорошими танцевальными перспективами.

Дуэт хореографа Нурбека Батуллы, исполненный им же в паре с Маратом Казихановым, получил приз зрительских симпатий. Обоих исполнителей признали особенными танцовщиками. Справедливости ради — сенсацией Нурбек Батулла стал два года назад на Национальном конкурсе-фестивале «Золотая маска», и запал у него с тех пор не пропал. По-прежнему его тема — энергия татарской степи и рефлексия, вылитая физически емким танцевальным текстом.

В фавориты жюри вышел Эрнест Нургали из Санкт-Петербурга с Gentle Hearts. За него же проголосовали смотревшие конкурс онлайн зрители. У него самая серьезная среди финалистов биография с точки зрения танцевального образования. Тут и Санкт-Петербургская государственная консерватория с дипломом балетмейстера, и стажировка в Ballett am Rhein Дюссельдорфа, и мастер-классы по технике у мировых звезд Мерса Каннингема, Охада Наарина, Марко Гёкке, Уэйна Макгрегора, и даже опыт двух балетмейстерских конкурсов. Его Gentle Hearts — тоже мужской дуэт, и симптоматично, что в один сезон к финалу добрались два похожих опуса. Только у Нургали тоньше помол. Поток техник современного танца выливается в рисунок восточной вязи, а эмоции современного человека тянутся к метафизике. Право на соло — очевидно, что есть.


Соло Анны


Сразу у входа два специально обученных молодых человека раздавали листки и устные пояснения. «Спектакль идет в восьми залах одновременно, вы поделены на группы, перемещайтесь согласно указанному на листке маршруту. Приятного вечера!». Так начался спектакль современного танца «Сеанс одновременной игры» хореографа Анны Абалихиной и артистов театра «Балет «Москва», только что представленный на XV фестивале «Территория» в Moscow Museum of Modern Art.

В этой затее сплелось много интересного. Московский музей современного искусства на Петровке стал не фоном, но идеальным компаньоном для спектакля. Все восемь тесноватых залов, отведенных музеем для представления, прямо или косвенно соотносились с идеей выбравшего его артиста. Колокола-шалаши из войлока намекали на экологичность затеи Андрея Остапенко, подумавшего: а как это я, мужчина в самом расцвете лет, ощущаю себя в современном пространстве с его блогерками? Детски трогательные граффити про поиск смысла мироздания и гора неуместно пошлых подушек посреди комнаты сопровождали нервный поиск своего «я» Андрея Тихонова, самого тонкого соло проекта. Макет городского пространства как образец урбанистского мышления мешал передвигаться Ольге Тимошенко, выстроившей танец вокруг вопроса «нужна ли сегодня защита диссертации?». Минимум абстрактных рисунков, ряд стульев и аккуратно разложенный на полу мужской костюм не мешали Илье Карпелю концептуально лежать нагишом в углу, не заморачиваясь танцем (в маршрутном листе деликатно сказано «зал № 4 — свободное посещение»), и так далее.

Танец вообще-то изначально обусловлен пространством, ритуальные храмовые пляски сильно отличались от ярмарочных, а танец при дворцах просто вынужден был стать академическим балетом. Современный танец быстро смекнул, что эта обусловленность местом может наращивать смыслы, и потому ученики Далькроза в начале прошлого века располагали танцы в садах Хеллерау близ Дрездена, а будущие классики постмодерн-данса поселились в церкви Джадсон Чёрч на Манхэттене (в те вегетарианские времена никому не приходило в голову гнать их оттуда за оскорбление чувств верующих). Нынешним флагманом в этом деле можно считать галерею Тейт, программы танца и перформанса которой не первый год соперничают с выставками. Да и в наших пенатах залы Третьяковки принимали танц-перформанс «Ежи и Петруччо» Андрея Андрианова. И все же именно сейчас, когда поход в театр вызывает вопросы, обживание новых пространств стало особенно актуальным — и фестиваль «Территория» отреагировал.

Для «Территории» это закономерно. Выглядевшие радикальными в мирное время события сейчас, в суровые ковидные дни, смотрелись в самый раз. Драматические спектакли, опера, балет, и site-specific-проекты в музейных и уличных пространствах разошлись в театральную и внетеатральную среду. Состоялись три российские премьеры: спектакль Lorem Ipsum в Театре «Практика» Дмитрия Волкострелова и Ксении Перетрухиной с участием девяти режиссеров «Мастерской Брусникина», перформанс-инсталляция «Дыхание» в Музее Москвы и сделанный специально для фестиваля тот самый «Сеанс одновременной игры» в ММОМА. Что важно: от перемены места действия поменялась участь слагаемых. Без привычного разделения на зал и сцену зрителю стало проще разглядеть, а артисту легче представить нечто важное — собственную индивидуальность.

Тут и начинается самое интересное. Артист (в соавторстве с режиссером-постановщиком) волен выбирать тему и способ воплощения. Зритель — смотреть или перейти в другой зал. Если зрителя не трогает соединение танца и нумерологии от Ирины Лобковой, он постарается найти смыслы у Алексея Нарутто. На концептуальное лежание Ильи Карпеля можно, конечно, посмотреть даже сидя, только быстро станет скучно. И тут все сводится к нестерпимо простому вопросу: талантливо или не талантливо конкретное соло. В цифровом мире прописанные Энди Уорхолом каждому человеку «пять минут славы» устаревают прямо на глазах. А имеющий возможность улизнуть от искусства зритель ищет соло честное, актуальное, умное и хоть как-то затрагивающее его лично. То есть свои пять минут славы, испытанные им самим.

Фото: Кирилл Зыков / АГН Москва